Часть 6. Надежда, которая будет со мной всегда (2/2)
Тэхён не успевает ничего сказать, лишь молча вздыхает, осознавая, что Чонгук его неправильно понял. Его настроение испортилось не потому, что этот номер предназначен для супругов и их ребёнка, а потому что… Да? А собственно, почему он расстроился? Омега и сам уже ничего не понимает…
***
Чонгук и Тэхён приняли общее решение остаться сегодня в отеле и лишь ближе к десяти вечера сходить прогуляться по пляжу, чтобы малышка лучше спала. Со второй кроватью альфа проблему решил, и уже через сорок минут она была установлена в комнате Тэ и Миён. Правда, особой радости это никому почему-то не принесло.
После они все немного отдохнули в своём номере, занимаясь своими делами: Чон смотрел фильм, Миён лежала и задавала кучу вопросов под боком, а Тэ читал книгу, лëжа в соседней спальне.
В пять часов омега разобрал чемоданы, даже помог Чонгуку, который был только за. А ближе к шести Гуку позвонили по работе, поэтому, дабы не мешать альфе, Тэхён забрал дочь, и они вдвоём спустились вниз немного оглядеть территорию и что тут имеется.
Звонок длился примерно час, за это время мужчина обговорил все детали нового заказа, за который нужно будет взяться через два месяца и, записав всё самое главное в свой блокнот, окончил разговор. Чон, конечно, хотел всё оставить на Юнги, но посчитал, что это будет уж слишком бесчеловечно загрузить друга таким количеством работы, поэтому звонки от партнёров по новым проектам решил оставить на себе.
Откинув телефон, он завалился на свою мягкую кровать и прикрыл глаза. Однако через несколько минут раздался новый звонок, и Чон поспешил ответить, не заметив, что на экране высветилось: «Чимин».
— Чонгук, переключи на камеру! — выкрикнул Чим, заставляя поморщиться альфу.
— Ну почему именно сейчас? — едва слышно произносит Гук и переключает на видеозвонок.
— Чон, привет!
— Привет, как вы там?
— Здравствуй!
В экране появляются знакомые лица Джина, Намджуна, Чимина и Юнги. Ребята ярко улыбаются и машут. Будто год не виделись.
— И зачем вы мне звоните? Только перед отлётом виделись же, — вздыхает и упирается в кровать одной рукой.
— Соскучились! Где Тэ и Мими? — спрашивает Юнги, пытаясь придвинуться ближе, чтобы его было лучше видно.
— Спустились вниз, пока я обговаривал новый заказ.
— Опять? — вскрикивает Юн, выпучивая глаза. — Да ты достал!
— Его начнём выполнять только через пару месяцев. Угомонись, — устало произносит Чон.
— Да какая разница…
— Хватит о работе разговаривать! — перебивает Юнги Джин, забирая телефон из рук Чимина. — Расскажи, как долетели, как устроились? — глаза у омеги загораются от любопытства.
— Да всё отлично! Только было бы ещё лучше, если бы ты предупредил, что номер рассчитан на супружескую пару, — смотрит на притихшего друга. — Тэ был в замешательстве, и что-то мне подсказывает, что он убьёт тебя, когда мы вернёмся, — широко улыбается Гук.
— Вы сначала вернитесь, — давит ответную улыбку.
— Так значит, вы будете спать вместе? — аккуратно интересуется Джун, самый спокойный из всех.
— Нет, я взял вторую кровать.
— Идиот, — тут же выплёвывает Джин, теряя всё настроение.
— Придурок, — поддерживает омегу Юн.
— Ты тугодум, — отзывается Чим.
— Согласен со всеми! — кивает Джун.
Чонгук в непонимании оглядывает друзей через экран смартфона. До него не может дойти, почему ребята так себя ведут, чего пытаются добиться и зачем им это? Но он не успевает ничего сказать, так как в номер забегает Миён.
— Отец, смотри, какой купальник мне папа купил. Тут, оказывается, магазинчик есть. О, а с кем это ты общаешься? — заглядывает в телефон и, тут же забывая про отца, улыбается и здоровается с любимыми дядями.
— Мороженко, как ты там? Родители не нудят? Тебе с ними не скучно? — вопрошает Джин.
Миён забирает гаджет, направляя камеру на Тэ, что усмехается и всем машет. Гук, видя эту красивую квадратную улыбку, понимает, что не так уж друзья и не правы. Он придурок.
***
Вы когда-нибудь бывали на побережье вечером? Видели и ощущали эту сказочную атмосферу?
Море, небо и песок. Только и всего. Солёный запах вечернего моря сгущается и становится почти видимым, а маленькие яркие звёздочки усыпали тёмное небо. Они так мерцают, будто пытаются заговорить с теми, кто мирно и тихо ступает по берегу. И ничто в эту секунду не кажется лишним: ни неуместная музыка, ни дуновение ветра, ни громкие голоса вдалеке. Только обворожительный вид, они и их маленькая принцесса, что бежит впереди, смеётся и играется с водой на берегу.
Миён счастлива, ведь ей не пришлось вновь включать актрису и своё обаяние, чтобы родители вывели её на пляж Средиземного моря, дали полюбоваться такой красотой. Чонгук и Тэхён шагают немного позади, улыбаются, глядя на их общее солнце, что светит даже ночью; они переступят через многое, лишь бы улыбка с лица малышки никогда не стёрлась.
