40. Друзья (2/2)
— …бля. Где смазка?
— Ты, сука, романтик… В тумбочке.
Лисей потянулся в сторону, шарил, пока не задел тюбик. Он почти упал, но рука успела поймать.
— Нашёл.
— Ну заебись, — Неон уткнулся лбом в простыню. — Давай уже.
Щелчок крышки, холодный гель. Лисей снова вернулся к нему — и всё стало мягче, скользящим. Неон вскинулся, плечи напряглись, но он не отстранился. Сжал кулак сильнее, когда пальцы двинулись внутрь.
Лисей видел изгиб спины, сведённые лопатки. От этого сбился сам.
Неон втянул воздух слишком резко, будто его ударило током.
Лисей застыл на секунду, напряжённый, прислушиваясь. Тогда Неон сам повёлся назад, перевернулся через бок, неловко, зацепив его плечом, и оказался лицом к лицу.
— Не останавливайся.
Лисей задержался на этом виде. Наклонился, прикусил его ключицу, оставил красный след. Пальцы двигались, бёдра — навстречу, сталкиваясь с ним, так, что Лисей на секунду зажмурился, глуша стон в его шее.
Вытянул руку, выжал геля больше, чем нужно. Вошёл, ускорился на секунду, снова сбил ритм. Добавил ещё палец, двинулся глубже.
Неон провёл рукой по его затылку, откидывая волосы назад — ладонь осталась там, не отпуская.
— Ты меня, сука, убьёшь.
Вместо ответа, Лисей выпрямился, разрывая близость, сел на колени.
Поднял вторую руку, схватил его за челюсть. Большим пальцем провёл по его губе. А потом засунул два пальца ему в рот.
Неон дёрнулся, замычал что-то в ладонь. Поднял взгляд, лицо — вспотевшее, взгляд мутный. Обхватил, облизывая.
Лисей вытащил пальцы изо рта так же резко, как и сунул. Обхватил член Неона быстро, скользко. Тот выругался глухо.
Всё смешалось. Рука внутри, снаружи, его собственное сбитое дыхание.
Двинулся ещё раз, медленно, до конца, затем вышел.
Слишком медленно.
Влажный звук, с которым снова выдавливалась смазка на ладонь. Лисей растёр рукой по себе, по члену. Вернулся к нему, прижимаясь бёдрами. Неон поднял ноги, колени шире.
Провёл головкой вдоль, скользнул внутрь. Ладони тут же упёрлись в его плечи, отталкивая.
Лисей замер, сдерживая рывок, и двинулся дальше постепенно: сантиметр, ещё. Весь его вес сместился вперёд, на руки, чтобы не давить слишком сильно.
Уткнулся лбом в его ключицу.
— Больно? — почти без голоса.
— Похуй, — прошипел Неон.
Лисей сжал челюсть сильнее. И перестал спрашивать.
Сместился ниже, перехватил за поясницу. Начал снова — ровно, упрямо. Всё сузилось до механики: тесно, горячо, изнутри давит.
Темп уезжал. Лисей каждый раз тянул его обратно — считал про себя, замирал на долю дольше, чем выдерживал, злился за это. Тихий стон рядом мешал, лез под кожу, сбивал хлеще любого прикосновения.
Лисей отстранился, чтобы видеть лицо под ним. Смотрел, как оно меняется, как кривятся губы.
Рука — к его члену. Смыкая, по всей длине, подгоняя под толчки внутри.
Неон обхватил его ногами, подтянул, не давая держать дистанцию.
— Быстрее…
Лисей поймал рот — грубо, без разгона. Язык задел губу, слюна осталась, прикус вышел слишком сильным.
Тесно, липко, неудобно.
Одновременно его рука ускорилась, как и бёдра.
Тело Неона напряглось, потянулось за этим.
Лисей остановился. За ним всё остальное — движение, убрал руку от его члена.
И этой же рукой дал ему пощёчину.
Короткий хлопок отскочил от стен.
Неон замер. Щёка вспыхнула. И тут же — вдох, рваный, слишком громкий.
— Бля… ты…
Лисей застыл тоже — пальцы всё ещё там, где были. Наклонился и врезался зубами в шею.
— Перевернись.
Ноги сжались вокруг него ещё раз — почти назло — и только потом разом разошлись. Неон перекатился на бок и лёг на живот, таз выше. Он остался так, не оглядываясь.
Лисей подтянулся ближе, руками сжал талию. Провёл ладонью вдоль позвоночника вниз — от лопаток до крестца. Потом снова взял смазку, провёл по себе, по входу.
Сопротивление — сильнее, чем раньше, и он остановился, дав время. Неон уткнулся лбом в кровать, выдохнул резче.
Лисей толкнулся рвано. Держал его за талию крепко, пальцы врезались в кожу. Короткие толчки, всё глубже, сильнее.
Вдруг Неон вскрикнул глухо, уткнувшись лицом в предплечье.
Лисей подался снова, целясь в ту же точку, и почувствовал, как мышцы под ним стянулись плотно, почти больно.
Кожа шлёпала о кожу, звук стал общим. Каждый раз отклик отдавался снизу живота, шёл по нервам горячей волной. Неон уже сам поддавал назад.
Лисей склонился ниже, обхватил его член, двинул в том же ритме.
Всё стало одним потоком: толчки внутри и движения ладони снаружи.
Неон дёрнулся, мышцы натянулись.
Кончил резко, судорожно, горячо в его ладонь.
Лисей двинулся ещё несколько раз — и в тот же миг выскользнул, ладонью сжал сам себя. Рывки брызнули на спину Неону, скатились по изгибу вниз. Вторая рука продолжала слабо впиваться в кожу. Просто чтобы не отпускать.
В комнате повис густой запах. Сердце колотилось о рёбра, отдаваясь в ушах.
Только когда дыхание немного выровнялось, он потянулся к тумбочке. Нашарил пачку влажных салфеток.
Сначала несколько раз вытер собственную ладонь, потом сел ровнее, стянул с спины Неона липкие следы. Пальцы задержались ниже — вдоль позвоночника, потом по внутренней стороне бедра. Что-то сладкое в запахе от салфетки ударило по носу.
— Ебаный ты педант…
Неон выдал сипло — почти со смехом, но звук оборвался. Он уткнулся носом в подушку и так и остался, не двигаясь.
Лисей скомкал салфетку, бросил в сторону. Ладонь ещё лежала на его ноге — он провёл раз, машинально, ближе к колену, и убрал руку, будто опомнился. Откинулся рядом, щурясь в потолок.
Тишина повисла тяжёлая. Свет фонаря с улицы резал край стены.
Неон накрыл глаза ладонью.
— Я в душ щяс, — пробормотал, не убирая руки.
Лисей кивнул.
Через пару минут Неон пошевелился. Медленно перевернулся на бок, подтянул колени, потом сел. Посидел, упираясь ладонями в матрас.
Когда встал, движение вышло ломаным: сначала выпрямился не до конца, задержался, только потом сделал шаг.
Лисей смотрел снизу, не сразу понимая, когда отвёл взгляд. На простыне осталась его собственная раскрытая рука. Напряжение сходило кусками: где-то быстрее, где-то цепляясь
Неон дошёл до двери голым, зацепился плечом за косяк, поморщился, но не остановился. В ванной щёлкнул свет, зашумела вода.
Лисей отвёл взгляд обратно в потолок, прислушиваясь к этому шуму. Кожа уже остывала.