Длинные ночи Безночного города (2/2)
– Какое равнодушие к общему делу, – приторно вздохнул Вэнь Лян. – Или к вопросам науки. Мне вот до ужаса интересно изобрести новое средство для лечения ожогов.
– Клан Вэнь имеет дело с магией огня сотни лет, – железным голосом отчеканила Вэнь Цин. – У нас хватает самых разнообразных средств, чтобы лечить ожоги. И я не вижу смысла изобретать что-то новое, просто чтобы выслужиться.
Вэнь Цин была единственным лекарем на этом собрании, что не запросил себе подопытных. Покинув совет как можно раньше, она начала прогуливаться по бесконечным коридорам Знойного дворца, чтобы немного успокоиться.
Улитки… драгоценные улитки из Озера солёных слёз…
Всё-таки она нашла способ стимулировать их размножение! У девушки промелькнула шальная идея, что, если взять три улитки с самыми большими крапинками на теле, можно со временем вывести новый вид, даже сильнее изначального.
Интересно, эти улитки могут обитать только в Озере солёных слёз или вполне себе приживутся в любом другом месте? Неподалёку от Безночного города есть один затхлый прудик, которым никто не пользуется. Что если подселить улиток из третьего аквариума туда? Конечно, если столица попадёт в полноценную осаду, Вэнь Цин не сможет следить за состоянием дел. Но однажды, после войны…
– Госпожа Вэнь, – прервал её улыбающийся Ван Кэсин. – Откуда такая печаль на вашем прекрасном лице? Вы бродите в одиночестве по дворцу, вам так скучно… Хотите, я составлю вам компанию?
Вэнь Цин смерила его холодным взглядом и попыталась обойти.
– А, я понял: вы не в печали, вы в задумчивости. Но красивым девушкам вредно так много думать. От этого их глаза становятся грустными. Хотите, я вас развеселю? У меня как раз есть свободная минутка, чтобы попить чаю.
Ван Кэсин, как и многие другие, не понимал, каких усилий стоило Вэнь Цин достичь своего нынешнего статуса. Будучи женщиной, она должна была показывать результаты в три раза лучше, чтобы хотя бы иметь возможность конкурировать с мужчинами.
Красота девушки только ухудшала положение. Не смолкали слухи, будто услуги, которые она оказывает верховному заклинателю, отнюдь не ограничиваются акупунктурой. С кем только не скрещивала её толпа! Отдельная ветка сплетен гласила, что Вэнь Цин когда-то состояла в отношениях с Вэнь Чао, и именно она отвораживает от него всех женщин. Вот наследник ордена и меняет любовниц, как перчатки. Вэнь Цин уже давно перестали трогать подобные слухи, и она пропускала их мимо ушей.
Если бы она вела себя, как весёлая дурочка, девушку давно бы перестали воспринимать всерьёз.
– Я понимаю, – продолжил Ван Кэсин, – у вас нет недостатка в мужском внимании. Однако я много где побывал и, уверен, смогу вас удивить занимательными историями.
Вэнь Цин строго сказала нахалу, чтобы тот прекратил её преследовать. Однако его хватило дня на три, после чего он снова начал осаждать девушку, придумывая разные нелепые симптомы, чтобы она его осмотрела. Пока ни одна попытка не увенчалась успехом; впрочем, Ван Кэсин не собирался сдаваться так легко.
Глава 53, в которой Вэнь Цин промолчала
Однажды для одного экспериментального зелья девушке потребовалась печень крокодила, и Вэнь Цин отправилась в лавку Да Минъюэ, что продавал товар для алхимиков, знахарей и разного рода шарлатанов.
Да Минъюэ отправился за редким товаром на склад, и в помещении остались лишь Вэнь Цин да три женщины, занимающиеся бацзы. В лавке можно было снять комнаты для консультаций, а они как раз ждали клиентов. Астрологи не знали Вэнь Цин в лицо, но распознали, что девушка занимает важное место в ордене и наверняка при деньгах.
– Такая красивая девушка, но такая серьёзная, – оживилась Чжан Мэй, эффектная женщина лет сорока. – Мой вам совет, милая: улыбайтесь почаще. Это самый лёгкий способ привлечь мужчину.
– Конечно, у неё уже есть ухажёр, – живо влезла в разговор Ли Хуэй, только недавно ставшая астрологом. – Посмотрите, какие у неё яркие губы, какой прелестный румянец на щеках! Это всё от любви. Любовь прихорашивает девушку лучше десятка дорогих кремов. Хотите, я проверю вашу совместимость с женихом?
