Глава восемнадцатая. Сильнейший (1/2)

Той ночью она не могла спокойно уснуть.

Только оказавшись в своей комнате, Лилиан пластом рухнула на кровать, достала из сумочки мобильный и поспешно зашла в месседжер. Она быстро пролистала список диалогов и остановилась на нужном. Годжо в сети не было. Девушка с досадой поджала губы, некоторое время задумчиво смотрела на небольшую иконку с фотографией, а затем, решившись, открыла диалог.

«Был в сети в 17:22».

Лилиан вздохнула и уткнулась лицом в подушку, чувствуя сдавленный перьевой запах. Выпущенный из рук телефон соскользнул с гребня смятого одеяла и перевернулся экраном вниз. Последний источник света исчез. В комнате стало темно.

— Идиотка, — пробурчала Лилиан, с трудом делая вдох.

Она повернула голову, пытаясь отдышаться, покосилась на свой мобильный и резко села. В мыслях крутилось непрошеное воспоминание о голубоволосой девушке, скачащей вокруг Годжо несколько дней назад.

«Он мог пойти к кому угодно», — подумала она, но лучше чувствовать себя не стала.

Ещё раз взглянув на оставшийся прежним статус оффлайна, Лилиан заставила себя встать с кровати и поплелась в душ.

Тот не помог ей ни отогнать дурные идеи, ни расслабиться, и даже вновь оказавшись в кровати, она долго не могла заснуть. Беспокойно ворочаясь с боку на бок, Лилиан то и дело одёргивала себя от не стихающего желания взять в руки телефон и раз за разом прислушивалась к шуму в коридоре.

Когда там скрипнула входная дверь, она почувствовала, как заколотилось сердце, а тело бросило в жар. Шаги были тихими и приглушёнными, шум крови в ушах практически заглушал их, и Лилиан затаила дыхание. Раздался щелчок дверного замка, а затем очередной хлопок: звук был слишком далёким, чтобы означать возвращение Годжо.

Тяжело вздохнув, девушка нырнула с головой под одеяло. Ей моментально стало жарко и душно, но она продолжала лежать так, свернувшись клубком и вслушиваясь в собственное дыхание.

Была уже глубокая ночь. Сатору так и не вернулся.

***

Утро встретило её головной болью, зудом в глазах и не замолкающей трелью будильника. Она кое-как повернулась на спину, укладываясь ровнее, и ногой скинула с себя скомканное одеяло. На ощупь нашла телефон, всё ещё не разлепляя век, несколько раз ткнула пальцем в экран, пока мелодия не смолкла.

— За что мне всё это? — сиплым ото сна голосом прошептала Лилиан и легла набок. К оголённой спине тут же прилип прохладный воздух комнаты. Она поёжилась, втянула голову, обхватила себя руками, но так и не смогла сохранить тепло.

Перенесённый будильник затрезвонил вновь.

Одним решительным движением девушка села и заставила себя открыть глаза. На этот раз действительно отключила раздражающую мелодию и, стоило картинке на экране смениться, посмотрела на время. Было начало девятого. Лилиан выругалась и уже хотела отложить телефон, как сверху всплыло сообщение.

Годжо.

Сердце сжалось в предвкушении, остатки сна моментально исчезли, и она не раздумывая открыла диалог.

«Я в переговорной», — гласило первое сообщение, отправленное с десяток минут назад.

За ним следовали:

«Зайди, есть кое-какое дело».

«Если ты опять намерена меня игнорировать, то спешу сообщить, что это насчёт работы».

Следом шло короткое видео с протянутой к камере рукой, которой парень активно тряс пару листов бумаги.

«Иди сюда, хочу тебя кое с кем познакомить».

Лилиан уставилась на последнее сообщение. Мысли прошедшей ночи вернулись к ней. Пересилив собственные предрассудки, она написала:

«Буду через полчаса».

Ответ пришёл незамедлительно:

«Кошмар. А говорят, это я непунктуальный».

Ей хотелось возмутиться. Сказать, что о встречах нужно предупреждать заранее, но она остановила себя. На экране замелькали, сменяя друг друга, различные стикеры: смотрящая на часы розовая пучеглазая рыбка, спешащий жираф с развевающейся по ветру шеей. Дальше она не смотрела.

Времени на нормальные сборы оставалось непростительно мало. И хоть делать всё пришлось впопыхах, даже так Лилиан провозилась добрый десяток минут перед зеркалом, укладывая наспех собранные волосы и придирчиво оглядывая свой наряд. В конце концов оставшись довольной результатом, она подхватила оружие и, понимая, что в ближайшее время не вернётся, заперла за собой дверь. Путь до нужного места не должен был занять много времени.

