21. "Хардкор" (1/2)

После скомканного и немного внезапного для Атласа прощания с Муфасой, лис хитро оглянулся через плечо, запоминая бесценное выражение морды леопарда, и улыбнулся сам себе. Команда Фермы, в которую он с негласного позволения Генри и Кос вписался, словно кусочек паззла, после сытного ужина рассосалась по своим вечерним делам, которых хватало у каждого. Самого Атласа уже ждали в зале для совещаний, где для новичков давали лекцию об ориентировании в Городе и на поле боя. Лекцию, которую лис очень хотел посетить.

Хищник впитывал знания как губка мыльную воду, и всегда просил добавки, а вот с физической подготовкой возникли проблемы: он столкнулся с полным отсутствием хоть какой-либо выносливости, кроме той, которая позволяла ему долго стоять на месте и почти ничего не делать. Однако Маути в первый же день заявил, что сделает из Атласа за несколько месяцев настоящего, пусть пока и неопытного, городского агента. Так лисёнок нашёл призвание и заслужил место в Конгломерате. Когда ему сказали, что Муфасе ещё предстоит постараться, чтобы получить роль в конторе, лис ни капли не расстроился и даже махнул на это лапой, уверенный в том, что леопард - способный зверь.

День воссоединения с первым в жизни другом закончился для Атласа спокойно и даже несколько обыденно. На следующее утро его подняли наравне со всеми и погнали на утреннюю зарядку. Потом — завтрак и изнуряющие тренировки, и к обеду до лисёнка дошла добрая весть: его снова зовут на совещание с главным, а значит, пора было готовиться к рейду в Город. Лис удовлетворённо подумал, что в этот раз ничто не предвещало беды. Атлас самостоятельно дошёл до кабинета Теодора, минуя все посты охраны, и, зайдя в помещение, понял, что пришёл одним из последних.

У главного было непривычно светло: панорамное окно закрыто плотными жалюзи, всюду горело искусственное освещение, а с потолка свисало белое полотнище экрана, на котором уже были открыты все необходимые команде схемы и карты. Атлас улыбнулся и прошёл внутрь. Хозяин кабинета по старой традиции занимал своё законное место во главе стола, рядом с ним сидели командиры — Ямал и Маути. Пантер при приближении лисёнка задержал на нём взгляд, а Ямал остался каменно неподвижным. Атлас занял место рядом с Генри, ровно напротив безразличной ко всему миру Кос, и огляделся: он уже знал новых присутствовавших, помимо знакомых ему зверей, вроде команды с Фермы, в которой не хватало, разве что, Банзая. Поодаль он увидел ещё нескольких, стоящих дальше, командиров различных подразделений. Кабинет был погружен в гробовое молчание: кто-то едва слышно листал карты и проверял документы, иной разложил на дорогом столе планы этажей гостиниц и делал в них пометки карандашом. Деятельность, несмотря на зловещую, предвещающую беды травоядным, тишину, кипела вовсю, и лисёнок, глядя на это, даже ощутил себя посторонним, такая густая была в помещении атмосфера работы.

Тишину нарушил щелчок двери. Вошедший Багз убрал телефон во внутренний карман чёрной куртки и, подбоченившись, кивнул.

— Десять минут назад конвой УСС остановился у гостиницы.

— Какой конкретно? — нахмурился Тео.

— Двадцатиэтажка, которая с номерами для хищных зверей, — довольно улыбаясь, Багз запрыгнул на своё место и закинул ногу на ногу.

— Что-нибудь ещё известно? — насторожился Генри.

— Нет. Ни этаж, ни номер неизвестны.

— Ну охренеть теперь... — процедила одноухая крольчиха.

— Если можешь сделать что-то лучше, то милости просим, красавица! — парировал Багз, направив в её сторону антенну сложенной мобилки.

Крольчиха фыркнула, но недовольство на её мордочке быстро сменилось на задумчивое выражение. На это никто не обратил внимания, совещание продолжалось и без неё.

— Как с вертушкой? — уточнил Генри.

— Стоит под парами, в самой малой дальности, на какую способна. Подлёт — пять минут.

— Дай мне все контакты, какие есть, чтобы я смог вызвать её, — попросил гривистый волк, они с Багзом уединились и стали обмениваться листочками.

— Стефански! — рявкнул на какого-то скунса Теодор, и тот подпрыгнул от неожиданности.

— Идеи есть? — добавил Олег, стоявший неподалёку.

— Я точно не знаю, — ответил монохромный зверек, утыкаясь в монитор переносного компьютера. — Гостиница частная, я ищу, что у неё по системам наблюдения и прохода.

Пальцы его лап запорхали над клавиатурой и карты на проекторе сменились фотографией знакомого Атласу здания. Лисёнок в голос усмехнулся, чем обратил на себя взгляды.

— Это гостиница Муфасы. Он там работал, — Атлас ткнул пальцем на картинку. — Тот леопард, мой друг, которого вы недавно вытащили.

Глаза скунса округлились от удивления.

— Этот твой Муфаса… он хоть понимает, что там и куда?

— Он целыми днями пялился в монитор, наверное, нахватался чего-то такого. В УСС он помог нам… — Атлас указал на Багза. — ...с компьютерной сетью в отделе, которая занимается кодами для ошейников.

— Да, — подтвердил Багз. — Толковый малый.

— Тащите его жопу сюда, — приказал Теодор своим капитанам.

Маути усмехнулся.

— Если только он не занят вовсю погоней за хвостом Джеки…

— В архиве он, — устало протянул Генри, — с утра был, точнее.

— О! Если уж ты упомянул об архиве, — довольно сказал в сторону волка мраморный лис, — то как там дела?

— О плёнке пока информации нет, — отмахнулся Генри.

— Да про это мы в своё время узнаем, когда достанем проектор постарше меня. Как другие дела? — подмигнул Тео.

— Ну не при всех же, босс… — нахохлился Мистер Напалм.

Воцарилась неловкая тишина. Ехидный вопрос сбросил напряжение и затем сам собой растворился в воздухе, как утренняя роса. Теодор усмехнулся и перевёл взгляд за спину Генри.

— Каа, транспорт… — утомлённо вздохнув, напомнил мистер Гуэрра.

Ягуар до этого момента не сидел безучастно: разложив схемы движения на дорогах Города, он что-то обсуждал с Тиком, который тоже принимал в этом активное участие. Вместе они водили пальцами по карте, обсуждали плотность потока машин, крутость поворотов, дорожное покрытие и многое другое, прежде чем Теодор прервал их. Каа чуть не подскочил на месте, но положил лапы на стол и сказал:

— Гантраки увязнут в боях с блокпостами. Быстро не прорваться. Поэтому предлагаю основную массу наших зверей завезти в Город мусоровозами. Возражения? — спросил он, подняв глаза.

— Не-а, — покачал головой Ямал.

— Ну и отлично. Для более оперативного передвижения по городу предлагаю использовать три фургона, которые мы завезём в Город завтра ночью и разместим в этих точках, — он ткнул пальцем в карту, и к нему тут же подошёл Маути и стал рассматривать указанные места. — Мы выбрали эти позиции с учетом трафика машин травоядных и оптимальных маршрутов чтобы добраться до них, а на них — до границ города для экстренного выхода. На эти точки мы завезём три или четыре мотоцикла для отвлекающего манёвра, и, конечно, в каждый из них спокойно вместится кресло Рокса, то есть, он сможет уйти на любом из них.

