Часть 8. Забудь обо всём, сегодня существуем только мы (1/2)
В кабинете, да и, кажется, в офисе в целом, повисает тишина, пока в голове Хосока двигаются шестерёнки, складывая детали плана парней в одну полноценную картину.
— То есть вы хотите сказать, что специально устроили отдых на Кипре для ребят? Чтобы Чон и Тэ смогли вновь сблизиться? — сомневаясь в собственных предположениях, неуверенно озвучивает Хо.
В ответ ему следуют лишь быстрые переглядки семей Ким и Мин. Напряжение, дополненное ожиданием предстоящего скандала, повисло в воздухе мёртвым грузом. Чимин невольно громко сглотнул, тут же смущаясь. Щëки его налились пунцовым цветом, а рука потянулась пригладить непослушные локоны.
В глазах Хосока появляется озорной огонёк, хотя остальная мимика лица не изменяется:
— А мне не сказали, потому что думали, что я буду злиться или вовсе захочу испортить ваш план?
— Хо, мы просто… Хотели счастья для Тэ? — говорит Юнги с таким сомнением, будто не сам участвовал в реализации операции «Кипр. Остров. Воссоединение».
Альфа цепким взглядом следит за эмоциями на лице собеседника, готовый к любой реакции: от понятного и ожидаемого в подобной ситуации ступора до праведного гнева. Однако Чон лишь расплывается в блаженной улыбке, а после хохочет столь беззаботно, будто не ему только что признались в коварных умыслах по разлучению со своим женихом.
— Ну вы даёте!!! — весело продолжает он. — Сказали бы раньше, ребят! Я бы даже помог. У меня, знаете ли, есть знакомые туроператоры!
Под заливистые смешки и подколы Хо остальная часть «основной» банды «Art Mafia» сидит в лёгком недоумении. Чимин, как самый озорной из собравшихся, даже выгибает бровь в немом вопросе. И, кажется, Чона это действо смешит ещё больше. Мужчина хватается за живот, мягко поддерживая, пока необузданный порыв ухмылок не прекращается окончательно.
— Чему ты так радуешься? — переспрашивает Джун, опираясь на небольшой журнальный столик, словно сейчас эта деревяшка — его единственная поддержка и самый верный друг.
— Так чего мне грустить? Вы знаете мою ситуацию, знаете то, что я люблю Сохи. И раз я трус, который не может собраться с силами и поговорить с Тэ-Тэ, то сложившаяся ситуация — наилучший расклад! — альфа подносит руку к лицу, прикрывая улыбку, а затем, изображая глубокую задумчивость на лице, озвучивает: — Если они помирятся в этой поездке, то это будет замечательно! Тэхëну будет намного легче принять всё то, что я… собирался ему сказать.
— Ну ты… плут, — лишь заключает Юнги. — Спасибо хоть, что без истерик…
Хосок широко улыбается:
— Я и истерики — вещи почти не совместимые. Я же не девчонка сопливая! — не проходит и пяти секунд, как тот добавляет с умоляющим тоном: — Ну хватит на меня глазеть, будто я чёртик с рожками!
***
Хосок идёт по коридорам своего отдела, проверяя сообщения в телефоне, что скапливаются в блоке уведомлений огромной стопкой. Парочку входящих по работе, но таких смс мало. Только влиятельные клиенты получали его личный номер, чтобы иметь возможность обсудить детали договоров. Грустно мигает сообщение из игрушки «Три в ряд», и Хо печально вздыхает, и ставит себе напоминалку, что нужно зайти и сыграть хотя бы парочку уровней, чтобы не подводить орден, в котором он состоит.
Пугает и будоражит сообщение от Тэхёна. Вернее, его отсутствие. Что же такое они с Чонгуком там делают? Хосок весело жмурится, фантазируя себе радужные сюжеты отпуска бывших супругов. С его-то фантазией стоило стать писателем, грустно подмечает альфа, а потом отвлекается на звук колокольчика сотового — пришла рассылка. Просьба зарегистрироваться на какой-то сайт…
Мужчина тяжело вздыхает, блокирует экран, а потом ловко прокручивает мобильник между большим и указательным пальцами, совсем не боясь уронить дорогую модель известной фирмы. Но стоит поднять взгляд, как Хо замечает знакомую, близкую сердцу фигуру и невольно улыбается.