Переговорной был один из просторных залов в здании неподалёку. Выложенные мраморной плиткой пол и стены, дорогая мебель из бордово-красной кожи, огромные окна, выглядывающие на густую зелень вокруг — дизайн, слишком далёкий от старых японских храмов, щедро заполнивших всю территорию. Завидев слабые золотые лучи, пробивающиеся через матовые стеклянные перегородки двери, ведущей внутрь, Лилиан замедлила шаг. Прислушалась: до неё доносился лишь неугомонный голос Годжо, не позволявший сказать собеседнику ни слова. А собеседник точно был — Лилиан чувствовала незнакомую проклятую энергию, ровным маревом исходившую от другого шамана. Она попыталась вспомнить, какой по ощущениям была магия той девушки, но быстро одёрнула себя. Прочистила горло, расправила плечи, вздёрнула подбородок и после символичного стука в дверь зашла.

— А вот и ты! — задорно воскликнул Сатору, моментально занимая собой всё внимание и пространство. Он сидел, развалившись в широком кожаном кресле, с закинутой на спинку головой и ногами, удобно примощёнными на низкий кофейный столик. — Так, быстро: назови то, что тебе нравится во мне больше всего!

— Твоё отсутствие, — моментально сориентировавшись, соврала она.

На этих словах Сатору развернулся к ней всем корпусом и начал размахивать руками, активно демонстрируя аплодисменты.

— Это сарказм?

— Ответьте ещё раз и хлопните в ладоши, — раздавшийся голос принадлежал незнакомцу.

Им оказался молодой парень — наверняка ровесник Годжо — сидящий напротив и с преувеличенной серьёзностью вперивший взгляд в журнал перед собой. Тонко сжатые губы и опущенные уголки рта давали понять очевидное: происходящее не доставляло ему совершенно никакого удовольствия.

— Твоё отсутствие, — один звонкий хлопок.

Сатору тут же угомонился и довольно оскалился:

— Да что ты говоришь, — деловито отозвался он, но быстро вернулся к прежнему занятию: — Что вам нравится в Годжо Сатору? Всё!

Лилиан сжалась от очередного хлопка, словно это была отвешенная ей пощёчина, и внимательно посмотрела на парня.

«Всё?» — она почувствовала, как непрошеный жар подступает к лицу.

— Что ты несё…

— Продолжайте в том же духе, — произнесли одновременно с ней. Затем, наконец обратив на неё своё внимание, незнакомец склонил голову в приветственном жесте: — Здравствуйте.

Лилиан поздоровалась в ответ. Она вошла, всё ещё предпочитая держаться ближе к двери, и бегло осмотрела гостя. На нём не было привычной тёмно-фиолетовой формы: очевидно, дорогой, хоть и не броский, бежевый костюм, рубашка глубокого синего цвета, идеально чистые ботинки — наряд абсолютно отличался от привычной шаманской одежды. Только очки — странные, больше походившие на пенсне, держащиеся на тонком остром носу — полностью закрывали глаза.

— Это Ририан, — довольно улыбаясь, представил её Годжо. — Она занимается всеми документами. А ты говорил, что я не справлюсь.

— Технически, делаете это не вы, — спокойно ответил парень и представился: — Я — Нанами Кенто.

— Мой старый добрый приятель ещё со студенческой скамьи.

— Не фамильярничайте.

— Приятно познакомиться, — Лилиан сдержанно улыбнулась и вновь склонила голову. Затем перевела внимание на Годжо: — Зачем ты меня звал?

— Звал? — Сатору задумчиво почесал подбородок. — А! — он выпрямился, покрутился по сторонам в поисках чего-то и вытянул изрядно помятые листы из щели между сиденьем и подлокотником. — Вчера экстренно вызвали на миссию. Вот документы, я их не заполнял.

Лилиан едва справилась с тем, чтобы скрыть облегчение на своём лице. Миссия. Он не вернулся вчера из-за миссии.

— С каких пор такая срочность? — она протянула ладонь. Годжо отдёрнул свою руку, не давая взять документы.

— А с чего ты взяла, что я спешу?

— Ты никогда не утруждал себя передачей бумаг, — Лилиан вновь безуспешно попыталась дотянуться до заветных листов, но парень резким движением отодвинулся в сторону. Кресло под ним обиженно скрипнуло, Лилиан хотела издать что-то не менее жалостливое. Она вздохнула, стала нарочито ровно и скрестила руки на груди. Чувство, что она — нянька в детском саду, плотно засело где-то внутри: — Я не собираюсь тебе подыгрывать.

