Ход магии (1/2)
Уднир сделал шаг вперёд. Его копыто цокнуло по треснутому мрамору.
Айровила уже была готова идти за ним, но Уднир, даже не обернувшись, бросил:
— Нет. Этот бой — мой.
Она остановилась. Минера и Сонара напряжённо переглянулись.
Навстречу вышел Кенровил. Ни слова. Только шаг за шагом, всё ближе, пока их не разделяли лишь обломки прежнего трона.
Два барьера вспыхнули одновременно — чистая магия у Кенровила, неровная, тёмная — у Уднира.
Кенровил, не глядя на союзников, сказал:
— Это не твой бой, Уднир.
(голос спокоен, как камень)
— Оставь мне этих троих. Делай что хочешь.
Уднир дернул головой:
— Ты мне не указываешь.
Кенровил кивнул. Лаконично:
— Как знаешь.
Он вскинул рог. Без предупреждения. Без раскрутки. Магия — чистой сути, одновременно первого и нулевого порядка — обрушилась на щит Уднира.
Щит разлетелся, как тонкое стекло. Взрывной импульс отбросил Уднира, он врезался в землю, оставляя борозду по плитам. Его шкура горела. Кровь стекала по губе, капая на раскалённый пол.
Кенровил подошёл. Медленно. В молчании.
— Последние слова?
Уднир откашлялся кровью. Поднял копыто, вытер рот. Его голос был слаб, но холоден:
— Щепоток... Разворот.
Заклинание Кенровила было уже в воздухе — мгновенное, точное. Но Уднир исчез.
На его месте — камень. И прежде чем Кенровил повернулся, тёмная вспышка ударила ему в бок. Заклинание нулевого порядка, дрожащий Тёмный Визант, обрушилось на него сбоку.
Барьер Кенровила сработал мгновенно, блокировав удар. Он даже не сдвинулся с места.
— Даже не интересно.
(он шагнул вперёд)
Уднир рухнул на землю, задыхаясь, но не сдаваясь. Он вскрыл пространство, и оба артефакта — плащ мудреца и Жезл Мольбы — появились в его поле магии.
Заклинание Кенровила, метнутое в него, было отбито — жезл пробил первый щит, впервые пошатнув защиту Кенровила.
Но это была плата. Уднир тяжело дышал, зубы сжаты, тело в крови, силы — на грани. Его глаза были безумны и спокойны одновременно. Он был на пределе.
А Кенровил... даже не перешёл в серьёзную фазу боя.
Уднир сражался не магией, волей. Его рог всё ещё тлел остаточной силой, но щиты были пробиты, жезл Мольбы выпал и покатился в пыль, исчезнув среди обломков.
Остался только плащ. И упрямство.
Последней попыткой он вызвал магию эпохи Света, древний ритуал, который сам по себе был противоречием его природе:
— Тёмный терновый трон…
Из трещин земли вырвались корни, обвившись в величественный, но искажённый силуэт трона из колючей магии и боли.
Но Кенровил, даже не шевельнувшись, активировал Светлый купол, магию эпохи Аликорнов. Его щит не отражал — он поглощал. Всё исчезло, как будто и не было.
Уднир дрожал. Тело не слушалось. Магия уходила, как песок сквозь копыта. Но он всё ещё пытался атаковать, сделать хоть что-то.
Он не заметил, как Кенровил уже подошёл вплотную.
Тот не смотрел на него с ненавистью. Лишь… с печальным принятием.
Рог Кенровила вспыхнул. Голос — тихий, но неумолимый:
— Магия Великого Очищения. Небесный Свет.
И небо разошлось, как разорванная ткань. Потоки света, чистого и сверкающего, ударили в Уднира с небес.
Огромный луч пронизал пространство. Всё поле боя озарилось, и даже облака расступились.
Когда свет рассеялся, Уднир стоял.
Молча.
Без дрожи.
Но его тьма исчезла.
Аура — пуста.
Взгляд — мёртв.
И в следующую секунду он рухнул на бок, словно тело, из которого вырвали суть.
Без слова. Без дыхания. Без поражения — но без остатка воли.
Кенровил стоял рядом, молча. Его рог гас.
Он посмотрел вниз. Его голос — едва слышный:
— Будь ты чуть опытнее… я бы пострадал.
Он развернулся. Медленно, без спешки.
И пошёл вперёд — к Айровиле, Сонаре, Минере. Глаза их уже следили за ним.
Кенровил шёл, ровно, шаг за шагом, копыта по битым плитам. Он почти дошёл до Айровилы, когда воздух вспыхнул вспышкой. Молния. Чистый, как крик. Удар.
Барьеры Кенровила дрогнули — и треснули.
На его переднем копыте — кровь.
Он остановился. Посмотрел на рану. Та уже затягивалась, но сам факт был.
Он медленно обернулся.
Уднир вставал.
Дискорд, из-за груды камней, вскинул брови:
— Да ладно?! Даже это его не убило? Он что, неубиваемый?
Уднир поднялся на все четыре. Его тело было покрыто гарью, шерсть — в пепле. Но он стоял.
В зубах — амулет. Чернёный, в виде полумесяца, с едва заметными трещинами.
Он прошептал вслух. Хрипло.
— Амулет Тёмной Луны…
Он улыбнулся. Криво. Кроваво. Оскал клыков в пол-лица. И — прокусил амулет.
Магия хлынула в него, как ядовитая кровь. Аура тьмы вернулась взрывом, тени обняли его копыта, раны затянулись, как будто их и не было.
Уднир снова дышал тяжело, но ровно. И смотрел на Кенровила — прямо, уверенно, с вызовом.
Кенровил, молча, восстановил барьеры. Один. Второй. Третий.
— Ты упрям!
(он сказал это без эмоций, просто — факт)