Атлас дальше слушать не стал — ему уж точно не доверят управление незнакомым лисенку фургоном, полным к тому же вооружёнными бойцами. Ещё какое-то время Каа рассказывал о своих планах, и все присутствовавшие, за исключением Кос, его внимательно слушали. Атлас скосил глаза на крольчиху и впервые увидел на её мордочке задумчивость, что было для неё необычно. Сам лис давно охарактеризовал её как резкую и очень предприимчивую, всегда готовую сорваться с места в карьер, а тут Компас не просто выглядела задумчивой, нет. Морщинка на её лобике подсказывала, что мысли в её маленькой голове роились большой кучей и были готовы вырваться наружу в любой момент.

Внезапно размышления Атласа о размышлениях Кос прервал звук вновь открывшейся двери. Первой вошла Тая и демонстративно всем поклонилась, чем даже смутила Хардкорного Генри. Сразу за ней в кабинет вошёл Муфаса, и лисёнок сразу отметил, насколько иначе он держится: пятнистый кот больше не сутулился, шагал ровно и быстро. Можно было и не узнать этого зверя — настолько уверенней он стал.

— И какая нелёгкая вытащила меня из моего архива? — с порога начала архивариус очень возмущённым голосом, ярко контрастировавшим с её демонстративным поклоном.

Впрочем, её тон не удивил никого, даже Теодора. Он скрестил лапы перед мордой и спокойно ответил ей:

— Вообще-то я посылал за твоим новым протеже. То, что ты решила сопроводить его ко мне, может означать лишь то, что ты хотела повидаться с Генри.

Атлас, умевший распознавать ложь, заметил, как на долю секунды у динго дёрнулся левый глаз. Это же приметил и коварно улыбнувшийся Теодор. А вот остальные — нет. Особенно сам Генри: гривистый волк при упоминании своего имени вытянулся над столом и махнул лапой пассии. Тая недовольно фыркнула.

— Его не было несколько лет, а теперь забираете опять?

— Ты сама знала, на что идёшь, сладенькая, — необыкновенно маслянисто ответил ей Мистер Напалм, и от его слащавого тона у всех присутствовавших дружно свело челюсти. По крайней мере, так показалось Атласу, в то время как сидевшего напротив Каа чуть не стошнило.

Тая, впрочем, поняла все высказанные намёки и удержала хорошую мину при плохой игре. Послав Генри воздушный поцелуй, она посмотрела на то, как гривистый волк игриво клацнул челюстями и стал делать вид, что очень тщательно жуёт. Усмехнувшись, динго поинтересовалась у Муфасы, найдёт ли он дорогу обратно и, взмахнув серым плащом, удалилась, оставив совещание в смертельно неловком молчании - слышалось лишь сытное чавканье Генри. Теодор откровенно наслаждался развитием отношений этой парочки и вмешиваться не хотел, так что пришлось Ямалу напомнить, что игры кончились.

— У нас тут вообще-то серьёзное дело назревает, — напомнил тигр, скрестив лапы на груди. Генри тут же шумно сглотнул.

— Нормально. Время еще есть, — откликнулся Тео. — Я, если что, никого не держу.

Крольчиха вздрогнула, услышав эти слова, и задумалась ещё больше. Это заметил только Атлас, но тут всё внимание переключилось на новоприбывшего Муфасу, который в одночасье стал звездой совещания. Леопарда засыпали вопросами, и на все у него находился нужный ответ, но Атлас опять не слушал. Он продолжал смотреть на крольчиху.

За увлечёнными обсуждениями плана никто, кроме него, не заметил, как Кос, давно потерявшая интерес к совещанию, внезапно оторвала мордашку от кулака и подняла единственное ухо.

— А ведь я могу лучше, — сказала она, положив лапки на стол и сцепив их в замок.

— Ты о чём? — не понял Тео, недоуменно подняв бровь и опустив одно ухо.

— Я имею в виду разведку! — уверенно тряхнула головой крольчиха.

Уши Багза, которому были адресованы эти слова, встрепенулись.

— Интересно, как? —иронично поинтересовался он.

— Надо сходить прямо туда. В гостинницу.

За столом переглянулись, а Компас продолжила:

— Завтра ещё целый день. Траурное мероприятие только послезавтра. А вы обещали мне, что мы пойдём за папой на третий день, а не через три дня.

— Ты предлагаешь сесть задницей в муравейник? - выдохнул Багз. - А если что-то пойдет не так?

— У нас тут сидит живой навигатор по этому зданию, Компас, — закивал скунс, сидевший за ноутбуком.

— Ну и что с того? Ни тебе, ни ему не лезть в пекло с головой через сорок восемь часов, — парировала Компас. — Планы — планами, но лучше увидеть всё своими глазами. Так будет во сто крат проще.

Генри хмуро, медленно кивнул, словно нехотя соглашаясь с её доводами.

— Кос — мастер диверсий и стелс-операций? Да в голове такое не укладывается! — прорычал из темноты Олег.

Крольчиха зло дёрнулась в его сторону, но спорить не стала. Вдруг выражение морды Кос изменилось, будто на неё снизошло просветление.

— А меня Капустник научит.

— За день? — с сомнением воззрился на неё Генри.

— Если она его в процессе не прирежет, — усмехнулся Ямал.

— А чему там учиться? — всплеснула лапками крольчиха.

— Для начала — попробовать не кидаться на всякого, кто заметит твое ухо, — подался вперед тигр.

Каа предостерегающе приложил указательный палец к носу. Компас, однако, напряглась. Было непонятно, что ей не понравилось больше — упоминание её травмы или то, что её предложение встретило сопротивление.

— Это не так сложно, как вам кажется, — прошипела она, приглаживая целое ухо.

— О да! Этого, конечно, никто не заметит. Да тебя крутили по всем каналам несколько дней подряд, крупным планом, так, чтобы слепой мог разглядеть! Не говоря о том, что разнарядки на твою поимку висят сейчас во всех до единого участках.

— Я с этим справлюсь. Меня никто не узнает!

— Даже если так, — пробасил Олег, — что насчёт твоего… темперамента?

Компас недовольно посмотрела по сторонам и впилась взглядом в Атласа.

— Возьму Капустника с собой!

Лисёнок вздрогнул от неожиданности.

— Что лис может делать с крольчихой? Вместе? Как? Зачем вообще? — сделал круглые глаза Теодор.

Компас откинулась на спинку кресла, и в кабинете снова стало тихо. Она уже собиралась разочарованно вздохнуть и признать поражение, но на помощь ей пришёл сам Атлас.

— Она может быть моим куратором.

Все за столом и вокруг него уставились на лиса. Атлас продолжил:

— Я всё-таки недавно освобождённый хищник в Городе. Ношу, как мне и полагается, ошейник и занимаюсь поиском работы. Устроился, например… курьером?

Ушко Кос взмыло в воздух как знамя.

— Ну вот, устроился… а ко мне приставили… крольчиху. Как наблюдателя. Потому что, скажем, не доверяют мне.

— Что думаешь, Генри? — с воодушевлением спросила Компас.

Гривистый волк не раздумывал ни секунды:

— Если вместо тебя будет говорить Атлас, а ты просто будешь стоять рядом, молча истекая презрением напополам с высокомерием, это будет идеально.

— И она сможет спокойно говорить мне, что делать, и всё внимание будет на мне, а не на ней, — дополнил Атлас.

— Голова, Капустник! Хотя вон с какими ушами!

Атлас удивлённо раскрыл глаза и прижал ушки. Очень хотелось ответить что-нибудь про уши самой крольчихи: будь их полный комплект — они казались бы больше её самой.