– Совместимость — дело второстепенное, – заявила Мао Линь, самая опытная из них. – Если период для брака неблагоприятный, то жених даже с хорошей совместимостью рядом не задержится. На войну убежит, например. Вы знаете точное время вашего рождения? Я могу посмотреть, когды вы выйдете замуж.
– Я не нуждаюсь в ваших услугах, – резко ответила Вэнь Цин.
– Что, не нравится, когда все кругом лезут с разговорами о замужестве? – улыбнулась Мао Линь. – Понимаю. Однако скажу вам по своему опыту: когда вы на самом деле не стремитесь найти любовь, никто и не будет вас уговаривать. Если же окружающие постоянно твердят о том, что пора замуж, значит, вы подсознательно этого хотите.
– Ей бы сначала над характером поработать, – покачала головой Ли Хуэй. – Когда девушка обросла иголками, как у ежа, самый добродушный жених сбежит, сверкая пятками, несмотря на её красоту.
Замуж? Ну уж нет. Вэнь Цин и так катастрофически не хватало времени на любимые занятия. А если она выйдет замуж, то о серьёзных научных исследованиях придётся забыть. Всё-таки мужчины довольно эгоистичны и требуют, чтобы все силы жены были направлены на их обслуживание. То, что муж первым делом выкинет её аквариумы, чтобы она не забивала себе голову всякой ерундой, не вызывало у Вэнь Цин никаких сомнений. Кроме того, мужчины и правда не любят, когда женщина превосходит их хоть в чём-то, так что ей придётся всё время занижать свои амбиции.
Кроме того, Вэнь Цин боялась возможных трансформацией. Она видела, как некоторые из её знакомых радикально менялись в браке, выкидывая из головы все прошлые интересы и сосредотачиваясь лишь на муже. А рождение ребёнка и вовсе превращало женщину в новое существо. Она особенно отчётливо увидела это на одной старой знакомой, с которой когда-то любила обсуждать медицину.
Как-то Вэнь Цин зашла к ней в гости, но подруга постоянно отвлекалась на ребёнка и оживлялась только тогда, когда речь заходила о воспитании детей. Когда Вэнь Цин рассказывала ей о своих улитках, девушка слушала лишь из вежливости, и глаза её быстро тускнели. Она, конечно, давала выговориться Вэнь Цин, но сама только и ждала момента, чтобы похвастаться, как быстро её сын научился ходить.
Такая трансформация испугала Вэнь Цин до чёртиков. Больше всего на свете девушка боялась, что от любви у неё поедет крыша, и она будет находить своё высшее счастье в том, чтобы прислуживать мужу и вытирать сопли детям. А если её муж окажется плохим человеком, от которого она попадёт в эмоциональную зависимость? Прикажете валятся у него в ногах и терпеть унижения, пока тот будет искать развлечений на стороне?
К тому же, сильные мужчины частенько начинали с ней соревноваться, а слабых она не любила. Больше всего хлопот ей доставляли мужчины с больным самолюбием — такие, кто страдают от того, что уступают своим конкурентам. Мысль о том, что их превосходит ещё и женщина, приводила их в бешенство, и они — кто исподволь, кто открыто — всегда пытались спустить Вэнь Цин с небес на землю. Таких закомплексованных жеребцов она научилась чуять за версту и старалась держаться от них подальше. Вот Цзян Чэн точно был из таких.
Интересно, как он там?.. Нормально ли перенёс последствия несостоявшейся операции?
Так как Вэнь Цин прервали на самом интересном месте, а потом ещё и не дали проследить за состоянием пациента, который сбежал, она часто возвращалась мыслями к этому эпизоду. Девушка никак не могла перевернуть эту страницу, чтобы спокойно поставить книгу на полку в библиотеке своей памяти.
Она внимательно изучила чёрный меч с лезвием из обсидиана, который Цзян Чэн подарил Вэнь Нину. Пользоваться им было совершенно невозможно: меч источал такой жар, что обжигал руку даже через перчатку. Очевидно, в этом мече была заключена магия огня — возможно, он был добыт из жерла вулкана? Но Вэнь Цин так и не смогла снизить его температуру, как ни старалась, поэтому меч оставался бесполезной безделушкой. Вэнь Нин поставил его на специальной постамент в своей комнате и назвал его “Ворон”. Пилюли, которые дал Цзян Чэн в тот день, и правда убрали заикание юноши, и он стал чувствовать себя гораздо увереннее.
Бумажную птичку красного цвета, на которой можно было написать послание Цзян Чэну, девушка спрятала в кожаный мешочек, служивший ей кошельком, и лишь иногда доставала её, задумчиво разглядывая. Кинжал с рукояткой из драконьего камня, который мог вонзиться в врага, повинуясь лишь мыслям хозяйки, понравился Вэнь Цин больше всего.