Сохи стоит в конце коридора, листая какую-то толстую папку, вчитываясь в содержимое столь внимательно, что некрасивая морщинка залегла между его бровей. Омега одет в ярко-красную рубашку, заправленную в строгие брюки чёрного цвета. Золотая цепочка с жемчужиной на ярёмной впадине, приковывающая внимание, множество колец на тонких пальцах… Всё это так будоражит Чона, что тот невольно ускоряется и совсем скоро мягко приобнимает Сохи за талию.
— Ты такой красивый сегодня, — вместо приветствия произносит альфа, пока омега изворотливо выбирается из его хватки. — Какой-то особый случай?
— Хотел порадовать любимого человека. А вы, господин Хосок, против?
Хо благоговейно хохочет, протягивает руку, чтобы принять явно нелёгкую папку с документами, а потом мягко подталкивает Сохи к своему кабинету:
— Ни в коем разе. Смею ли я надеяться, что ваш этот… Любимый человек разрешит пригласить моего секретаря на прогулку в парке? Сегодня после работы, в семь.
Сохи смеётся, оглядывается по сторонам, чтобы убедиться, что они одни, а потом быстро «клюёт» Хосока в щëку, счастливо улыбаясь.
— Я думаю, он не будет против.
***
— Гук, остановись, — стонет откровенно возбуждённый сладкими поцелуями омега, когда тёплая ладонь мужчины пробирается под свободную футболку и мягкими движениями сжимает нежную кожу Тэ. Ким пытается сделать шаг назад, освободиться из крепкого плена альфы, но ему даже шанса не дают этого допустить. Чон возвращает своё к себе.
Вместо слов они общаются поцелуями: то грубее проникая языком внутрь и проходясь по твёрдому нёбу, то более нежно и по-детски, оставляя сладкие поцелуи на губах друг друга. Кима моментом будоражит, и он вновь приходит в себя, осознавая всю реальность происходящего, от этого совершает ещё одну, но уже более удачную попытку вырваться из объятий. Тэ смотрит в родные глаза напротив и тяжело дышит, прерывисто моргая и облизывая свои губы.
По тому, как дрожит Чонгук, можно было ощутить его волнение на себе. В голове мужчины возрастали разного рода мысли. От: «А что, если сейчас он меня оставит? Ведь я давно уже не имею права на хотя бы крупинку его сердца», до: «Хочется большего. Хочется взять, раздеть этого нежного омегу и навсегда присвоить себе обратно».
— Гук, это неправильно, — будто прочитав его мысли, говорит Тэхён. — Мы оба заняты, нашей истории пришёл конец ещё тогда, несколько лет назад.
Эти слова как удар в открытое сердце.
— Неправильно то, что мы мучаем друг друга. Мы оба этого хотим и оба знаем, что не справимся, если вновь оставим наши чувства за закрытой дверью, — шепчет хриплым басом Чонгук и вновь притягивает слабого омегу к себе, оставляя поцелуй на приоткрытых губах.
Всем телом ощущает желание Тэхёна, но также видит его борьбу не совершать ошибки второй раз. Чон понимает, что если сейчас он отпустит этого парня, то навсегда потеряет надежду стать снова счастливым.
— Сделаем так, — хрипит мужчина, и глаза Тэхёна открываются, встречаясь с влюблённым взглядом Гука. — Сегодня мы идём с Миён на аттракционы, я ей уже пообещал, а завтра вечером, — Чон делает мучительную паузу, заставляя Кима всё сильнее испытывать терпение, — а завтра вечером я приглашаю тебя на свидание.
Тэхён замер, не поверив услышанному. Свидание? Его приглашают на свидание? Как давно он не слышал подобного предложения? Но даже если бы кто-то осмелился позвать его на свидание, то навряд ли бы он ощутил эти эмоции, что испытывает сейчас, услышав эти заветные слова от Чон Чонгука. Правда, именно в этот момент приходят чёртовы мысли о Хо и Феликсе, которые просто ждут их возвращения далеко отсюда и совсем не подозревают о том, какая страсть тут может происходить.