Компас между тем повернулась к Генри, ища поддержку. Гривистый волк глубоко вздохнул и обратился к Тео.

— Она права. Нам понадобится любая информация, а эффективнее, чем личным присутствием на точке, её не добыть. Я пойду с ними.

Заметив настороженный взгляд Тео, он предупредительно поднял лапы:

— Обещаю, что мы будем тише воды ниже травы.

— Ну, ладно, —протянул Тео. — И у вас будет настоящий спец по Городу и переговорам.

Мраморный лис показал на Атласа. Тот кивнул, соглашаясь со своей ролью.

— Вы трое, можете быть свободны. Мы разработаем план и введём вас в курс дела завтра, когда вернётесь, и подкорректируем его под существующие реалии. Никакой пальбы быть не должно. Завтра — мирная, спокойная и бескровная разведка. Ты хорошо поняла меня, Компас?

Спросив это, Теодор обернулся к одноухой бестии, как и все прочие в зале. Не привыкшая к повышенному вниманию крольчиха оглядела своих потенциальных друзей и кивнула.

— Но оружие мы всё равно берём, — покачала она головой.

— Применять его — исключительно в крайнем случае! — строго предупредил Тео.

Генри поднялся с места, Кос с радостью вскочила, а Атлас, который не был уверен полностью, что это касается и его, остался сидеть.

— Атлас, тебе каждый раз нужно особое приглашение? — с улыбкой поинтересовался у него мраморный лис. — В этом нет ничего сложного, я лично могу каждый раз тебе его выписывать.

Лисёнок усмехнулся, но ответить не успел.

— Плохо, что ты, похоже, тормозишь.

— Я не торможу, — ответил лисёнок, — мне просто немного… страшно, — неохотно признался он.

— Нам всем страшно. Если план провалится, все окажутся под ударом. Но оно того стоит. И когда Рокс будет у нас, здесь, живой и в безопасности, мы не остановимся. Знаешь, Атлас, я бы мог задвинуть тебе долгую, мотивирующую речь на десять-двадцать минут, но хочется думать, что ты сам уже всё понял.

Лис, до этого неотрывно следивший за реакцией Теодора, несмело кивнул и спрыгнул с кресла. Направившись к выходу, он не стал оборачиваться и смотреть на других. Сейчас два самых важных в его жизни зверя стояли у деревянных створок, и один из них уже начал терять терпение.

— Если ты думаешь, что раздобыть фальшивое ухо кролика нужного размера и цвета — это просто, то нехило ошибаешься, Капустник! Шевели поршнями!

Атлас сейчас же ускорился и рысью добежал до двери в таком темпе, что чуть не врезался в вечно грустного белого медведя с тяжёлым карабином на груди. Генри и Кос покинули зал совещаний вслед за ним.

— Я вообще не думаю, что с этим будут проблемы, — проговорил Генри, скребя когтистыми пальцами шею.

— Я тоже, — фыркнула Кос, — он сам придумал, что я буду его куратором. Пусть привыкает.

Атлас охотно улыбнулся крольчихе, а она лишь покосилась в его сторону, складывая лапы на груди.

— Как сказал Тео, все знают, что делать. Атлас, раздобудь себе гражданскую одежду. И не забудь выданные права. С красными робами у нас тут проблем нет, с ошейниками — тоже.

— Я возьму свой, — сказал Атлас. — Меньше подозрений, если он меня по-настоящему стукнет, да и привык я к нему…

— Делай как считаешь нужным, Капустник. Собираемся в гараже через три часа.

— Замётано!

Атлас отлично помнил, как могут между собой общаться Кос и Генри. Они понимали друг друга с полуслова, с полужеста, с полудействия. Воображение лисёнка живо подкинуло ему картинку того, как Генри наводит на кого-то огромную пушку, а Кос нажимает на спуск. Но сейчас команде предстояло разделиться. Так и не сказав друг другу ни слова, они разошлись в разные стороны. Кос уверенно взяла курс в сторону лазарета, ведь единственной, кому она могла доверить своё ухо, была доктор Нитри, а Генри развернулся в сторону бараков. Атлас поспешил за ним, не зная, что ему делать.

— Есть идеи, где взять красную робу? — спросил он, догнав гривистого волка.

— С этим проблем тут нет, — хмуро ответил Генри. — С тобой придётся повозиться. На складе гражданской одёжки нет и не было, так что к Манулу идти смысла нет, он даже трезвый такое не найдёт.

— Ого, — неподдельно удивился Атлас, — и как быть?

— Очень просто. Придётся тебе пройтись по головам и выяснить, у кого есть твой размер и фасон.

— Нужно что-то неприметное…

— Самое неприметное в Городе — красная роба. Она сделает тебя настоящим невидимкой.

— Согласен, — кивнул лисёнок.

— Я помогу, — заверил его Генри. — Идём?

Они открыли наружную дверь и выбрались на тренировочную площадку, где и задержались на несколько часов, спрашивая у всех зверей размером с Атласа про гражданскую одежду. Почти у всех что-то находилось, но редко нужного фасона и тем более неброское.

За поисками нужного Атласу костюма прошли три с половиной часа, за которые лисёнок успел перезнакомиться с большей частью бойцов Конгломерата его размера и даже перемерить их скромные пожитки. Лис удивился тому, сколько всего нашлось для него. Многие объясняли, что, убегая из города, они не успели взять всё. Оказалось, таких, как он, беглецов здесь было очень немало, но никому никогда не давали таких прав, как у него, и тем более — код от ошейника. Свои удавки они уничтожали на месте, когда снимали их здесь, в Конгломерате. До вечера он наслушался самых невероятных историй, пока не нашёл одежду у незнакомого лиса. Покрутившись перед небольшим зеркалом в свежей гражданской одежде, он сунул лапы в карманы и ссутулился, как было положено городскому хищнику. Получилось очень естественно. Поблагодарив хозяина, Атлас даже предложил ему деньги, но лис отказался, сказав, что с этой одеждой можно делать что угодно — не жалко.

Атлас переоделся обратно в военную форму и отправился на ужин, где снова уселся за один стол с фермерской командой, которая уже освободилась от совещания. За столом разговаривали о том, что совет, как ни странно, был далек от завершения. Кос не принимала участия в обсуждении послезавтрашнего плана и довольно ловко орудовала иголкой, нашивая на проволочный каркас искусственную серую шерсть.

Атлас покрутился на месте и нашёл за ближним столиком Джеки, а подле неё — Муфасу. Гепардица нещадно эксплуатировала ухажёра: вместо самого большого стакана для газировки она взяла крошечный, буквально на глоток. Как только он пустел, Муфасса сломя голову нёсся через всю столовую за новой порцией напитка. За то время, что ужинал Атлас, он бегал так раз шесть, не считая тех, что лисёнок не заметил.

Впрочем, бурного обсуждения дел Муфасы и Джеки не получилось. Генри, приподняв морду и разглядев их, улыбнулся и с опытом матёрого ловеласа заявил, что у них будет всё в порядке. Атлас пожал плечами и сам задумался о подружке.

В Конгломерате было удивительно мало рыжих лисов, а лисиц он почти не видел. Ему встречались лисицы-чернобурки, красивые и стройные, а за соседним столиком сидела одна полярная лиса из рода песцов. Но что-то мешало Атласу сделать так же, как поступил Муфаса: встать, подойти, сесть рядом, познакомиться…

Чувствуя, как постепенно его голову наполняют мысли о самках, лис опрокинул в себя остатки чая, встал и ещё раз посмотрел на полярную лисицу. Решительно вздохнув, он развернулся и пошёл прочь от неё, в бараки. Спать. Ведь завтра важный день, а послезавтра — и того важнее. Вот после этого, когда дело будет сделано — он будет думать о второй половинке.