— Это плохая идея, — не отрываясь от журнала, произнёс Нанами.

Лилиан удивлённо посмотрела на него:

— Почему?

— А по-моему, в самый раз.

Ещё до того, как она успела понять, к кому были обращены слова, в коридоре раздался звук быстрых приближающихся шагов. Дверь резко распахнулась, внезапный порыв ветра зашелестел сжатыми в пальцах документами.

— Учитель Годжо! Нанамин! — произнёс голос. — И Ририан здесь!

Она даже не успела обернуться — Лилиан содрогнулась всем телом. Краем глаза выхватила копну взъерошенных светло-розовых волос, мягкие черты лица, тонкие полосы под глазами.

— Юджи… — прошептала она и попятилась. Голенью упёрлась в низкий кофейный столик, потеряла равновесие и пошатнулась, едва не упав.

— Это я! — парень вскинул руки. — Ой, — он быстро притих и стушевался. — Наверное, мне нельзя, чтобы вы меня видели.

Лилиан проигнорировала эти слова.

— Если это шутка, — она рывком повернулась к Годжо. От резкого движения волосы растрепались и тонкими прядями упали на лицо. — Я убью тебя.

Парень хохотнул.

— Он настоящий, — до того, как Сатору успел ответить хоть что-то, произнёс Кенто.

Лилиан застыла. Почувствовала, как кончики пальцев пробрало крупной дрожью. Всё её тело казалось металлическим стержнем, и она едва смогла повернуть голову. Мальчишка стоял, широко улыбаясь и активно кивая:

— Это я, и я живой!

— Господи… — на выдохе пролепетала она и на негнущихся ногах медленно пошла к подростку. — Быть такого не может.

Она остановилась в полушаге от Юджи, некоторое время вглядывалась в его светло-карие глаза, словно всё ещё не веря, что мальчишка реальный. Казалось, перед ней неудачный розыгрыш: иллюзия, способная распасться в любое мгновение.

— Живой, — наконец произнесла Лилиан и притянула парня к себе.

Итадори ойкнул, неловко переминаясь с ноги на ногу, но всё же решился обнять в ответ. Его растрёпанные жёсткие волосы неприятно щекотали лицо, но Лилиан лишь крепче прижала его к себе, уткнулась носом в непослушные вихры и вновь прошептала:

— Слава богу.

Все её тело стало лёгким и невесомым. Конечности, будто бы не слушаясь, двигались сами собой. Она медленно закачалась из стороны в сторону, словно пытаясь убаюкать студента. Её глаза защипало от подступивших слёз, и она зажмурилась, едва справляясь с тем, чтобы держать себя в руках.

— Я же говорил, она обрадуется, — довольно сообщил Годжо.

Раздался сдержанный вдох, затем — шелест откладываемого журнала.

— Я по-прежнему придерживаюсь мнения, что это не лучший способ для возвращения Итадори после того, как вы прятали его так долго.

Лилиан хотела усмехнуться тому, что в комнате есть ещё кто-то, желающий вразумить Сатору, но последние сказанные слова быстро осели в её сознании.

— Прятал? — она отпрянула от Юджи, оборачиваясь.

Оправившиеся от потрясения мысли начали занимать свои места, вырисовывая картину произошедшего. Итадори жив. Не воскрешён, не призван с того света — просто жив, и так было всегда. Каждый из дней минувшего месяца. Каждую минуту, которую она вместе со всеми студентами переживала потерю, Годжо скрывал правду.

— Ты просто спрятал его?! — зашипела Лилиан от моментально нахлынувшего гнева, быстро срываясь со своего места и за пару широких шагов сокращая расстояние.

Сатору, явно ожидавший такой реакции, лишь сильнее растянул губы в улыбке.

— Скажи мне на милость, ты действительно считаешь нормальным вот так возвращать его?! После всего? — она возвела руки вверх, а затем резко рассекла ладонями пустоту. — Ладно уж я — чёрт со мной! Но ты видел, как дети реагировали на его смерть, и всё равно молчал?! — Лилиан сделала ещё один шаг, становясь вплотную к Годжо. Наклонилась, чтобы их лица были на одном уровне. — Как ты теперь думаешь его возвращать?!