Но Чонгук чувствует… Всегда чувствовал Тэхёна, а потому, наклоняясь ближе и обжигая кожу парня своим горячим дыханием, произносит:
— Прошу, успокойся, — сначала заканчивает на этом, но до сих пор видит неуверенность в глазах Кима. — Забудь обо всём. Думай только о нас. Я обещаю, что мы всё решим и со всеми, кто остался в Корее, поговорим, но сейчас мы здесь, далеко от мира, где мы несчастны. Наша семья рядом. И я прошу, дай мне хотя бы шанс просто пригласить тебя на свидание.
А Ким после этих слов вообще отказывается о чём-либо думать. Он кивает и только тянется ближе, желая заполучить ещё один поцелуй от Чонгука.
«Да. Я дам тебе шанс», — именно так воспринимает Гук этот поцелуй.
***
Ближе к семи часам вечера Тэхён, Миён и Чонгук выдвинулись в местный парк аттракционов «Lucky Star Park». Оделись все трое максимально комфортно: на Тэ и Чоне был парный образ, состоящий из шорт и худи, а малышка решила нарядиться в симпатичное розовое платье, сверху надев легкую кофточку того же цвета, так как вечером прохладно, и украсила свою шейку чёрной цепочкой с Микки Маусом. Когда они подъехали на машине спустя сорок минут к зелёной арке, им открылся вид на удивительное место, где встречаются веселье, радость и незабываемые эмоции.
Как только они заходят вглубь парка, их охватывает атмосфера праздника и приключений. В глаза бросается большое разнообразие аттракционов и развлечений, уникальные декорации, а яркие краски создают неповторимую ауру, которая притягивает посетителей всех возрастов.
Миён счастлива, она помирилась с папой, затем оделась первее всех и терпеливо ждала, когда они отправятся на прогулку. У девочки глаза разбегаются, она восхищённо ахает на всё, куда посмотрит. Маленькие ножки не знают, куда пойти, поэтому она вертит головой из стороны в сторону и тихонько визжит.
Тэхён и Чонгук, улыбаясь, наблюдают за дочерью, они безумно рады, что смогли вызвать позитивные эмоции у их сокровища. Но ещё больше их радует тот факт, что сегодня они смогут провести день только втроём.
— Ты что делаешь? — едва слышно спрашивает Тэ, когда чувствует, как Чон берёт его за руку и крепко удерживает.
— Даже не пытайся, — намекает на слабые попытки омеги вырваться. — Сегодня мы будем ходить только так, — довольно усмехается мужчина и тянет Тэхёна вперёд, не забыв взять за ручку и дочь.
Тэ нравится то, что делает Гук, но ему неловко. Он переживает, что таким образом делает больно мужчине, с которым у него вот-вот будет свадьба. Хосок не заслуживает к себе такого отношения. Как омега будет смотреть в глаза Хо, когда вернётся из отпуска? Почему Чонгук молчит и ничего про это не говорит? Что с ними будет, когда три недели исчерпают себя? Все эти вопросы и даже больше, как ураган, проносятся в голове Тэхёна, омега нервно передёргивает плечами, молча закатывая глаза. Его уже раздражает, что он не может успокоиться и просто насладиться вечером. Через пару секунд, пока они шагают к какому-то понравившемуся Миён аттракциону, он решает выключить свой телефон на время всего отдыха.
Проделав все необходимые действия, Тэ с нежностью в глазах смотрит на доченьку и желанного мужчину, не представляя жизни без них двоих. Но после его взор устремляется туда, куда они, собственно, пришли, и нежность сменяется страхом. Американские горки, только не это.
— Не, не, не, я туда не пойду, — в отрицании машет он головой, делая пару шагов назад.
— Ну, папуль, я так хочу, пожалуйста, — Ким думает, что по этой девочке плачет сцена. Опять эти умоляющие глазки, надутые губки и бархатный голосок.
— Давай ты с отцом прокатишься, а я тут постою, посмотрю на вас, — пытается договориться Тэхён.
— Ты уверен? — уточняет Чон.
— Я ещё хочу пожить, поэтому да, уверен. Идите, — подталкивает смеющегося Чона, после чего облокачивается локтями на железное ограждение в ожидании «представления».
Это настоящий рай для любителей острых ощущений, таких как Чон и Миён. Они обожают испытывать адреналин в самых загадочных формах: от захватывающих горок до огромных каруселей и шоу экстрима. Отец и дочь легко бросают вызов своим страхам и погружаются в мир путешествий в вертикальном и горизонтальном направлениях.