Завалившись в уже обжитую нору ближе к концу бараков, он быстро разделся и, не принимая душа, ухнул под одеяло и укрылся им с головой. Приятная прохлада пещеры, в которую никогда не заглядывало солнце, обычно быстро усыпляла его, но в этот раз он лёг слишком рано. Долго ворочаясь на месте с мыслями о подруге, он наконец заснул неспокойным сном, в котором дёргал всеми четырьмя лапами.

Ориентируясь лишь на чувство времени, Атлас определил, что проснулся глубокой ночью, а причиной тому стал невыносимо громкий храп его соседа по бараку. Ред, не привыкший к другим лисам в своей маленькой уютной норе, свесил морду за край кровати и храпел просто громогласно. Но Атлас, проводивший здесь не первую ночь, был к этому привычен и знал, что делать, — достаточно было перевернуть Реда на живот. Лис спал так, что никакие манипуляции его не будили, а наутро всегда был весел и бодр. Поднявшись с кровати, Атлас направился к ванной и с удивлением обнаружил там включённый свет. Дверь была не заперта, поэтому лис заглянул внутрь.

В их душевую забрела, видимо, по незнанию, одноухая крольчиха. Кос была одета, так что Атлас тихо вошёл в ванную. Живое ухо Компас дёрнулось, и лис инстинктивно затаился, словно на охоте. Крольчиха, дав понять, что видит его, спокойно продолжила возню со своим ухом.

— Подглядываешь, Капустник? — задумчиво поинтересовалась она, снимая фальшивку и снова пристраивая её на голове. — Или охотишься?

Атлас улыбнулся миролюбивому нраву Кос и присел на раковину рядом. Она продолжала терзать протез, пока, наконец не обратилась к нему:

— Ну как? Нормально?

— Не очень, — тут же отозвался рыжий хищник, — на такую подделку никто не купится.

Компас посмотрела в зеркало и прерывисто, с печалью вздохнула. Она свела вместе два уха и стало видно, что накладное было намного более ухоженным и чистым. И даже Атлас мог видеть, что их цвета немного отличались. К тому же, рядом стояла небольшая баночка с краской для шерсти. Но сидя рядом, на раковине, он не смел предложить крольчихе помощь, поскольку она заключалась бы в работе с её настоящим ухом, а не накладным.

Компас, поглощённая процессом, продолжала подстраивать под живое ухо найденный протез. Полноценным ухом назвать его было сложно: проволочный каркас, обшитый поролоном и искусственным мехом, вполне мог сойти за настоящее кроличье ухо издалека, но вблизи подделка была очевидна. Атлас следил за манипуляциями Кос, пока молчание не стало неловким.

— Что ты делаешь в нашей душевой? — полюбопытствовал Атлас, и тут же, будто заранее зная вопрос, его перебила крольчиха:

— Я подумала, что если меня кто-то увидит, то пусть это будешь ты.

Стало тихо. Атлас, услышав такой ответ, немного растерялся, но скоро понял, почему Кос была неуверенна с того самого момента, как её желание, пусть и не сразу озвученное, всё-таки сбылось. Компас ещё немного повозилась с ухом и, вздохнув, спросила:

— Ты… можешь помочь?

— Да, почему нет... — ответил лис, пожимая плечами. — Но, я так понимаю, помощь тебе нужна с…

— Просто… не говори о нём, и всё. Делай как лучше, если можешь, а не можешь — проваливай.

Лис с необычайной осторожностью, будто хищник, обходящий жертву с подветренной стороны, поднялся с насиженного места и, медленно обогнув крольчиху, встал на одно колено позади неё. Затем взялся за уши, и Кос дёрнулась, словно от боли, закрыла глаза и зашипела, как рассерженная гадюка. Рыжий хищник сам до конца не понимал смысла своих действий — возможно, он хотел проверить реакцию крольчихи. Атлас никогда так близко не подбирался к кроличьим ушам. Настоящее ухо Компас чутко дёргалось от каждого, даже лёгкого прикосновения лисьих лап, а поролоновое торчало как истукан. Лис деликатно положил ладони на основание ушей и ненароком дотронулся до маленькой культи, оставшейся от левого уха Кос. Она вздрогнула под его лапами.

— Ещё раз дотронешься — оторву тебе нахрен хвост! — рявкнула Кос.

Атлас разжал лапы и отошел на полшага от крольчихи.

— Мне кажется, ты просила помочь тебе?

Компас медленно вдохнула и выдохнула, зажмурив глаза.

— Хорошо, продолжай, и… извини.

— Ничего. Главное - чтобы ты держалась в Городе. Там такой ошибки не простят, — заметил Атлас, осторожно касаясь ушек.

— Да знаю я! — проканючила Кос.

Процесс начинал казаться ему несколько интимным, однако в этот момент он больше думал о том, что крольчиха научилась извиняться.

— Если извинения даются тебе с таким трудом, то можешь избавить себя от усилий. Ничего страшного, я переживу.

Атлас взял кисточку, провёл ею по поверхности краски в баночке и стал возиться с накладным ухом. Подкрасил его в нескольких местах, замазывая светлые участки. С особой осторожностью перешёл к живому уху крольчихи и проделал то же самое. Во время этих манипуляций Кос задумчиво смотрела в зеркало, следя за движениями лиса. Атлас оглядел работу и остался не сильно доволен результатом — до идеала было далеко; при этом, осматривая крольчиху, он ненароком заглянул ей в глаза. И не увидел в них ни капли злости. Взмахнув кисточкой и отведя лапу вверх, удерживая кисть двумя пальцами, лис посмотрел на Кос.

— Что?

— Знаешь… Ты мне напоминаешь одного лиса, который был мне очень близким зверем.

— Ну… Э-э-э… — Атлас заморгал и уставился на отражение крольчихи в зеркале.

Кос не сдержалась, и на ее губах мелькнула улыбка.

— Я не шучу. Думаешь, он всегда был сильным? Когда-то и он был зелёным щенком, такой же размазнёй, как ты вначале… Но он нашел в себе силы преодолеть и страх, и слабость.

Атлас догадывался, о ком идёт речь. Сейчас же всё стало ясно.

— Я не думаю, что так уж сильно на него похож… — неуверенно протянул лис.

— Ты не понимаешь. Поймёшь… когда-нибудь.

Крольчиха отстранилась от Атласа и, глядя на своё отражение, потрогала уши.

— Ну? Выглядит не так плохо? Может, теперь мне удастся склеить богатого городского кролика.

Атлас прыснул в кулак.

— Трудно представить тебя примерной женой с двумястами детьми и тремястами внуками!

— Плохо знаешь меня, Капустник, — ехидно улыбнулась кроля.

Атлас тоже улыбнулся. Потом о чём-то задумался и, глубоко вздохнув, как перед прыжком в воду, сказал:

— Если мы закончили, можем обсудить кое-что?

Компас посмотрела на лисёнка, скользнула взглядом по шраму и кивнула.

— Завтра мы с тобой окажемся в Городе, полном бдительных и осторожных травоядных. У каждого из них с собой будет мобильный телефон, а ещё пульт от моего ошейника, и они не постесняются воспользоваться ни тем, ни другим.

— К чему ты клонишь?