Позади неё тихо, но настойчиво прокашлялись. Она обернулась и быстро выпрямилась, поспешно оправляя одежду. Нанами, обратив на себя внимание, заговорил всё тем же ровным голосом:

— Извините, что вмешиваюсь, — начал он, быстро завладевая ситуацией. — Я согласен с тем, что методы Годжо весьма провокационны, и я ни в коем случае не одобряю их, — голос стал жёстче, явно подчёркивая отношение. — Но я считаю необходимым отметить, что Юджи действительно должен был считаться мёртвым некоторое время.

— И я действительно умирал, — присоединился к диалогу подросток. — А потом действительно воскрес, — он замялся, когда понял, что всё внимание обращено на него. — Ну, — неловко почесал щёку, а затем ткнул пальцем в разрез под собственным глазом, — это он меня воскресил.

Лилиан замолчала. Она не знала, что говорить. Новая информация хлынула на неё неудержимым потоком, все эмоции смешались в неразделимый вихрь. Она тяжело выдохнула и закрыла лицо ладонями. Заговорила, не отнимая их от лица:

— Всё слишком сложно.

— Да брось, — тут же хохотнул Годжо. — Здесь главное, что теперь ты знаешь, что он жив.

Нанами вновь прокашлялся:

— Главное, что на примере Лилиан вы видите, что идея с внезапным возвращением Итадори… не самая лучшая из возможных.

— Как чёрт из табакерки, — шёпотом согласилась она.

Словно услышав волшебное слово, Сатору активнее заёрзал на своём месте.

— Вау, да ты в теме! — весело воскликнул он. — Юджи! — едва ли не подскакивая от предвкушения, шаман повернулся к ученику: — Всё готово?

Мальчишка активно закивал. Улыбка на его лице быстро сменилась смятением. Он посмотрел на Лилиан, а потом обратился к наставнику:

— А вы… уверены?

— Ты сомневаешься во мне? — с наигранной серьёзностью спросил Сатору. Итадори сразу же оживился, отрицательно мотнул головой и выскочил в коридор.

— Я всё ещё против этой идеи, — возвращаясь к чтению, произнёс Нанами.

Наконец отнеся руки от лица, Лилиан некоторое время смотрела в пустоту тёмного коридора, а затем рухнула на кресло рядом с Годжо:

— Мне нужно время, чтобы свыкнуться с этим.

Шаман одобрительно хмыкнул.

— И надо подумать, как рассказать остальным ребятам.

— Ооо, не утруждай себя, я уже позаботился об этом.

Листы в руках Нанами хрустнули, сжатые сильнее необходимого. Заголовок «О бизнесе и финансах» смялся под давлением рук. И без того острое лицо стало более очерченным, под выпирающими скулами пролегли чёткие тени.

— Что? — Лилиан чувствовала неминуемую беду.

— Я просто очень хорош в сюрпризах!

Стоило Годжо договорить, как раздался грохот и металлический скрежет. В проёме показался большой железный короб на колёсиках, за ним — светящийся энтузиазмом Юджи. Студент затолкал конструкцию внутрь, откинул с ящика крышку и с любопытством заглянул туда:

— О, я думал, здесь будет меньше места.

«Меньше места, для чего?»

— Только не это, — пролепетала Лилиан, принявшись быстро разглядывать металлические стенки в поисках ярких праздничных лент, банта и конфетти. — Нет-нет-нет.

— Да-да-да, — вторил ей Сатору.

— Ты не сделаешь этого.

— Мы, — шаман кивнул в сторону Юджи, — сделаем это.

Нанами тихо демонстративно вздохнул.

— Ты! — Лилиан злобно посмотрела на парня. — Ты… jävla förbannade idiot!<span class="footnote" id="fn_29715740_0"></span>

— Не могу не согласиться, — холодно отметил Кенто, как ни в чём не бывало переворачивая очередную страницу.

Лилиан уставилась на него:

— Вы знаете шведский?

— Нет, но эмоциональный посыл вполне понятен.

Она смущённо отвела взгляд: было глупо ожидать, что никто не поймёт её ругательств.

— Джавла фарбидэн ид’от, — будто бы пробуя слова на вкус, повторил Сатору. — Я подписан у тебя так в телефоне?

Лилиан смерила его гневным взглядом и, скрестив руки на груди, уставилась в распахнутое окно. Пытаться остановить Сатору и его безумные затеи было просто невозможно. Нанами наверняка понял это уже давно, поэтому и сам сидел неподвижным изваянием, пытаясь абстрагироваться от ситуации. Она хотела последовать его примеру, но то и дело мельтешащий в поле зрения Юджи не оставлял в покое.

