24. Экспериментаторы (1/2)

Открыл глаза — серо-синий свет размазался по комнате. Сквозняк холодит плечо, под одеялом тепло, и в воздухе висит этот знакомый запах. Только потом дошло — его.

Взгляд зацепился за руку, наполовину укутанную в одеяло. Бледное запястье мелькнуло между складками ткани. Дышал рядом неровно, тихо.

Неон.

Спал, уткнувшись лбом в подушку. Волосы растрепались, пару прядей слипло на щеке, одна почти касалась губ.

Близко. Даже слишком.

Так близко, что непонятно — отодвинуться бы или наоборот не шевелиться, чтобы не разбудить.

Лисей лежал, глядя в ту сторону. Ни мысли, ни плана — только кадр, слишком реальный, чтобы отвлечься.

Они ввалились сюда несколько часов назад: дверь хлопнула, куртки на стул, слова через зевоту.

— Жрать есть?

— Нет.

— Ну и похуй.

Неон первым рухнул на кровать, стянул футболку и джинсы, всё скинул одной кучей и залез под одеяло, даже не глянув в его сторону.

— Нормально ляжешь или будешь охранять? — донеслось приглушённо.

Лисей стоял посреди комнаты, держа свитер в руках. Хотел что-то ответить, но вместо этого просто выдохнул — и тишина вытянулась между ними, почти комичная.

Неон шевельнулся, откинул край одеяла.

— Ну? Я место держу.

Он помедлил, повесил свитер на спинку стула, зачем-то расправил складку. Потом скинул джинсы. Кожа моментально покрылась мурашками — не от холода.

— Тесно, — пробормотал Неон, когда тот забрался под одеяло, но не сдвинулся.

Тепло от него, шум города за окном — и мягкий провал в темноту.

Лисей тихо поднялся, пол холодом пробил остатки сна. В шкафу на ощупь нашёл полотенце — знал, где. Даже не задумывался.

Душ. Вода греет плечи, пар липнет к шее. Пульс отбивает своё, будто тело само задаёт ритм. Стоял, пока зеркало не запотело, мысли стирались в одну мутную линию. Что-то между тревогой и тягой, как перед прыжком.

Пальцы по шее, по ключице — там всё ещё горит, отзывается вчерашнее.

Хотел убрать руку — не смог. Мгновение стоял, чувствуя, как в груди тянет.

Резко остыло. Струя хлестнула холодом, дыхание сбилось.

— Ёпт твою…

Он перехватил воду, слушая, как капли бьют по кафелю.

Вытерся, накинул полотенце, подошёл к зеркалу. Стер влагу — в зеркале проступил расплывшийся контур. Тот же, но не совсем: влажные пряди прилипли к вискам, взгляд ясный, цепкий.

Провёл по лицу — тело всё не остывало. Полотенце на шею, оделся.

В комнате тянет из приоткрытого окна осенью. Полутемно, только голубая крошка света от экрана телефона. Неон лежал на боку, уткнувшись подбородком в руку.

Он перевёл взгляд, когда Лисей вошёл.

— Здорово, — голос сиплый.

— Я тебя разбудил?

— Да не, — зевнул, потянулся. — Просто валяюсь.

Лисей кивнул, закрыл дверь ногой, прошёл к кровати. Волосы всё ещё мокрые — провёл рукой, откинул назад.

— С лёгким паром, епт, — с усмешкой. — Мой водонагреватель не взорвался?

— Почти. Но я выжил.

— Ну, герой, — Неон перевернулся на спину, экран телефона погас. — Я думал, ты там сдох.

— Подумывал, — он сел рядом, опёрся ладонями о кровать.

Неон потянулся, выгибаясь, как кот. Рука выскользнула из-под одеяла — на коже перемешано всё подряд: паук, тонкий кинжал, чёрные линии поверх старых красных иероглифов.

Плечо, ключица, чернильные пятна на запястье — взгляд словно сам нащупывал контуры. Хотелось коснуться, убедиться, что настоящее.

Неон поймал это — уголок губ дрогнул. Пальцем провёл, где тату начинались.

— Нравится вид?

— Зависит, — выдал вполголоса, сглотнув. — С какой стороны смотреть.

Неон развернул кисть, открывая внутреннюю сторону, как бы между делом.