— К твоим ушам, Кос, — расхрабрился лис. — Как бы я ни пытался замаскировать протез, тебе придётся постоянно, каждую секунду думать о них.

Кос дёрнулась, но промолчала, уверенно кивнув.

— Если ты хоть на секунду забудешь о том, что носишь эту… подделку, считай, всё пропало. Мы все контролируем их неосознанно…

Крольчиха снова кивнула.

— Тебе правда больно? — наконец-то задал Атлас сокровенный вопрос.

— Да...

Сказав это, крольчиха резко повернулась к лису, который продолжал стоять на одном колене. Атлас на всякий случай поднялся, чтобы смотреть на собеседницу сверху вниз. В Компас не было злости или ненависти, которая буквально переполняла её всё остальное время, и казалось немного странным стоять с ней на равных и обсуждать её самую личную и крайне болезненную тему.

— Ты прав, кочерыжка, — наконец-то сказала крольчиха, проходя мимо лиса, — и мне не будет сложно сделать так, как ты сказал.

— Я же обещал помочь тебе. И твоему отцу, — неловко произнёс лис.

Компас посмотрела на лиса так, словно что-то хотела сказать, но в последний момент передумала.

— Ладно, нам нужно отдохнуть. Завтра большой день.

Она оставила его одного в душевой рядом с лисьей норой, где вовсю храпел Ред. Атлас услышал его сразу, как только Кос растворилась в чернильной темноте бараков Конгломерата, и решил, что ночных бдений с него хватит. Сполоснув морду прохладной водой, он отправился к кровати, но сначала, как и хотел, перевернул соседа на живот. Воцарилась блаженная тишина, в которой лис быстро провалился в глубокий, тревожный сон.

Утро прошло в ледяной решимости сделать всё “по книжке”. Такую сложную и важную операцию курировал лично Теодор, и казалось, будто весь огромный Конгломерат работает лишь на них троих. После подъёма последовал сытный и плотный завтрак, состоявший из каши, хлеба с ореховой пастой, морса и медово-имбирного печенья домашней выпечки. Кос, Генри и Атласу даже не потребовалось искать себе место - для них его приберегли звери с Фермы. Кругом кипела в своём ритме привычная для Конгломерата жизнь, но Атлас чувствовал напряжение, такое сильное, что лису казалось, словно у него звенит в ушах, и этот противный звук заглушал всё происходившее вокруг. Крольчиха ответственнее всех подошла к роли в Городе травоядных: протез её уха, доделанный ночью Атласом, уже занимал законное место. Простую военную форму она сменила на неформальный спортивный костюм, который выгодно подчеркивал её фигуру. С большим вниманием она подошла к деталям, выдававшим в ней городского жителя: на шее болтались наушники-капельки; выключенный мобильный телефон, к которому они были подсоединены, висел в специальном держателе на предплечье. Атлас искренне порадовался за крольчиху — от облика Компас почти ничего не осталось, и, не знай он её так хорошо, то не опознал бы, хотя для любого другого вида все остальные были на одну морду. Так, лисы с трудом различали кроликов, кролики в отместку путались в лисах, а про копытных можно было что-то говорить, только если они имели особенный цвет, вроде вороного Карбона. Атлас с утра оделся в найденную вчера чёрную куртку и просторные джинсы — получилось не броско, так что можно было затеряться в толпе, а именно этого он и хотел. Один лишь Генри остался верен военной форме с тяжёлой разгрузкой на время завтрака, но лис мог его понять — роль волка была попроще: просто быть хищником в красной робе. Таких старались обходить стороной. После завтрака все фермерские пожелали разведчикам удачи и гривистый волк, лис и крольчиха отправились на дело. Атлас явственно ощущал, насколько важным будет этот рейд. Оружием озаботились ещё вчера: Генри взял с собой два пистолета в подмышечные кобуры, незаметные под красной робой, а Кос нашла для себя компактный пистолет-пулемёт, спокойно помещавшийся в небольшой спортивной сумочке. Атласу, как специалисту по болтологии, ничего не дали, да и сам лис боялся оружия, памятуя о том единственном случае, когда пистолет оказался у него в лапах. По пути к гаражу Атлас зябко поёжился, вспоминая кровавые сопли, стекавшие по чистому стеклу автобуса, но никто на это внимания не обратил.

До Города их доставлял знакомый Атласу верблюд — Шутур, который охотно козырнул зверям и пригласил их в свой загаженный кузов, забитый мешками и другим нехитрым барахлом. Лишь крольчихе можно было сесть на переднее сиденье, в кабину, где, судя по звукам, она доставала верблюда насчёт его неспешной езды. Генри откинул борт кузова и свесил лапы в красных штанах, болтая ими по ходу движения. Атлас устроился рядом, но лапы свешивать не стал — всё же, он был не настолько хардкорным.

На подъезде к Городу хищники достали ошейники. У Генри был очень хитроумный муляж — он бил током только по команде с пульта и не так часто, как того хотели травоядные; Атлас же грустно вздохнул, снова затягивая на шее зеленоватый хомут. Ему даже почудилась при этом вонь палёной шерсти. За всё время, пока ошейник лежал в тумбочке рядом с кроватью, он успел разрядиться в ноль, но, как только пикап Шутура подъехал к КПП, на контролирующем устройстве постепенно зажёгся нейтральный зелёный огонёк. То же самое произошло и у Генри.

— Подъезжаем, — коротко бросил гривистый волк, заваливаясь целиком в кузов и закрывая за собой откидной борт, — Прячься. Ты пока будешь вызывать подозрения.

Атлас не перечил. И как раз к моменту, когда грузовик скрипнул тормозами, он полностью укрылся под мешками.

Цокая маленькими копытцами, к пикапу грузно вывалился упитанный поросёнок и, представившись по форме, попросил документы на машину. Верблюд охотно дал ему всё, что требовалось.

— А кто эта милая мисс? — спросил постовой, возвращая документы верблюду.

Шутур добродушно улыбнулся.

— Сосед моего приятеля хочет показать свою дочку в Городе. На выданье.

— Хе-е-ей! — беззлобно прикрикнула на верблюда крольчиха, игриво ударив его в плечо.

— О, ну в таком случае желаю удачи! — рассмеялся свин и отошёл от машины. И тут внезапно напрягся, увидев два торчащих уха гривистого волка, — так, а это ещё что за…

— Э-э-э, — проблеял верблюд, — не подходи к нему!

— Он набросится?! — тут же отшатнулся и выхватил шокер поросёнок.

— Да если бы мог! Больной он, работать не может! Вдруг заразный?! Вот и сидит в кузове. На Комбинат везу!

— Отлично, одним трупоедом меньше, — зло прохрюкал стражник, — только давай с ним быстрее в Городе, а то ещё выпрыгнет…

— Да на цепи он!

— Вот и правильно! Так их, живодёров!

Генри даже ухом не повёл на все эти разговоры и продолжал разыгрывать убитого горем и немощью болезни волка. Спектакль удался, и вопросов к нему не возникло. Все четверо они проехали за черту Города, где Атлас позволил себе вылезти из-под мешков.

— Шикарное представление, Генри! — похвалил он волка, отряхивая куртку.

— Да просто я подумал, как будем выбираться, если что-то пойдёт не так, — усмехнулся Мистер Напалм. Лис перегнулся через правый борт пикапа и посмотрел на отражение в зеркале довольной мордашки Кос. Показав ей большой палец, Атлас постарался устроиться поудобнее — до гостиницы Муфасы ещё надо было доехать, а сделать это можно было, не привлекая к себе лишнего внимания, только на разваливающемся, коптящем, скрипящем и бренчащем всеми своими сочленениями пикапе.