Раздался лязг крышки и приглушённый неразборчивый голос Итадори изнутри короба. Годжо лёгким прыжком встал со своего места, подошёл к ящику и внимательно оглядел его.

— Удобно?

В ответ прозвучало нечто неразборчиво-утвердительное.

Шаман провёл пальцем по тонким щелям, через которые поступал воздух.

— Дышать можешь?

Вновь утвердительное бормотание.

Лилиан хмыкнула: ещё не хватало, чтобы после всего случившегося Юджи умер так нелепо.

— Могу даже не пытаться тебя переубедить? — всё-таки спросила она, когда шаман уже примерялся к ручке.

Годжо ехидно улыбнулся и, перегнувшись через ящик, посмотрел на неё:

— Зависит от того, как ты хочешь это сделать.

Сердце пропустило удар. Она фыркнула:

— Катись отсюда.

— Этим и занимаюсь, дорогуша.

Больше не сказав ни слова, Сатору уверенно взялся за управление и ловко выкатил конструкцию с сидящим внутри Юджи из кабинета. Лилиан откинула голову на мягкую спинку и прикрыла глаза. На пару секунд вокруг неё воцарились долгожданные тишина и покой. Головная боль, вызванная происходящим, отступила. Время близилось к девяти: соревнования колледжей должны были вот-вот начаться. Всё это шоу с воскрешением и коробкой наверняка предназначалось для представления команд.

— Вы пришли наблюдать? — она встала со своего места и подошла к окну. На не скрытой зеленью местности можно было разглядеть далёкую тропинку, ведущую к месту встречи.

— Предпочту воздержаться.

Лилиан понимающе улыбнулась: у неё самой не было никакого желания видеть ту реакцию, которую вызовет поступок Сатору.

— Вы присматривали за Юджи всё это время?

— В большинстве своём, да.

— Спасибо.

Кенто сдержанно кивнул:

— Я просто выполнял свою работу.

Она вновь перевела взгляд на улицу. Ветер играл с деревьями, перебирая листву и принося её тихий весёлый шелест. Вместе с ним до Лилиан донеслись голоса. Следом предстала картина: на дальней дорожке появился Сатору. Он, явно набрав разгон, бежал, толкая перед собой ящик. Лилиан провожала его взглядом, пока парень, будто бы почувствовав это, не обернулся и не помахал ей.

Раздался лязг и громкие возгласы. Лилиан придирчиво скривила губы, наблюдая, как Годжо помогает Итадори вылезти из перевернувшейся и накрывшей его коробки.

— Там был бордюр? — всё ещё не поворачивая головы, спросил Нанами.

— Да.

***

Когда Лилиан опомнилась, было уже одиннадцать. Стоило ей взглянуть на часы, как она вздрогнула, будто выдернутая с полудрёмы, и начала суетливо поправлять готовые отчёты. Листы были мятые с закрученными и подогнутыми краями, словно они провалялись в закромах дальней пыльной полки не один месяц, хоть на самом деле ни одному из этих документов не было больше суток. Кое-как разгладив их ладонью, Лилиан замерла и искоса бросила взгляд на Нанами: парень всё ещё сидел нарочито ровно, закинув ногу на ногу и с интересом листая что-то в своём мобильном. Дочитанный журнал лежал на столике, рядом с ним стояла опустевшая кофейная чашка на аккуратном керамическом блюдце.

— Можете идти, я не хочу вас задерживать, — не отрываясь от своего занятия, сказал Кенто, на что Лилиан оставалось лишь улыбнуться, чтобы не показать своё удивление.

— Я настолько предсказуема?

Он оторвал взгляд от экрана:

— Скорее, предсказуемы здесь обстоятельства. Скоро, — лёгким наклоном головы Нанами указал на напольные часы из тёмного дерева, — начнутся соревнования. Вы, вероятнее всего, приглашены в качестве наблюдателя. Было бы дурным тоном опоздать на такого рода мероприятие. Особенно если учесть, что соберутся представители обоих колледжей, — закончив свой монолог, он выверенным движением поправил пенсне. Зелёные стёкла блеснули, поймав луч света.

— И вы присутствовать не будете? — Лилиан немедленно пожалела о заданном вопросе: разговор на эту тему уже состоялся, и с её стороны повторный интерес мог показаться невежливым.

— В этом году я не заинтересован в новых стажёрах, — Кенто на секунду замолчал, словно обдумывая что-то, а затем добавил: — Очередных.

