Глава 10 - Специалист по нейроинтерфейсам (1/2)

Профессор Велл вздрогнула от настойчивого звонка в дверь. Хронометр показывал раннее утро — слишком рано для обычных визитов.

Она лежала в постели, глядя в потолок, и не торопилась вставать. За последние годы подобные ранние визиты стали для неё источником тревоги. СИБ могла прийти в любое время, и она знала — когда они придут окончательно, это будет именно так. Рано утром, когда соседи ещё спят.

Звонок повторился, более настойчивый.

Велл медленно поднялась с кровати, чувствуя знакомую тяжесть в груди. Вот уже пять лет она просыпалась с этим ощущением — словно каждый новый день мог стать последним. После увольнения из КТИ её жизнь превратилась в ожидание. Ожидание вызова на допрос, ожидание ареста, ожидание того момента, когда кто-то решит, что бывший профессор знает слишком много и стала обузой.

Она подошла к окну и выглянула на улицу. Обычное утро на Кореллии — редкие прохожие, автоматические уборщики, скользящие по стенам зданий и переходам между небоскребами. Ничего подозрительного. Но разве агенты СИБ станут привлекать к себе внимание?

Вчерашняя встреча с Алексом всколыхнула в ней что-то давно забытое. Не просто воспоминания о лучших временах — надежду. Впервые за долгие месяцы она почувствовала, что у неё может быть выбор. Не просто пассивное ожидание развития событий, а реальная альтернатива.

Она думала об этом всю ночь, ворочаясь в постели. О том, что её жизнь зашла в тупик. О том, что на Кореллии её ждёт только медленное угасание — если повезёт — или внезапная смерть, если не повезёт. СИБ держала её на коротком поводке, но этот поводок с каждым днём становился всё короче. Рано или поздно кто-то решит, что риск превышает пользу.

Предложение Алекса казалось выходом. Опасным, непредсказуемым, но выходом. По крайней мере, это было действие, а не пассивное ожидание конца.

Звонок прозвучал в третий раз. Накинув халат, она подошла к двери и активировала видеосвязь.

На пороге стояли двое мужчин в неброской одежде. Один — высокий брюнет лет тридцати пяти, второй — коренастый блондин чуть постарше. Оба выглядели спокойно и профессионально. Не как агенты СИБ — те обычно были более официальными. Эти двое скорее напоминали частных охранников или наёмников.

— Профессор Велл? — спросил высокий. — Мы от Коррена. Пора собираться.

Велл на мгновение растерялась. Вчера вечером она отправила согласие, но не ожидала такой быстрой реакции. В глубине души она надеялась, что у неё будет больше времени на размышления, на подготовку. Но, видимо, Алекс не привык откладывать дела.

— Дайте мне несколько минут, — сказала она, открывая дверь.

Мужчины прошли в квартиру, быстро оценили обстановку. Профессионально, но без навязчивости. Велл заметила, как их взгляды скользнули по окнам, дверям, возможным путям отступления. Определённо не обычные курьеры.

— Вам нужно собрать всё необходимое, — сообщил блондин. — Но помните — вы сюда больше не вернётесь.

Слова прозвучали окончательно. Мостов назад не будет. Велл почувствовала странную смесь облегчения и тревоги. Облегчения — потому что решение принято и отступать некуда. Тревоги — потому что она всё ещё не знала, к чему идёт.

— Почему такие меры предосторожности? — спросила Велл, направляясь в спальню за вещами.

Хотя в глубине души она прекрасно понимала ответ. СИБ не простит ей исчезновения. Они будут искать, и если найдут — убьют не только её, но и всех, кто ей помогал.

— Госпожа Велл, — высокий агент говорил уважительно, но с легкой усмешкой, — вы ведь уже догадались о многом. Зачем спрашивать? Алекс вам всё расскажет.

Она остановилась, изучая их лица. В тоне не было угрозы, скорее — понимание ситуации. Они знали, с кем имеют дело, и относились к ней как к равной, а не как к ценному грузу.

Велл начала складывать вещи в дорожную сумку. Много у неё не было — после увольнения она продала почти всё ценное, чтобы сводить концы с концами. Несколько комплектов одежды, личные вещи, старые фотографии. Жизнь, умещающаяся в две сумки.