Шутур свернул с главной дороги и высадил троицу в нескольких кварталах от гостиницы в небольшом глухом проезде. Генри вынул из кузова пикапа простую пластиковую метлу, а Компас достала из сумки рабочий пульт от ошейников и огляделась по сторонам. Когда шум двигателя стих, она качнула головой:

— Начинаем?

Генри, глухо зарычав, поправил ошейник, но Атлас тут же схватил его за лапу, которой он это сделал.

— Не трогай его. Вообще никогда! Они бьются током, даже если их просто оттянуть от шеи!

— Я знаю, Атлас, — ответил гривистый волк. — Поэтому и поправляю, пока никто не видит.

— Слушай, носить этот ошейник… должна быть привычка для этого. Она сама собой вырабатывается. Поэтому просто не думай о нём.

— Не учи учёного. Думаешь, я впервые здесь?

— Уверен, что нет. Но когда ты выбирался в последний раз, тут явно было малость комфортнее.

Чтобы проиллюстрировать свои слова, Атлас вышел на улицу города и развёл лапами. И невооружённому глазу было видно, насколько выкрутили меры безопасности на улицах, где хищников стало исчезающе мало. Видимо, те из них, кто имел право здесь жить, попрятались в своих съёмных квартирах. Травоядные демонстрировали пугающий уровень паранойи: копытные, как и было заложено в них природой, передвигались группами или стадом. Семенившая мимо по делам стайка сурикатов, заметив Атласа и Генри, быстро остановилась, и некоторые из них начали крутить головами в поисках большей опасности.

— Я буду на другой стороне улицы, — негромко произнёс Генри, беря метлу и ловко перебежал дорогу. Атласу в душе захотелось хлопнуть себя по морде: ну не мог измученный травоядными хищник с такой ловкостью и прытью перебежать проезжую часть, да ещё и в неположенном месте, не сорвав удар током ошейника. К счастью, красная роба уборщика сработала, смягчив последствия этого необдуманного поступка: некоторые машины не только не притормаживали перед хищным зверем, но и вовсе пытались разогнаться. А как только Генри оказался на тротуаре другой стороны улицы, он моментально принял самый безмятежный вид, ссутулился и принялся за уборку, лениво смахивая незримый миру мусор на проезжую часть. Атлас убедился, что Генри делает всё правильно, сунул лапы в карманы и ссутулился сам.

— Дорогу знаешь? — тихо спросил он у крольчихи.

— Ты же курьер! Сам должен знать! — ворчливо прикрикнула на него Кос, чем невольно привлекла к себе внимание прохожих.

Атлас незаметно улыбнулся. Крольчиха кричит на рыжего лиса, помахивая пультом от его ошейника. Ситуации лучше невозможно было и представить. Он и Кос стали настоящими невидимками, ведь никто не хотел вмешиваться в чужие проблемы. Тут у каждого своих хватало с головой.

До самой гостиницы, по хорошо знакомой Атласу дороге они шли молча и неспешно, чтобы Генри на другой стороне улицы успевал проходить участок, не привлекая к себе внимания. Атлас понуро плёлся среди потока всевозможных травоядных зверей, стараясь отступать в сторону или просто останавливаться, если натыкался на какое-нибудь стадо. Кос, семенившая за лисом, вела себя очень по-городскому: вставила наушники в гордо торчащие над головой уши и с увлечением уткнулась в мобильный. Время от времени Атлас оглядывался на неё, но поведение крольчихи было безукоризненным: уши, а он смотрел в первую очередь на них, стояли симметрично, походка расслабленная, во взгляде — спокойствие и лёгкая надменность. Типичная городская крольчиха, неспешно идущая по своим личным делам.

При подходе к гостинице лис поднял взгляд и наконец-то рассмотрел здание целиком. Раньше он считал гостиницу Муфасы небольшим частным владением, однако сейчас быстро понял, что заблуждался. Основной двадцатиэтажный корпус был немного смещён относительно вытянутой двухэтажной пристройки к нему, где располагалась рецепция. Дальше неё лис никогда не бывал, если не считать этажа для персонала, где он провёл первую ночь на свободе. Лис почти незаметно кивнул в сторону небольшого переулка, и, свернув в него, зашёл за большой мусорный бак синего цвета. Кос прошла мимо, и поначалу Атлас даже испугался, но на обратном пути, она так же беспечно и спокойно свернула за угол и подняла глаза.

— Всё нормально? — спросила крольчиха.

— Идеально! Но я не знаю, как провести туда Генри.

— Ты уверен, что он нам сильно нужен?

— Ни разу…

Понурый гривистый волк подошёл к мусорному контейнеру как раз к этому моменту.

— Ты идёшь с нами? — тут же спросил его Атлас.

— Не думаю. Мне там делать нечего, — ответил Генри.

— Тогда встречаемся здесь, — подытожила Компас. — Капустник, двигаем!

— Удачи там! — напутствовал лиса и крольчиху Мистер Напалм.

— Как будто она нужна лисам, — хмыкнула Кос.

Атлас позволил себе улыбку и, выйдя из переулка, сразу взял курс на главный вход. Перебежав улочку перед ним, он уверенно потянул дверь на себя и оказался в просторном холле мраморного цвета. Рецепция была на месте, но, вместо знакомого и доброго Муфасы, там сидел бойкий, исполнительный и явно, судя по бодрому виду, не скучавший кугуар светло-песочного цвета. Оценив его шерсть и телосложение, Атлас решил, что кот тоже из комбинатных. Дверь за спиной Атласа открылась снова, и в зал вошла крольчиха, не терявшая интерес к телефону.

— Пошевеливайся, трупоед, — с презрением сплюнула она слова и первой зашагала к рецепции.

Атлас поспешил за ней и у весёлого кота, сидевшего за стойкой, оказался первым. Кос не обратила на это внимания, перехватила телефон двумя лапками и стала что-то энергично набирать на экране.

— Добро пожаловать в шестой городской отель, — обратился к нему пум с приветливой улыбкой, — Чем могу служить?

— День добрый, — изображая страх из-за крольчихи, ответил лис и опёрся локтями о стойку. — У меня посылка для гостя вашего отеля.

— Пожалуйста, назовите номер.

Атлас окинул цепким взором большую табличку со множеством цифр за спиной кугуара.

— Семнадцать семнадцать, — отчеканил Атлас.

Кугуар не спеша набрал номер на клавиатуре и уставился в монитор.

— Зде… здесь какая-то ошибка! — прищурился он, — Этот номер не занят…

— Девятнадцать тридцать три! — внезапно для Атласа и кугуара раздался писк откуда-то из-под конторки, и на свет показалась главная администраторша отеля — маленькая серая мышь со своим пультом, — Какие там у них дела на семнадцатом этаже!?

Мышка заметила лиса и ошеломлённо вытаращила маленькие, чёрные глазки. Пультик от ошейника моментально оказался в её лапе.

— А у него? Что за дела у него?!

— Хей, — подала голос Кос, — спокойнее, любезная.

Мышка заметила крольчиху, просеменила к краю рецепции и внимательно посмотрела на Компас. Атлас узрел настоящее преображение, каких ещё, наверное, свет не видывал. При появлении травоядного зверя всю гневливую спесь сдуло с мышки, словно соринки ветром, и она тут же водрузила на маленькую мордочку очаровательнейшую из улыбок.

— Я со всей искренностью приношу вам глубочайшие извинения, мисс, я не увидела вас сразу, только этих… наглых трупоедов.