На то, чтобы понять, о чём идёт речь, ей понадобилась пара секунд. Стоило только задуматься об услышанном, как Лилиан вспомнила рассказ Иджичи: соревнования проводились не ради боёв с проклятьями как таковых — студенты и так сталкивались с духами на миссиях. Главными целями были вещи куда более сложные: прививание командного духа, знакомства учеников разных колледжей с техниками друг друга, повышение ранга, возможность приглянуться шаману, который готов был взять их на своё личное обучение.

— Вы — наставник Юджи? — вновь не подумав, ляпнула Лилиан, но быстро себя одёрнула: — Извините, — поклонилась, — это не моё дело.

Нанами промолчал, но что-то в нём изменилось. Пусть его глаза были скрыты, а выражение лица оставалось таким же сдержанным и холодным, Лилиан почувствовала негласное одобрение, вызванное её поведением. Приободрив себя этими мыслями, она сменила тему:

— Я могу ещё чем-то помочь?

— Благодарю, — Нанами качнул головой и встал. Лилиан последовала его примеру. — Машина приедет за мной через пару минут, я как раз дойду до ворот. Не переживайте, я знаю дорогу, — сообщил он до того, как она успела предложить помощь. — Я надеялся, что мне предоставится возможность обсудить с Годжо некоторые детали, но, пожалуй, придётся сделать это по телефону.

— Если хотите, я могу найти его и…

— Не стоит, — вновь отказался Кенто. — Я знал, что всё закончится именно так. С моей стороны было неразумно рассчитывать, что такой человек, как он, будет помнить о наших договорённостях.

Лилиан поёжилась. Неловкость щекочущими паучьими лапками закопошилась внутри неё, заставляя сдвинуть плечи ближе друг к другу и чуть ссутулится. Она чувствовала себя воспитательницей, не уследившей за пакостливым ребёнком.

— Было приятно познакомиться, — избавляя её от необходимости ответить, произнёс Нанами. — До свидания.

— До свидания, — попрощалась Лилиан в ответ и покосилась на оставленные на столе чашку и документы.

С мыслями, что хуже уже не будет, она дважды сложила листы пополам и запихнула их в глубокий карман жакета. Взяла посуду, быстро отнесла её в общую кухню и, уже оказавшись на улице, поспешила к нужному месту.

Теперь, дальше заходя на территорию Магического колледжа, она чувствовала нарастающую проклятую энергию, тонкими нитями тянущуюся вдоль всех дорог. Это была техника Тенгена — одна из её вариаций. Так как вскоре большей части колледжа предстояло стать полем битвы, безопасные пути были отделены невидимым магическим куполом. За ним — в лесу, у дальней речки, среди величественных белых пагод — затаились проклятья. Шаманы специально не изгоняли их во время своих миссий, а ловили и приносили сюда. Утром духов, злых и изголодавшихся по людским страхам и страданиям, выпустили на волю, чтобы те спрятались в самых укромных местах и расставили свои ловушки. С ними и предстояло встретиться студентам. Просто, понятно, достаточно безопасно. Однако что-то необъяснимое продолжало тревожить Лилиан.

Когда она вышла на открытую площадку, перед ней представало небольшое декоративное озеро и два приземистых строения на противоположных бережках. В них студенты могли отдохнуть и обсудить стратегию до начала соревнований. Лилиан сбавила шаг, а совсем скоро вовсе остановилась. Она окинула взглядом оба здания, надеясь найти отличительные черты, но достаточно быстро ей пришлось смириться с очевидным фактом: она понятия не имела, где были ученики из Токио.

«Годжо наверняка знает», — проскочила в её мыслях навязчивая идея, но девушка лишь тряхнула головой, отгоняя её. Недолго думая, она пошла к тому, который был ближе.

Когда до здания оставалась пара шагов, до неё донеслись громкие возгласы, затем — треск сломанного дерева и знакомый недовольный бас Тодо. Лилиан попятилась, заглушила свою проклятую энергию в надежде не попасться здоровяку на глаза и притаилась, сильнее вжимаясь в пушистый цветущий кустарник.

Вопреки опасениям, парень даже не обернулся в её сторону. Он пошёл рваными размашистыми шагами, шаркая подошвами по земле и вскоре скрылся из виду. Лилиан перевела дыхание и сосредоточилась: ей надо было как можно скорее убраться от Киотского пристанища и остаться незамеченной. Она сконцентрировалась, окончательно заглушая потоки своей энергии и пошла в обход, чтобы не попасться никому на глаза.

— Его надо убить.

Лилиан замерла на месте и прислушалась. Всё её нутро било тревогу, разум твердил, что стоит как можно скорее убираться, но продолжавшийся диалог не позволил ей сделать и шага.

