Глава 45. Путь к Фелдкрофту (1/2)
Элизабет, Оминис и Себастьян спешно покидали предгорную деревню, где они пережили множество непростых мгновений. Элизабет осторожно складывала свои вещи и припасы, стараясь не привлекать излишнего внимания. Приятная суета в трактире была контрастом к напряжению, которое они недавно пережили.
— Поторопимся, — сказал Себастьян, поправляя ремни сумки и кидая прощальный взгляд на трактир. — Если гоблины поднимут тревогу, нам не уйти.
Элизабет, в голову которой пришла воодушевляющая идея, отправила весточку с совой, ещё когда ребята собирали свои вещи.
«А вдруг Поппи не получит послание? Или не успеет помочь?» — Элизабет резко встряхнула головой, отгоняя сомнения. Нет, всё получится. Должно получиться.
Пряча лихорадочные мысли за маской спокойствия, девушка внимательно посмотрела на друзей, выходя из трактира.
— У нас всё получится, — сказала она, но голос чуть дрогнул. Себастьян заметил это и нахмурился, но промолчал.
Оминис стоял у двери, его бледные пальцы сжимали волшебную палочку. Он не видел теней за окном, но слышал — тяжёлое дыхание, скрип сапог по камням. Кто-то приближался.
К счастью, это оказались лишь очередные посетители трактира.
Юные волшебники осторожно двинулись в путь. Элизабет на ходу проверяла содержимое сумки — склянки остатков зелий звенели, ударяясь друг о друга. Хватит ли у них всего, если придётся снова сражаться, а после залечивать раны? Элизабет прикусила губу. Она знала, что выглядит уверенной, но внутри всё сжалось в тугой комок нервов.
***
Прошло два дня с тех пор, как они оставили предгорную деревню. Лес скрывал юных волшебников от случайных глаз, их путь пролегал через густую чащу. Время от времени ребята делали короткие привалы для отдыха и еды.
— Пока всё идёт по плану, — отметил Себастьян, расправившись с очередным кустом на их пути.
Элизабет посмотрела на него с задумчивым выражением лица.
— Ответа ещё нет, но я уверена, что Поппи Добринг не оставит меня в беде, — уверенно ответила она. В пути девушка всё же поделилась своей идеей с друзьями.
Оминис, шагающий рядом, остановился и прислушался.
— Тишина, только звуки природы, — тихо произнёс он. — Это хороший знак.
Путь Фелдкрофт начал казаться бесконечным. Ноги Элизабет горели, каждый шаг отзывался ноющей болью. Она украдкой потирала плечо, на котором висели ремни сумки. Себастьян шёл впереди, продираясь сквозь чащу, но даже его обычно уверенные движения стали резкими, раздражёнными. Только Оминис, казалось, не поддавался усталости — его слепые глаза были устремлены в никуда, но шаг оставался твёрдым.
Элизабет внимательно следила за небом, ожидая увидеть знакомый силуэт.
— Ребята, посмотрите! — Элизабет резко подняла руку, указывая на чёрные точки в небе. Себастьян мгновенно схватился за палочку, но девушка перехватила его запястье. — Нет, это не опасность… Это…
«А если это чужие?»
Ветер внезапно стих, будто сам лес затаил дыхание. Даже птицы умолкли. Точки росли, превращаясь в огромные, знакомые силуэты.
— Поппи прислала помощь, наконец-то! — Радостно воскликнула Элизабет. — Крылана и её сородичи помогут нам добраться до Фелдкрофта намного быстрее.
Друзья, затаив дыхание, наблюдали за приземлением фантастических существ. Каждый волшебник знал, что нужно действовать осторожно и с уважением. Гиппогрифы, с их блестящими глазами и мощными крыльями, выглядели грозно и величественно.
Элизабет медленно шагнула вперёд, и перед ней встал белоснежный гиппогриф. В его глазах отражалось небо — такое же, как в тот день, когда она спасла его от браконьеров. Тогда он царапнул её, не доверяя. Теперь же…
Элизабет поклонилась, чувствуя, как быстро колотится сердце. Дыхание замерло, пока она удерживала взгляд и старалась не моргать слишком часто. Крылана, после некоторого раздумья, почтительно наклонила голову. Ещё мгновение и тёплое дыхание коснулось щеки девушки.
«Помнишь меня!»
Себастьян и Оминис, заметив успех подруги, поспешили последовать её примеру.
Себастьян сжал зубы. Гиппогрифы — не ручные совы, они горды и опасны. Чёрно-синий исполин перед ним изучал его жёлтыми, как у хищника, глазами. Юноша поклонился, но пальцы непроизвольно дрогнули. Его глаза пристально смотрели прямо в глаза существа, безмолвно передавая уважение. Гиппогриф, задумавшись на мгновение, также склонил голову в знак признания.
Оминис, несмотря на свой недуг, прекрасно понимал, что именно ему предстоит сделать. Он услышал, как огромные крылья сложились перед ним. Он не видел каштанового оперения, но чувствовал — тепло, исходящее от тела существа, и лёгкий запах надвигающейся грозы, который всегда окружал гиппогрифов. Оминис поклонился, надеясь, что движение было достаточно почтительным. Гиппогриф, впечатлённый стойкостью юноши, склонил свою голову в признании.