— А с этой?

Лисей повёл подбородком — что-то между кивком и отрицанием.

— С этой вообще пиздец.

— В смысле? — Неон приподнял бровь. — Пиздец как плохо, или пиздец как…?

Он не договорил, опёрся на локоть, чуть ближе. Тепло от него потянуло к коже.

Лисей хотел отшутиться — не вышло. Слова застряли, язык сухой.

— Сам выбери.

Глаза от руки — к шее, выше — к губам.

Воздух натянуло тонко, до звона.

Он лёг рядом. Матрас прогнулся, и одеяло потянуло вниз, стянув их почти в одно дыхание. Между плечами — ничего.

Неон повернул голову. Взгляд настороженный, тёплый, изучающий. Искал точку, где можно остановиться.

— Ну, давай решим, какой это пиздец.

Он поднялся на локте, завис над ним. Рукой к затылку; пальцы прошли по волосам.

Наклонился, неловко тыкаясь носом в щеку, потом — наконец губы.

Поцелуй рваный, горячий, со сбившимся дыханием. Губы зацепились, зубы стукнулись. Всё не так, но от этого только ближе.

Неон двинулся, прижимая бедром. Рука задела сосок, скользнула вниз, чуть неуверенно. Пальцы дрогнули, сжали сильнее, чем надо, задержались — и двинулись снова.

Лисей поймал его ладонь, чуть сильнее, чем собирался. Прижал к себе.

Неон замер почти испуганно, ладонь всё ещё на его животе. Потом медленно откинулся назад.

— Чё, не так?

— Нет, всё… так, — Лисей покачал головой. — Просто…

— Просто… что? Ты не хочешь?

— Нет, — слишком быстро ответил Лисей. — Я хочу. Просто… может, я?

Вопрос повис.

Неон моргнул. Взгляд дёрнулся вниз — коротко, как рефлекс, — и снова вверх.

— Ты хочешь… сверху?

Кивок.

Несколько секунд ни слова, слышно только, как ткань шуршит под их коленями.

Неон только нахмурился чуть сильнее, пальцами теребя край простыни.

— Пиздец, — пробурчал он. — Я хрен знает, как это вообще делают.

— Разберёмся, — выдал Лисей после паузы, слова сорвались ниже обычного.

Неон провёл рукой по лицу, потом по волосам, встряхивая.

— Экспериментаторы, блядь…

Он выдохнул, резко, почти со смехом. Завалился назад, простыня скомкалась под спиной. Провёл языком по губам, перевёл взгляд на Лисея.

— Ну… пробуй.

Ладонь легла вплотную к его бедру.

— Только не убей, ладно? — уже тише, с упрямым прищуром.

Лисей фыркнул, просто, чтобы не дать голосу дрогнуть.

Двинулся ближе; колено между его ног.

Неон не шевелился — только грудная клетка поднималась неровно.

— У тебя есть? — тихо.

Неон помолчал, губы на секунду сжались.

— Ага… в куртке. Кажется, — посмотрел на стул.

Лисей проследил за его взглядом. Встал, потянулся к куртке, сунул руку в карман. Шуршание, внутри коробка, тюбик. Он огляделся на Неона — тот разглядывал потолок.

— Ты серьёзно носил это с собой?

— А ты думал, я романтик, — буркнул тот. — Практичный, между прочим.

Лисей задержал коробку в руке, словно взвешивал, решая, что с ней делать. Обычная, ничего особенного. И именно от этой простоты внутри кольнуло — не смех, не нежность, что-то третье, без имени.

Он вернулся к кровати, поставил коробку с тюбиком на край тумбочки, рядом с телефоном. Пальцы коротко прошлись по одеялу — неуверенно, примеряясь к движению.

Склонился, губы нашли шею. Дальше — ключица, ниже. Рука опустилась на бедро, удерживая равновесие, но сама сжалась, пока он двигался по горячей коже.

Всё ушло в одну точку, запах, вкус, ритм под ладонью.

Хотелось дойти до конца, не думая, не останавливаться...

— Эй, тормози.

Рука на плече.

Лисей завис, моргнул.

— Что? — выдохнул с запозданием.

Неон сел, глянул на него — и уголок рта пополз в сторону, почти сам по себе.

Вот это его фирменное: ага, поймал тебя.

