Глава 47. Сомнения (1/2)

Просыпаясь, Элизабет ощущала на своей коже мягкий свет, проникающий сквозь густые кроны деревьев, и прохладу свежего воздуха. Она медленно открыла глаза и сразу почувствовала как нечто тёплое и уютное окружает её. Слегка повернув голову, девушка обнаружила Себастьяна, сидящего рядом. Спиной он опирался на ствол большого дерева, а руками крепко обнимал Элизабет. Её голова уютно устроилась на его груди. Незримо Себастьян передавал ей чувство защищённости, которое сейчас было так необходимо. Девушка смутно помнила события прошлого вечера, но поняла, что Себастьян сделал всё от себя зависящее, чтобы она была в безопасности.

Элизабет вздохнула, чувствуя, как дыхание Себастьяна ровно поднимает её голову, а запах древесной коры наполняет лёгкие. Щёки вспыхнули, но девушка лишь незаметно прижалась к нему чуть сильнее, как будто боясь, что любое движение разрушит этот хрупкий момент. Впервые за долгое время Элизабет чувствовала себя… дома. Из приятной дрёмы её вырвал взволнованный голос.

— Лиззи, ты проснулась! — радостно воскликнул Оминис, склонившись к ней поближе. — Как ты себя чувствуешь?

Она улыбнулась, ответив тихим, едва слышным голосом:

— Всё в порядке, Оминис… Спасибо.

Себастьян тоже проснулся и заметил пробуждение девушки. Его глаза загорелись тёплым светом, когда он осознал, что она вернулась в сознание.

— Элизабет, ты как? — произнёс он слегка обеспокоенно, всматриваясь в глубину её изумрудных глаз.

Элизабет отвела взгляд, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами.

— Спасибо, Себастьян. Похоже, ты спас меня, — прошептала она, одновременно ощущая приятное тепло и лёгкое смущение.

Щеки её слегка порозовели, но Элизабет не спешила вырваться из объятий Себастьяна. Осознавая, что удерживает её дольше, чем позволяло приличие, юноша поспешил отпустить Элизабет. Его пальцы на мгновение задержались на её талии, будто не в силах отпустить, но затем он немного нервно отстранился.

— Эээ… прости, я просто…

Себастьян не закончил, потому что тёплый и чуть насмешливый взгляд девушки заставил его сердце биться чаще.

— Ты же знаешь, мне не было неприятно, — едва слышно прошептала Элизабет, и он почувствовал, как кровь приливает к лицу. Ему самому было непривычно так открыто проявлять нежные чувства.

— Хотел удостовериться, что ты в порядке, — пробормотал Себастьян, выпрямляясь и беря её руку, чтобы помочь девушке встать.

Элизабет улыбнулась и, поднимаясь на ноги, всё ещё чувствовала лёгкое смущения. Они оба знали, что этот момент был чем-то большим, чем просто необходимостью. Это было проявлением заботы.

Оминис, словно почувствовав эмоции друзей, весело хлопнул Себастьяна по плечу:

— Ну что ж, ребята, давайте позавтракаем и обсудим наши дальнейшие планы. Сегодня нас ждёт долгий путь.

Отдохнув трое юных волшебников провели необходимый ритуал поклонов, выказав уважение гиппогрифам. Элизабет с грацией и уверенностью оседлала Крылану, вспоминая, как легко этот величественный зверь поднимается в воздух. Себастьян, с лёгкостью и привычной быстротой закрепив последний ремень на своём гиппогрифе, занял место на спине существа. Оминис, хотя и выглядел немного неуверенно, быстро нашёл равновесие и принял комфортную позу, готовый к полёту.

Гиппогрифы величественно взмахнули крыльями, поднимая своих всадников в небо. Лес быстро остался позади, раскрывая перед ними зеленеющее пространство с далёкими видами на деревню Фелдкрофт. Воздух был свеж и чист, и терпкие запахи леса смешивались с прохладным ветром.

Полёт проходил вполне размеренно. Оминис, казалось, чувствовал себя всё более уверенно, сосредоточившись на ощущениях.

Элизабет наслаждалась тем, как легко парила Крылана, чувствуя уверенность с каждым движением. Когда Крылана сделала плавный разворот, Элизабет поймала пристальный взгляд Себастьяна, будто он хотел запомнить каждую её черту на фоне бескрайнего неба. Она замерла, и ветер унёс её смущённую улыбку, но юноша уже всё же успел увидеть её. И когда Себастьян улыбнулся в ответ, девушке показалось, что земля где-то далеко внизу перестала существовать.

Добравшись до леса недалеко от деревни, троица решила остановиться на привал. Место оказалось тихим, а высокие деревья служили естественным укрытием. Друзья быстро нашли подходящее место для ночлега, развернули импровизированный лагерь и зажгли небольшой костёр.

Тепло магического огня и уютный свет вокруг создавали атмосферу безопасности. Элизабет, Себастьян и Оминис обсуждали дальнейший план действий. Им предстояло некоторое время провести в лесу, чтобы избежать ненужного внимания, и затем отправиться пешком к Фелдкрофту. С гиппогрифами они уже попрощались, не забыв вежливо поблагодарить фантастических существ за помощь.

Вечер плавно опустился на лес, и лёгкий треск магического пламени наполнял воздух мягким, успокаивающим звуком. Троица сидела вокруг костра, их лица освещались золотистым светом. Элизабет разложила карту на пледе перед собой и обвела пальцем маршрут, который они должны были проделать на следующий день.

— Если мы пойдём вдоль реки, к полудню будем в Фелдкрофте, — заметила она, глядя на задумчивое лицо Себастьяна. — Там можно будет раздобыть необходимые припасы и встретиться с Анной.

— Да, но главное — не привлекать лишнего внимания, — добавил Оминис вздохнув. — Мы и так достаточно наследили.

Себастьян отложил карту и устремил взгляд в танцующие языки пламени. События прошлой ночи никак не выходили у него из головы. Артефакт, который мог вылечить его сестру, был опасен. Юноша молча раздумывал, стоит ли ставить жизнь Элизабет под угрозу ради Анны.

Элизабет посмотрела на него и заметила отсутствующий взгляд.

— Себастьян, что ты замышляешь? — мягко спросила она.

Себастьян вздрогнул, словно проснувшись ото сна, и вздохнул.

— Просто думаю о нашем плане, — ответил он уклончиво. — На карту поставлено несколько жизней.

Оминис качнул головой, понимая, что его друг оказался в сложной ситуации.

— Мы все здесь ради Анны. Она заслуживает исцеления, — проговорил Оминис. — Но Элизабет… Мы найдём решение.

— Мы справимся, — Элизабет коснулась плеча Себастьяна, стараясь придать уверенности. — Мы в этой истории вместе и найдём выход.

Её пальцы задержались на плече Себастьяна чуть дольше, чем нужно. Он вздрогнул, но не отстранился, а лишь повернулся к ней, и в его глазах она увидела не только тревогу, но и что-то тёплое, беззащитное.

— Что, если артефакт причинит тебе вред? Я не могу этого допустить.

— Я верю в тебя, Себастьян, — прошептала Элизабет, и её рука медленно сползла вниз, едва касаясь его ладони.