— Подождите, — сказала Велл, складывая вещи в дорожную сумку. — Вы понимаете, что меня не отпустят с планеты просто так? Я нахожусь под наблюдением СИБ. Подписки о неразглашении, которые я давала, никуда не делись. Меня найдут в любой точке галактики.

Это был не вопрос, а констатация факта. СИБ имела длинные руки, и их досье на неё было толстым. Слишком много секретных проектов, слишком много классифицированной информации в её голове.

— Не в любой, — спокойно ответил блондин. — Мы в курсе ваших проблем и решим их. Вас не будут искать. Мы всё устроим. Не беспокойтесь.

— Если хотите знать мое мнение, — добавил высокий, — вы сделали правильный выбор. Уверен, что не пожалеете о нем. А что касается СИБ... — он усмехнулся. — Мы знаем, как они работают и учитываем это.

— Надеюсь на это, — горько сказала Велл. — Я просто устала от этого.

И это была правда. СИБ позволяла ей давать частные уроки, но только по общим дисциплинам. Всё, что касалось её настоящей специализации, было под запретом.

Она думала об этом каждый день. О том, как её жизнь скатилась в никуда. В молодости она мечтала о великих открытиях, о расшифровке тайн древних цивилизаций. Вместо этого она получила несколько лет работы над секретными проектами, результаты которых использовались для целей, о которых она предпочитала не думать, а затем — изгнание и медленное угасание.

***

Вчерашний вечер она провела в мучительных размышлениях. Встреча с Алексом всколыхнула воспоминания о прошлом и заставила серьезно подумать о будущем.

Она помнила его студентом — умным мальчиком, упертым и целеустремленным, слабоэмоциональным, но добрым. Тот Алекс мог часами корпеть над сложной задачей, не замечая окружающего мира. Мог искренне расстроиться из-за неудачи в эксперименте. Он задавал вопросы, которые ставили её в тупик, и находил решения там, где она не видела даже проблемы.

Она помнила, как он защищал дипломную работу. Большинство профессоров отнеслись к работе скептически, но Велл видела в ней потенциал. Алекс не просто изучал археотехнологии — он понимал их на интуитивном уровне.

После защиты он подошёл к ней, поблагодарил за поддержку и попрощался. И с тех пор она его не видела и ничего не слышала о нем.

Вчерашний Алекс был другим. Жёстким. Жутким? Нет, не жутким... Она не чувствовала от него опасности, во всяком случае — для себя. Что же в нем изменилось?

Власть, — поняла она. Да, точно.

Не показной, не нарочитой — естественной властью человека, привыкшего принимать решения и нести ответственность за их последствия. Человека, которому подчиняются и он к этому привык. В его движениях, в тоне голоса, в том, как он смотрел на мир — всё говорило о том, что за прошедшие годы он через многое прошёл.

Но что за лидер? И лидер чего?

Она понимала, что у неё просто не было выбора. Оставаться на Кореллии означало медленную смерть — если не физическую, то профессиональную и духовную. СИБ не собиралась возвращать её к работе. Они держали её как страховку, как источник информации, который можно использовать при необходимости.

Мне любопытно, — честно призналась себе Велл. И что мне терять? Нищенское существование на Кореллии? Случайные уроки за гроши? Если он посадит меня в какую-нибудь шарашку — не привыкать. Работу свою я люблю.

А ещё ей было интересно узнать, кем стал её бывший студент. Что он делал все эти годы? И главное — что он планирует делать с теми знаниями, которые она может ему дать?

***

— Готова, — сказала она, выходя из спальни с двумя сумками.

— Это все? — удивился высокий агент.

— Я не привыкла к излишествам.

Это была правда. После увольнения ей пришлось научиться жить скромно. Большую часть накоплений она потратила в первые месяцы, надеясь, что ситуация изменится. Потом поняла, что нужно экономить каждый кредит.

— Документы? Научные записи?

— Все важное здесь, — Велл постучала пальцем по виску. — А записи... после увольнения мне не разрешили ничего забрать из института.

Это была одна из самых болезненных потерь. Годы исследований, теории, наблюдения — всё осталось в архивах КТИ под грифом ”секретно”. Она могла воспроизвести основные выводы по памяти, но детали, тонкости, промежуточные результаты — всё это было потеряно.