— Ты серьёзно? Прям так? — потёр нос костяшкой пальца. — Салага. Тебе ещё теорию зубрить и зубрить.

У Лисея в лице всё вспыхнуло. Настолько быстро, что Неон заметил сразу.

И это его, наоборот, выровняло. Даже расслабило. Он чуть выпрямился, плечи ушли назад, жесты стали свободнее.

— Ага, — хмыкнул он мягко, довольным тоном. — Дошло, да?

Встал, начал искать вещи — быстро, без лишних пауз, будто решал рабочий вопрос. Полотенце перекинул на плечо.

— Короче, — бросил он, уже стоя у двери. — Жди. И не размазывай тут сопли. Это нормальный технический проёб.

Не дал ответить. Вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Через пару секунд за стеной зашумела вода.

Лисей остался на кровати.

Салага. Ну да. Тут не поспоришь.

Он откинулся на подушки, прикрыл глаза рукой. Возбуждение перемешалось с раздражением на себя. И всё же сквозь это пробивался смешок.

Он не знал, сколько прошло — пятнадцать минут, двадцать. Всё равно. Просто лежал и пытался унять дрожь в руках.

Шум воды стих. В квартире снова стало тихо, и эта тишина была в тысячу раз напряжённее, чем предыдущая.

Лисей сел. Сердце застучало где-то под гортанью.

Сейчас.

Вот сейчас он выйдет — и скажет, что всё это была херня.

Дверь щёлкнула. Неон вышел, вытирая волосы полотенцем. Вода стекала по груди, капала на пол. Не смотрел на Лисея, всё внимание ушло в руки. Полотенце полетело на дверцу шкафа. Только потом — взгляд. Вся напускная ирония исчезла. Осталось только серьёзное, почти суровое выражение лица. Он подошёл, сел на край кровати. Спиной. Смотрел прямо перед собой в серое окно.

Лисей подался вперёд не думая. Рука легла поверх его ладони — холодная кожа, лёгкое движение пальцев.

Неон повернулся к нему медленно. Волосы соскользнули на щёку, он хотел их отбросить, но Лисей перехватил — поднял подбородок, развернул лицо к себе.

Поцеловал. Сначала коротко — проверяя, примет ли. Потом второй — ближе, глубже. Нижняя губа заделась, дыхание мгновенно спуталось.

Неон вздрогнул плечами, но не отстранился. Выдохнул, неровно, почти сердито — и потянул его на себя.

Они завалились на кровать — медленно, вцепившись друг в друга. Ладонь задела Лисея под рёбрами резко, щекотно. Он почувствовал как Неон выгнулся навстречу, прижимая его за затылок, как тёплое дыхание коснулось шеи, как мокрые после душа волосы прилипли к его скуле.

Лисей вжал его чуть сильнее, губами прошёлся ниже к линии челюсти. И накрыло: жар, близость, и то, как тело под ним дёрнулось, будто пропуская ток.

Он отстранился на полвздоха, провёл взглядом вниз — по шее, по ключицам, по напряжённому животу. Потом наклонился и пошёл ниже губами.

Не приняв решение — тело само повело.

Неон подскочил, приподнялся на локтях.

— Лис, ты чё…

Лисей не ответил. Только посмотрел снизу — быстро, почти вопросительно.

И снова наклонился.

Неон откинулся обратно, закрыв предплечьем глаза.

— Бля… неловко как-то, — пробормотал Неон, и сам же рассмеялся.

Лисей замер на полсекунды. Пальцы нашли выступ таза и сжали сильнее, чем он собирался.

Он наклонился ближе, уткнулся носом в кожу у края боксёров, так что Неон вздрогнул животом.

Провёл кончиком носом вдоль линии. Пальцем чуть зацепил резинку, потянул вниз, обнажая полосу кожи. И прежде чем успел подумать, коснулся её губами — коротко, горячо, почти нервным стуком.

Член дёрнулся под боксерами, тело само отозвалось.

Неон выдохнул, глухо, сдавленно.

Больше слов не понадобилось. Лисей наклонился снова. Ткань мешала, сбивала ритм. Одно движение — и дальше только кожа.

Он завис, опустив взгляд. Мысли разбежались, будто на секунду мозг не догнал тело.

Блядь. И чё теперь?