— Студенты из Токио не допустят этого.

Приглушённый скрипучий голос — тот, что говорил об убийстве — настаивал:

— Добейтесь того, чтобы они разделились. Тодо всё равно нападёт на них, вам останется лишь воспользоваться моментом.

— И убить?

— Изгнать, — поправил юношеский голос. — Итадори Юджи нельзя считать человеком.

— Именно поэтому вас никто не осудит.

Послышалось движение, и Лилиан дёрнулась, отмирая. Она крадучись сделала несколько шагов назад. Нырнула в зазор между кустами, воспользовавшись шумом листвы, чтобы скрыть все остальные звуки. Паника, граничащая со страхом, захлестнула её. Лёгкие сжались, не позволяя сделать вдоха, сердце колотилось о грудную клетку. Она не могла медлить. Не могла допустить, что её обнаружат.

С силой втянув воздух сквозь зубы, Лилиан принялась продираться сквозь густые заросли. Она чувствовала, как влезла в паутину, фантомный страх заставлял думать, что пауки ползают по ней, забираясь под одежду, но она позволила себе остановиться лишь тогда, когда достаточно отдалилась от здания.

Выбравшись на дорогу, Лилиан отряхнулась. Быстрыми движениями скинула с себя мелкие листья и обломанные ветки, нервно попрыгала на месте, словно стряхивая с себя всё постороннее. Опёрлась на колени. Задышала часто и обрывисто. Надо было что-то делать.

Она встрепенулась и развернулась на сто восемьдесят градусов. Уже по тропе поспешила обратно к площадке, придерживаясь правой стороны, чтобы вновь не оказаться рядом с территорией киотцев. Чтобы не вызвать подозрений.

Выйдя на свет, она огляделась: никого не было, никто не искал её и не пытался поймать. Вдалеке виднелся силуэт: сгорбленный лысый старик, уходящий прочь. В том, что призыв убить исходил именно от него, Лилиан не сомневалась.

Всё ещё не отдавая себе отчёта о происходящем, она побежала ко второму строению: тому, где наверняка находились студенты из Токио. Стоило ей постучать по сёдзи, как те распахнулись и все студенты уставились на неё. Только теперь Лилиан поняла, что действительно не знает, что делать. Должна ли она вообще говорить им об услышанном.

— К… как дела? — сбивчиво и хрипло спросила она, схватившись за проём, словно вот-вот была готова упасть.

— Нормально, — озадаченно ответила Маки. — Разрабатываем стратегию. Меняем план в связи с возвращением, — она кивнула на Юджи.

— Вы видели?! — тут же встрепенулась Нобара, вскакивая со своего места и начиная расхаживать вокруг парня. — Вы это видели?!

Итадори тихо вздохнул и удобнее перехватил рамку, которую держал возле лица. Повязанные по обе стороны чёрные ленты делали из него подобие фото, которое предназначалось для погребальных церемоний.

— Это унизительно.

— А ну цыц! — змеёй зашипела Кугисаки, наклоняясь над ним. — Я бы на твоём месте радовалась, что так легко отделалась.

Лилиан поджала губы.

«Им нельзя говорить», — поняла простую истину. Поставь она студентов в известность — те всё равно ничего не смогут изменить.

— Будьте осторожны, хорошо? — заставив себя улыбнуться, выдавила она. — И присмотрите за Юджи, договорились?

— Вообще-то я тоже тренировался, так что…

— Присмотрите за Юджи, — с нажимом повторила она.

Студенты молча смотрели на неё.

— Да без проблем, — Маки пожала плечами.

— У нас всё под контролем.

— Лосось.

Лилиан сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться:

— Отлично. Я пойду, надо ещё найти вашего учителя.

Не успела она отойти, как Мегуми окликнул её.

— Итадори сильный. Поверьте мне, — сказал он вслед, вызвав ещё больше недоумённой реакции.

Лилиан кивнула и быстрым шагом пошла к месту, где должны были собраться все наблюдатели. Она на ходу достала свой мобильный, мельком глянула на время и, даже не заходя в месседжер, открыла книгу контактов и набрала Годжо. К её удивлению, ответил он моментально.

— Ты заблудилась?

Она проигнорировала вопрос:

— Где ты?

— Как хороший мальчик, пришёл на место сбора заранее. Тебе бы тоже не помешало поторопиться. Или хочешь, чтобы тебя загрызла совесть из-за опоздания?