— Ага, — с вызовом ответила ей Кос, — плевать.

— Ещё раз, прошу со снисходительностью отнестись к моей бестактности и простить мою недальновидность, Девя… — мышка осеклась, — Карлос… кажется, он здесь новенький, ещё не до конца разобрался что к чему. Так чем я вам могу помочь?

— У этого рыжего послание для одного из ваших постояльцев.

— Наш коридорный с радостью доставит его!

Атлас молниеносно перехватил инициативу.

— Это не то послание, которое можно доверить кому-то, кроме проверенного зверя. Почему вы думаете, я вам его даже не показываю? — обратился он к мышке.

— Ты даже не… — сорвалась главная, но тут же осеклась, глядя на скучающую рядом крольчиху, — Ну что же, какой номер, вы сказали?

— Семнадцать семнадцать, — повторил Атлас.

Мышка выразительно взглянула на Карлоса, и тот проверил ещё раз.

— Номер не занят, мисс…

— Конечно, не занят, мешок с блохами, занят весь этаж!

Атлас навострил уши, а Кос перестала набирать сообщение на телефоне и подняла глаза.

— Мэм, я простой курьер... — начал было Атлас, но его перебила крольчиха:

— Просто дайте нам сделать работу, почему так долго?!

— Простите, мэм, — всё так же заискивающе и со сладкой вежливостью в голосе пропела ей администраторша, — Но этажи с четырнадцатого по девятнадцатый сейчас выкуплены для спецобслуживания…

— А то мы не знаем! — развела лапы в стороны Кос и убрала телефон в сумку, — И просто так сюда припёрлись!

— Да, но почему лис? Он же…

— А не ваше это дело! — рявкнула Кос со всей эмоциональностью, — Чем дольше мы тут стоим, тем больше у вас будет проблем! Пропустите курьера!

— Я лишь хочу сказать, что этот лис уже бывал здесь!

— У меня есть право снимать ошейник! — изображая лёгкую дерзость, сказал ей Атлас, — И я нашёл себе работу.

— В УСС? — ахнула мышка.

На секунду повисла неловкая пауза.

— На войне все средства хороши, — надменно скривила губы крольчиха.

Мышка глубоко вздохнула, и слащавая улыбка покинула её морду. Она махнула лапкой в сторону длинного, просторного коридора.

— Проходите.

Атлас оттолкнулся от стойки и, не говоря ни слова, прошёл внутрь отеля, осматривая его по пути. Кос пошла за ним следом, как настоящий куратор, тоже фиксируя в уме каждую мелочь.

Когда они подошли к лифтам, то сделали оптимистичный вывод: лишь первые два этажа были построены для крупных зверей вроде носорогов, бегемотов и слонов. В лифтовом фойе они увидели первую охрану: несколько скучавших антилоп в форме СКХ и старшего по званию оленя с ветвистыми рогами. Войдя в лифт и выбрав семнадцатый этаж, они огляделись. Камер хоть видно и не было, но крольчиха и лис всё равно не разговаривали друг с другом. Когда створки лифта открылись на нужном этаже, выводы подтвердились: потолки были относительно низкими, коридоры — узкими, а двери — небольшими. На входе их встретил козёл с пулемётом, одетый в куда более могучую, чем он сам, боевую форму УСС.

— Это закрытый для посещения этаж, — вскинув лапу в перчатке, твёрдо объявил он, а заметив лиса, поднял оружие. — Предъявить пропуск и удостоверение!

— Никогда ещё так этажом не ошибалась! — призналась Кос, затаскивая лиса за хвост обратно в лифт. Створки быстро сдвинулись.

— Про какие этажи она там говорила?

— С четырнадцатого по девятнадцатый, кажется…

Атлас нажал на панели кнопку с цифрой «20», но она пискнула отказом. Лис не растерялся и попробовал тринадцатый этаж. Лифт тут же, без проблем, начал опускаться.

Они вышли в небольшой, узенький для тяжеловесных зверей двухцветный коридор, и оглянулись. На всём протяжении он был выкрашен в приятный красно-бордовый цвет снизу и нежный, мятно-зеленый сверху. Никого не было, и поэтому лис и крольчиха решили разведать хотя бы приблизительную планировку этажей. Конечно, у них были чертежи этого здания — откуда они взялись, никто толком не задумывался, а в Конгломерате их ждал Муфаса, знавший эту гостиницу как свой собственный хвост, но одно дело — слышать от других, и совсем другое — быть здесь непосредственно самому. Никакой охраны на этаже не оказалось, гостей и постояльцев тоже видно не было. Длинный коридор пустовал, а номера были закрыты. Единственное, что отметила Кос, так это электронные замки. Сделав несложные умозаключения, она поняла, что от всех этих дверей наверняка есть специальный мастер-ключ, заполучив который, можно было ощутимо облегчить задачу. Выбрав в конце коридора уголок с раскидистым фикусом в углу, лис и крольчиха встали у большого окна.

— Ну, что скажешь? — спросил рыжий.

— Хотелось бы уточнить, на каком точно этаже держат папу. Но мы хотя бы сузили поиски с двадцати этажей до шести.

— Нам надо спросить Муфасу, как попасть на двадцатый этаж, и начинать оттуда.

— Ага, наш выход — это вертушка! Оставь стратегию Генри.

Атлас хмуро кивнул, соглашаясь с крольчихой. Разговаривать больше было не о чем, смотреть — тоже, так что они вернулись к лифту и спустились к центральному входу. Вдвоем они спокойно прошли к выходу, махнув на прощание мышке и кугуару. Гривистый волк в красной робе, опёршись на метлу, отдыхал на другой стороне улицы, с блаженным выражением на морде вывалив язык и тяжело дыша от жары. Атлас и сам не удержался от этого — на небе не было ни облачка, пылавшее в зените светило раскалило воздух, так что над асфальтом колыхалось марево и стояла непередаваемая духота. Они с крольчихой перешли улицу и снова незамеченные, свернули в уже знакомый переулок, в прохладу тени. Генри, дойдя до них, оттянул ошейник от горла, облизнул морду и выдохнул:

— Жарко, как в крематории!

— Не то слово, — вторил ему Атлас, расстёгивая куртку.

— Нужна помощь? — сразу перешёл к делу гривистый волк, но крольчиха махнула лапой.

— Всё путём. Охраны почти нет: пара копытных в фойе и один козёл УСС-шник, на этаже, с пулемётом. Они хоть и на измене, но на расслабоне.

— А завтра их наверняка будет ещё меньше, — подтвердил Атлас, — Многие рассосутся по панихидам.

— Уверен, что всех вы там не увидели, — усмехнулся гривистый волк. — О Роксе что-нибудь слышно?

— Как и обещала, я сделала больше, чем Багз, — съязвила крольчиха. — УСС сняли шесть этажей под себя, с четырнадцатого по девятнадцатый.

— Двадцатый этаж тоже не самый простой, — перебил её лис, — Туда просто так тоже не попасть. Надо выяснить у Муфасы, как.

— Пять-шесть этажей прочёсывать куда проще, чем двадцать, — согласился Генри.

— Учти ещё то, что эти этажи не для крупных зверей. Олег не пролезет даже в створки дверей, если поднимется выше второго. Слоны и носороги нам не грозят, — напомнила Кос.

— Прекрасные новости, — улыбнулся своим фирменным оскалом Хардкорный Генри.

— А ещё я заметил электронные замки на всех дверях. От них наверняка должен быть мастер-ключ.

— Снова спросить леопарда? — предложил волк.