Тэхён идёт медленно, разглядывая морскую гладь, пока Чонгук не может оторвать своего взгляда от обворожительного профиля омеги. У мужчины нет подходящих слов, чтобы описать ту красоту, которую он видит. Белокурые волосы, что раздувает лёгкий ветер, нежные черты лица, вскинутые вверх густые брови, карие, словно бездна, глаза, в которые, если посмотришь — утонешь и не вернёшься. Алые пухлые губы… Чон до сих пор помнит их сладкий вкус.
А ещё мужчине всегда нравится, как омега одевается. Тэ к лицу все стили. Ему необязательно надевать яркую одежду, чтобы привлечь внимание к своей персоне, он даже в пижаме будет выглядеть как самый роскошный омега в мире. Например, сейчас на нём лёгкие бирюзовые шорты, которые открывают вид на длинные стройные ноги, и шёлковая кремовая рубашка с длинными рукавами, заправленная за пояс, что придаёт образу более стильный вид. Весь Тэхён лишает дара речи и способности ясно мыслить. Альфа не может думать, так как находится под эмоциональным впечатлением от человека, которого явно создал скульптор.
— Так волшебно, — завороженно произносит Тэ, смотря вдаль.
— Согласен, очень волшебно, — вторит ему Гук, не отрывая глаз от омеги.
Повернувшись, Тэхён замечает на себе восхищённый глубокий взор, который даже сейчас не отводит мужчина. Тэ тушуется, слегка смущается и отворачивается. Он за эти два года отвык от такого… влюблённого взгляда альфы.
— Тэ, ты счастлив? — альфа не успевает даже подумать, когда вопрос сам вылетает из уст.
Омега от неожиданности вопроса спотыкается на ровном месте, а после замирает, смотря вперёд, где дочь бегает и что-то радостно визжит.
— Прости? — поворачивает голову к остановившемуся альфе.
— Мне просто любопытно: ты счастлив? — лицо остаётся невозмутимым, взгляда не опускает.
— А почему не должен? Я скоро выйду замуж за человека, который старается радовать меня каждый день. У меня есть любимая работа и прекрасная дочь. Рядом со мной мои близкие и друзья. Не вижу причин для несчастья, — пожимает плечами, а у самого щемит в сердце. Кое-чего ему всё-таки не хватает, но он боится в этом признаться самому себе, не то что Гуку. — А ты? — спрашивает Тэ, разворачиваясь всем корпусом.
— Что? — задумавшись, мужчина пропускает вопрос мимо ушей.
— Ты счастлив? — глаза в глаза.
— Своё счастье я уже давно упустил, Тэхён, — с горечью усмехается Гук. — Теперь мне просто нормально. Моя радость в жизни — это моя дочь. Большего не надо, — переводит взгляд на Миён и слегка приподнимает уголки губ.
Девочка упала на коленки и теперь с серьёзным видом пытается что-то отыскать в мокром песке под водой: то ли ракушки, то ли камешки. Чонгук до смерти будет благодарен Тэхёну за эту кроху.
— А Феликс? — всё это время Тэ не отрывает глаз от Чона. Видит, как искрятся его глаза при виде малышки, знает, что Миён всегда будет у него на первом месте. Однако ему интересен и другой персонаж в жизни альфы.
— Ликс мне нравится… Возможно, в будущем я бы сделал ему предложение, — в глазах напротив он замечает мимолётную боль от сказанных слов, но ничего не говорит, ведь понимает, что Ким просто старается не показывать своих эмоций. — Есть очень много «но», о которых я не горю желанием сейчас говорить. Прости, — отводит взгляд и возобновляет шаг.
Так они идут минут десять в полной тишине, лишь звуки моря и голос дочери разбавляют их молчание.
— Тэхён, как ты считаешь, кто виноват в нашем разрыве? — снова внезапно спрашивает Чон. Он сам не понимает, почему вдруг начал задавать такие откровенные вопросы.
— Оба, — спустя пару секунд отвечает Тэ, продолжая идти по правую сторону от альфы, слегка разбрызгивая ногами воду. — Ты много работал, позабыв обо мне, а я заскучал в декрете, забыв, что ты стараешься для нас. Вот и произошёл взрыв, который тяжело было как-то остановить.
Чонгук откидывает голову назад, устремляя глаза к небу, и тяжело вздыхает. Он не устанет повторять, что полный идиот и придурок. Взрыв можно было остановить, если бы ещё тогда, после того проклятого письма от омеги, он, вместо бездействия, перешёл сразу к наступлению и оборвал на корню все мысли о разводе. Но вопрос: а нужно ли это было Тэхёну? Может, он уже тогда разлюбил альфу. Возможно, Хосок действительно стал для Тэ лучшим вариантом, а Чон сейчас пытается ухватиться за выдуманную надежду.
— Знаешь, Чонгук, — вновь отзывается Тэхён, останавливаясь, но не поворачиваясь к мужчине. — Я, наверное, так сильно боялся это произнести, но раз уж мы разоткровенничались, то скажу, — голова поворачивается, карие глаза смотрят в чёрные, и Тэ выдаёт: — Я не ставил точную дату свадьбы, потому что всё это время надеялся, что ты сделаешь хоть что-то, чтобы вернуть нас с Миён…
Омега резко замолкает, отворачивается и уходит к всё ещё веселящейся девочке, оставляя опешившего альфу одного. У мужчины что-то тёплое зарождается внутри, он сейчас не ощущает всё то, что чувствовал тогда в кабинете, когда Хо объявил о свадьбе. Кое-что другое, знакомое... Надежда, что так долго томилась в сердце альфы и которая рухнула куда-то вниз, и разбилась в тот день, вновь оживает.
Вот тебе и первый день отпуска…