Понимая ход мыслей Вэй Усяня, она примерно представляла, как он может использовать перчатки, меняющие внешность. Ничего хорошего из этого явно не выйдет.
А вот тот мешочек, расшитый серебряными нитями и вихрями лазурного шторма…
Когда Вэй Усянь немного окреп после несостоявшейся операции, он жадно накинулся на подарки Цзян Чэна, внимательно читая инструкции.
– Лазурный шторм? – пробормотал он, разворачивая руководство по использованию оружия. – Что за “лазурный шторм”?
Дальше юноша нахмурился и углубился в чтение. Он ничего не сказал ни Вэнь Цин, ни Вэнь Нину, но девушка видела, что Вэй Усяня словно обуяла лихорадка.
Кажется, это и правда было что-то необычное…
Попав в Безночный город, девушка надолго зависла в главной библиотеке, перебирая все книги, где мог храниться ключ к разгадке. Единственное, что она нашла, был сборник древних японских сказок “Золото горы Хорю”, записанных путешественниками. В одной из них фигурировал Лазурный дракон, который превращал любую страну, куда прилетал, в царство из льда и снега. Он пожирал огонь любой величины и силы, словно пирожки на завтрак, и убить его было невозможно, пока однажды дракона хитростью не заманили в жерло вулкана и не запечатали там до конца времён. Некоторые верили, что в “Золоте горы Хорю” были зашифрованы древние алхимические знания, но подтверждений тому не было.
“Лазурный шторм”... могло ли это оружие воздействовать на огонь?
С наступлением осенних холодов у Вэнь Жоханя начала сильно болеть голова, и он вызывал к себе Вэнь Цин чуть ли не через день. Один раз острый приступ случился с ним прямо во время обсуждения военных планов; боль захватило всё существо, не давая думать ни о чём другом. Чтобы не переносить совет, решили срочно вызвать Вэнь Цин.
Пока девушка колдовала со своими иглами, мужчины переключились на обсуждение более невинных вещей.
– Между прочим, – сказал Вэнь Тай, – мой двоюродный брат, что живёт далеко на севере, пишет, что недавно в их городке появились люди из ордена Цзян. Они владеют секретом изготовления горячего льда, который греет в самую лютую стужу.
– О, – оживился Вэнь Сювэй, что занимался в основном торговыми делами, – на этом можно прилично заработать.
– В том-то и дело, уважаемые господа, что они делятся этим секретом абсолютно бесплатно. Ищут местных заклинателей или тех, кого можно обучить, да вдобавок сами производят такой лёд в больших количествах. И дарят всем подряд.
– Очень странно, – нахмурился Вэнь Жохань.
– Я тоже насторожился, владыка бессмертный. Если эта кучка трусов планирует выпустить Огненный шторм, не должны ли температуры в Поднебесной повыситься, а зима стать очень тёплой? Зачем тогда раздавать горячий лёд?
– Чушь собачья, – встрял Вэнь Чао. – Они же планируют выпустить огонь только на Безночный город. Причём тут северные земли.
– Я слышал, молодой господин Вэнь, что обуздать мощь Огненного шторма невозможно целиком. По крайней мере, если выпустить очень много огня — а именно это они и намереваются сделать. В таком случае отдельные смерчи пойдут гулять во все стороны. И зачем тогда крестьянам горячий лёд? Им бы лучше подумать, как спастить от пламени.
– На севере холодные зимы, – продолжал упорствовать Вэнь Чао. – Пока туда доберётся Огненный шторм, если вообще доберётся, там уже половина людей передохнет, с нынешними-то морозами.
– Но почему тогда не брать с людей деньги? – спросил Вэнь Сювэй, которому такая благотворительность показалась крайне подозрительной.
– Возможно, это уловка, связанная с их так называемой “Аннигиляцией Солнца”, – холодно заметил Вэнь Жохань. – А ты, Вэнь Цин, что думаешь?
Девушка как раз поставила все иглы и начала осторожно массировать виски главы ордена. Когда верховный заклинатель задал ей этот вопрос, руки Вэнь Цин замерли.
Она никому не говорила о сомнениях, поселившихся в ней после чтения “Золота горы Хорю”.
Лазурный шторм… горячий лёд… кто знает?
– Да что тут думать, – недовольно сказал Вэнь Чао. – Может, они поначалу будут раздавать лёд бесплатно, чтобы люди привыкли. А потом заломят бешеную цену.