Агенты переглянулись.

— Хорошо. Тогда идем.

Они спустились в подземный гараж, где их ждал неприметный спидер. Велл села на заднее сиденье, агенты — впереди. Машина плавно вылетела из гаража, и Велл в последний раз посмотрела на здание, которое многие годы было её домом.

Странно, но она не чувствовала сожаления. Только облегчение от того, что неопределённость наконец закончилась.

— Что дальше? — спросила она, когда они выехали на улицу.

— Вот как всё будет выглядеть. Через час произойдет досадный инцидент, — ответил блондин, ведя спидер по утренним улицам. — Какой-то лихач отключит автопилот своего спидера, врежется в ваш старенький транспорт. Вы попытаетесь увернуться, героически уведёте машину в заброшенное промышленное здание, чтобы не задеть пешеходов. К сожалению, взорвётся энергоячейка.

— Тело не найдут?

— Полностью уничтожено взрывом. Очень печальная история. Местные новости возможно расскажут о храбрости бывшего преподавателя КТИ.

Велл кивнула.

— А что, если СИБ заподозрит подвох?

— Они проверят, конечно, — ответил высокий агент. — Но улики будут указывать на несчастный случай. К тому же, вы для них не настолько важны, чтобы устраивать масштабное расследование. Скорее всего, просто закроют ваше дело и забудут.

Космопорт встретил их обычной суетой. Частный терминал был тише и спокойнее, но агенты все равно выбрали маршрут через служебные проходы. Никаких лишних контактов, никаких камер наблюдения.

Велл шла за ними, чувствуя нарастающее возбуждение. Впервые за долгие месяцы она направлялась к чему-то новому, неизвестному. Не важно, что её ждало — это было лучше, чем медленное угасание на Кореллии.

Ангар 94 оказался просторным помещением, где стоял скромный внутрисистемный транспорт. Ничего особенного — обычный грузопассажирский корабль, каких тысячи бороздили космические пути Кореллианской системы.

— Профессор Велл? — из корабля вышел человек в форме пилота. — Добро пожаловать на борт. Мы доставим вас к Коррену. Он вас ждет на границе системы.

Велл устроилась в небольшой пассажирской каюте, наблюдая через иллюминатор, как Кореллия медленно уменьшается за кормой. Корабль плавно покинул атмосферу планеты, набирая высоту над гравитационным колодцем.

Она смотрела на удаляющуюся планету и думала о том, что оставляет позади. Не так уж много, если честно. Несколько знакомых, которые давно перестали с ней общаться из страха перед СИБ. Прах родителей в колумбарии, которых она навещала раз в год. Воспоминания о лучших временах, когда она была уважаемым профессором, а не изгоем.

Когда они отдалились на достаточное расстояние, пилот активировал микропрыжок.

Двенадцать световой час до границы системы пролетел быстро. Велл дремала в кресле, размышляя о предстоящем. Когда корабль начал тормозить, она проснулась и увидела в иллюминаторе знакомые очертания YT-1300.

Стыковка прошла плавно — шлюзы соединились с характерным шипением выравнивающегося давления. Велл прошла через переходной тоннель и оказалась на борту корабля Алекса.

Алекс встретил ее в небольшом салоне, оборудованном мягкими креслами и голографическим дисплеем. Он был одет в простую тёмную одежду, но Велл заметила качество материалов, тонкую работу портного. Не показная роскошь, но определенно дорогие вещи.

— Профессор Велл, спасибо, что решились, — сказал он, поднимаясь. — Присаживайтесь, пожалуйста. Нам предстоит долгий разговор.

Она отметила, что он обращается к ней официально, с уважением.

— Куда мы летим? — спросила Велл, устраиваясь в кресле.

— На Терсик. Моя... база операций.

— База операций? — она подняла бровь. — Звучит интригующе.

Алекс улыбнулся — первый раз за всё время их знакомства она видела на его лице искреннюю улыбку. На мгновение в ней мелькнул тот студент, которого она помнила.

— Профессор Велл, вы умная женщина. Вы уже поняли, что я не просто торговец техникой. И то, что я предлагаю вам — не обычная научная работа.

— Тогда что именно вы предлагаете?