Атлас всплеснул лапами, подтверждая очевидное.

Звери дружно переглянулись, и на их мордах расцвели радостные улыбки. Генри выпрямился и посмотрел на Кос и Атласа с высоты своего роста:

— Отличая работа. Теперь я уверен, что всё получится. Уходим?

Лисёнок и крольчиха дружно кивнули. Генри вытащил телефон и не глядя набрал номер, забитый на одну цифру.

— Багз, привет, — сказал он в трубку. — Мы готовы к эвакуации.

Выслушав короткий ответ, Генри с грустным видом прижал уши и убрал телефон в карман.

— Ещё пятьдесят минут.

— Он что, не может побыстрее? — проворчала крольчиха.

— Ну, раз сказал так, иначе не выйдет, — пожал плечами волк, — Плохо подготовился.

Компас недовольно фыркнула, и её живое ухо повисло за головой от разочарования, а накладное лишь немного дёрнулось. С прямостоящим протезом, выглядело это очень глупо и выдавало крольчиху с потрохами. Хвала небесам, произошло это в глухом, никому не интересном переулке, и как только Атлас несколько раз рыкнул на крольчиху, она вспомнила о маскировке и поставила ухо как полагается. Через какое-то время стало понятно, что сидеть рядом с помойкой в переулке, хоть и в тени, было до зевоты скучно. Генри высунулся на улицу, походил туда-сюда, принюхиваясь к горячему воздуху, и довольно скоро вернулся к друзьям.

— Там внизу по улице есть кафе-мороженное.

Атлас тут же завилял хвостом от радости, вспомнив мороженое, которым в первый день его свободы угощал Муфаса.

— Обожаю мороженое, — спокойно, не подав виду, сказал рыжий.

— Деньги? — многозначительно посмотрел на лиса гривистый волк.

Атлас довольно хмыкнул.

Так давно они в последний раз пригодились, и, тем не менее, он продолжал носить деньги с собой, каждый раз перекладывая банкноты травоядных вместе с правами. Из красной робы они перекочевали в форму Конгломерата, а из неё — в гражданскую одежду, которую Атлас носил сейчас. Порывшись в карманах, лисёнок явил на свет несколько купюр и выжидательно посмотрел на крольчиху.

— Мне морковное, — заявила она.

— А мне брусничное, — кивнул Генри.

Рыжий нагло улыбнулся. Последний раз он угощал Кос и Генри ещё в каньоне хищников, и тогда кончилось это печально, но сейчас всё было предусмотрено. Он больше не тот забитый лисёнок с тремя безликими цифрами вместо имени, Кос вела себя адекватно, и они собирались не пить, а всего лишь съесть по мороженому.

Как обычно, немного разойдясь друг от друга, трое друзей вышли на улицу враждебного Города и отправились в сторону, указанную Генри. Долго идти действительно не пришлось, да и не могло чутьё волка ошибиться в таком пекле. Оказалось, что кафе было не большим, а очень большим, и держали его слоны. Гривистый волк, остался стоять снаружи, найдя место в тени — не хотел светиться в робе, а Кос и Атлас вошли внутрь. Из-за жары это место пользовалось бешеной популярностью, и первое, на что они наткнулись была очередь. Огромная очередь из слонов, бегемотов и носорогов, многие с детьми. Атлас привычно сунул лапы в карманы, ссутулился и робко занял место в конце, а Кос поспешила воспользоваться уборной. Как ни странно, несмотря на исполинские размеры, очередь продвинулась быстро, и вскоре лис оказался у прилавка с хмурым, раздражённым слоном.

— Добрый день! — с дружелюбными интонациями позвал Атлас, маша лапой. — Здесь! Снизу!

Слон перегнулся через прилавок.

— Ты здесь что вообще делаешь, хищник!? — моментально взорвался слон. — Убирайся из моего ресторана, падаль!

— Точно, пошёл вон, трупоед! — со злобой выпалил кто-то из очереди за спиной лиса.

— Но я всего лишь хотел купить у вас мороженое! Честно!

Огонёк на ошейнике рыжего зажегся предупредительным жёлтым. Атлас действительно волновался.

— У тебя нет права здесь находиться!

— Мне дали права, смотрите! — парировал Атлас, поспешно доставая пластиковую карточку со своей фотографией. — Мне даже можно снимать ошейник, но я всё равно его ношу, ну вы же видите?

Он оттянул ворот куртки, показывая удавку на шее.

— Ничего это не меняет! Убирайся, а не то раздавим, как виноградину!

— Я просто хочу заплатить за мороженое!

— Нахрен не нужны мне твои деньги, тварюга!

— Мясник! Убийца! Мокрушник! — слышались наперебой голоса со стороны очереди.

— Я просто хочу есть! И готов за это платить, почему вы не хотите брать мои деньги!? Они такие же, как ваши!

Но толпа была неумолима. Атлас уже с отчаянием вздохнул, но тут подоспела немного запоздалая помощь в лице одноухой крольчихи. Совершенно неожиданно для всей толпы, а главное — для самого Атласа, она подошла к нему и спокойно встала рядом, не выходя из той роли, которую придумала для себя в гостинице, только намного вежливее.

— Прошу прощения, уважаемый! — спокойно поприветствовала она продавца мороженого, беря сумку, в которой, помимо всего прочего, болтался пистолет-пулемёт, двумя лапами. — Если у вас какие-то проблемы с этим лисом, то позвольте мне заплатить за него.

Точно так же, как и в отеле с мышкой, морда слона за прилавком кардинально изменилась. Таким клиентам он хамить не мог, так как кролики считались полноценными гражданами, в отличии от хищных зверей. Атлас обомлел и тут же подыграл Компас, нацепив на морду неподдельную улыбку.

— Мисс, вы же не хотите сказать, что готовы купить этому… этому хищнику…

— Я хочу, и я покупаю, — бойко, но удивительно спокойно отрезала Кос и, незаметно для всех остальных, вынула у Атласа из лап его же деньги, пока внимание очереди было на продавце, столкнувшимся с таким сложным случаем.

— Я готов продать мороженое вам, но ему…

— А ты не продаёшь ничего ему, — спокойно усмехнувшись, ответила ему крольчиха, — ты продаёшь мороженое мне. А что я с ним буду делать — тебя не касается. Могу просто пойти и выбросить его, не так ли?

— И вы отдадите его этому лису? — изумлённо протянул слон, наклоняясь ещё ближе к Компас. — Лучше сразу выбросьте!

Компас продолжала спокойно улыбаться и быстро нашла глазами специальную лесенку-подножку, для зверей поменьше, на которую она и забралась.

— Да, я-то думала, что вам плевать, откуда в вашей кассе появятся деньги, и немалые, но я вынуждена настаивать. Иначе, сам понимаешь, ты не обслужишь меня. Не хочу показаться кем-то важным, я ведь всё-таки обычная крольчиха. Знаешь, сколько у меня детей? — приложив лапку к груди, Компас спокойно улыбнулась.

Атласа чуть не разорвало. Он даже испытал странную гордость за крольчиху: как элегантно она себя вела, как ласково, почти нежно разговаривала со слоном.

— Полагаю… Ты понимаешь, сколько именно. Бóльшая часть из них уже работает. Один телефонный звонок — и вся моя семья решит устроить здесь небольшие посиделки. Откажешь семье кроликов, ммм? — лукаво прищурившись, спросила Компас у продавца.

Слон гневно выдохнул.

— Пора бы поставить вас на место, уважаемые. И знаешь, что? Я возьму три рожка…