Мужчины на совете недовольно переглянулись между собой. Зачем спрашивать совета о военных делах у девушки? Тем более Вэнь Цин — всего лишь лекарь, пусть и очень хороший. Может, Вэнь Жохань и правда сделал её своей любовницей? В конце концов, родство между ними не такое уж и близкое.
– Я бы не стал так легко относиться к разным подозрительным явлениям, когда Безночный город готовится к осаде, молодой господин Вэнь, – покачал головой Вэнь Тай. – Надо хотя бы изучить, в чём дело.
Главными спорщиками, уверенными в своих позициях, были Вэнь Чао и Вэнь Тай; остальные не рискнули отдать предпочтение какой-либо из сторон.
– Так что ты думаешь, Вэнь Цин? – повторил Вэнь Жохань. В тот момент, когда приступ боли прошёл, он проникся к девушке такой теплотой, что готов был подарить ей весь Знойный дворец с людьми в придачу. – Зачем они желают обогреть простолюдинов? Может, наши шпионы ошибаются, и эта стая мелких шавок собирается атаковать нас вовсе не огнем, а чем-то прямо противоположным?
Девушка уже было обрадовалась, что Вэнь Чао и Вэнь Тай перехватили всё внимание, и ей не придётся отвечать на этот вопрос. Но Вэнь Жоханю почему-то приспичило узнать её мнение на этот счёт.
– Я не знаю, – наконец ответила она.
– Это не ответ, – внезапно вспылил Вэнь Жохань, и в глазах его взвилось бешеное пламя. – Никто не знает точно. Мой глупый сын не знает, и Вэнь Тай не знает тоже. Но можно иметь хоть какое-то мнение на этот счёт. В чьих словах больше правоты — Вэнь Тая или Вэнь Чао?
Вэнь Цин чуть опустила голову; голос её во время ответа едва заметно подрагивал.
– Вэнь Чао, – тихо ответила она, сама не понимая, почему. На девушку нашло какое-то странное оцепенение, парализовавшее все мысли и эмоции.
Молодой господин Вэнь самодовольно улыбнулся.
– У госпожи Вэнь и будущего наследника ордена есть свой резон, разумеется, – миролюбиво откликнулся Вэнь Тай. – Однако ведь нам ничего не стоит проверить, всё ли там в порядке, можно ведь просто удостовериться на всякий случай, так? Если владыка бессмертный разрешит, я написал бы двоюродному брату и попросил бы его прислать заклинание горячего льда.
Вэнь Жохань кивнул. Головная боль полностью прошла, и девушку отправили восвояси, продолжив обсуждать военные дела.
Но письмо, что послал Вэнь Тай, затерялось где-то по дороге. Затем он послал второе письмо, но весточка от двоюродного брата повредилась, пока шла в Безночный город, и иероглифы расплылись. Тогда Вэнь Тай попросил у главы ордена отправить пару человек на север, чтобы те наконец-то привезли заклинание, но Вэнь Жохань на тот момент и думать забыл про этот вопрос, и вдобавок был очень занят, так что отмахнулся от помощника.
Поэтому к началу осады клан Вэнь не имел представления, как делается горячий лёд. Да и зачем? Все силы были брошены на защиту города от огня. Также начали рыть подземные убежища, чтобы спрятать большую часть жителей.
– Вэнь Нин, – сказала однажды девушка, зайдя в комнату брата. – Прошу тебя, не надо лезть на рожон. Спустись со мной в убежище во время осады. Зачем ты записался в число “Храбрых мечей”?
Так называли воинов, которые встретятся с врагом лицом к лицу — останутся стоять на стенах города, смотровых башнях или террасах дворцов, чтобы следить за работой водяных помп.
– Но сестра… – неуверенно ответил Вэнь Нин. – Как я могу остаться в стороне, когда…
– Даже не думай! – прикрикнула Вэнь Цин. – Сделаешь так, как я сказала. Там хватает желающих и без тебя.
Её внимание привлёк чёрный меч, стоявший на деревянной подставке. “Ворон” нагревал любую поверхность, но никогда не сжигал её. Некоторое время девушка смотрела на меч, словно загипнотизированная. Потом она взяла с кровати Вэнь Нина одеяло и обмотала им лезвие в несколько слоёв. Получилось что-то вроде большой грелки; обняв её, Вэнь Цин быстро почувствовала живительное тепло.
– Никому не отдавай этот меч, – глухо сказала она. – Береги его, как зеницу окна.
– Я и не собирался, сестра, – удивлённо ответил Вэнь Нин.
Потекли тягучие, однообразные дни, полные мелких забот. Вэнь Цин готовилась ко дню зимнего солнцестояния.