Лилиан прикусила губу. Сердце вновь билось учащённо, кровь шумела в ушах. Волнение, которое ей удалось заглушить при студентах, вернулось и стало сильнее. Был лишь один выход — поговорить с Годжо. Он в силах остановить всё. Сейчас или никогда, пока не стало слишком поздно.

— Чего молчишь? Предпочла остаться с Нанами? Я так и знал, что ваше занудство синхронизируется.

— Нам надо встретиться, — выпалила она. Сжала кулак, ногтями впиваясь в ладонь. Остановилась на подходе к нужному зданию и посмотрела на него. — Сейчас.

— Давай, заходи, я уже жду тебя. Поболтаем перед началом.

— Нет, — она потёрла пальцами нахмуренные брови. — Сатору, это… важно. Сейчас. Приди, пожалуйста.

Тишина.

— Понял, — в его голосе больше не было привычной насмешливости. — Заходи в фойе.

Он уже ждал её там.

— Что случилось? — вопрос прозвучал ещё до того, как за ней успела захлопнуться дверь.

— Идём отсюда, — Лилиан схватила парня за рукав и потянула к ближайшему коридору.

Он был пустым, залитым густым солнечным светом, тёплым потоком струящимся сквозь широкие окна. Напротив них ровными рядами строились одинаковые двери кабинетов. Лилиан концентрировалась на своих ощущениях, проходя мимо каждой из них. Убеждалась, что внутри никого. Но даже это не приносило ей покоя. Она остановилась лишь в самом конце, минув десяток запутанных поворотов и оказавшись в тупике у дальнего выхода. Она дёрнула дверь, закрытый замок предупреждающе щёлкнул, и лишь тогда Лилиан позволила себе успокоиться.

Ей, охваченной страхом, не оставалось ничего иного, как спиной прислониться к стене в попытке стоять ровно. Годжо, всё время внимательно наблюдавший за происходящим, устроился напротив, сев на подоконник и вытянув ноги. Те заняли весь узкий проход и упёрлись в стену по обе стороны от Лилиан. Грубая ткань брюк должна была коснуться её лодыжек, но вместо этого на коже ощущалось уже ставшее привычным необъяснимое ничто.

— Ну?

— Мы здесь одни? — она заозиралась по сторонам так, словно сама не проверяла каждый метр на наличие посторонних.

Годжо выгнул бровь, маска на его лице пошла волнами складок.

— Можно и так сказать. Ты. Я. Напряжение между нами.

— Твои неуместные шутки, — грубее, чем следовало, ответила Лилиан. Она сразу же замолкла, жалея о сказанном, и виновато посмотрела на парня: тот выглядел обычно — лишь губы слегка изогнулись в улыбке. Было это сделано специально или нет, но его слова вернули её в реальность.

— Юджи хотят убить.

Так просто. Без вступления, прелюдии и подготовки слушателя. Простая фраза, не несущая в себе ничего, кроме прямого значения каждого слова. Но сказав это, Лилиан сама не поверила в реальность происходящего.

— Прости?

— Они хотят убить Юджи. Киотцы. Я слышала.

— Слышала?

— Подслушала, — она виновато опустила голову, словно раскаиваясь за неуместную проделку, а потом выпрямилась, заставив себя посмотреть шаману в глаза. Пусть маска и скрывала их, Лилиан прекрасно понимала, что он смотрит прямиком на неё.

— Ты уверена?

Этот спектакль, викторина с десятком неуместных вопросов, лишь отнимающих время, злили её.

— Уверена, — отрезала она. — Я перепутала дома — корпуса, где сидят команды. Шла мимо Киотского и слышала, как кто-то заверяет студентов, что Юджи не человек. Что это не убийство, что за это не может быть наказания.

— Ооо, — заинтересованно протянул Сатору. Он скрестил руки на груди, его лицо озарила довольная улыбка, плечи мелко затряслись из-за не сдерживаемого смеха. — Старик окончательно сошёл с ума.

— Старик? — переспросила Лилиан, прекрасно понимая, о ком речь. Она помнила скрипучий голос, раздававший приказы. Помнила сгорбленную фигуру вдали.

— Директор Киото, — как ни в чём не бывало сообщил Годжо. — Он тоже приехал наблюдать. Официально, — он выпрямился и сделал шаг, приближаясь. — Пора вас познакомить. Идём.

— Погоди, — она опешила. Глупо моргнула. Тряхнула головой, не веря в происходящее. — Ты не будешь ничего делать?!

— А зачем? — парень пожал плечами. На его лице не было и капли волнения. Он выглядел слишком довольным, словно новость лишь подтвердила его догадки. — Они не справятся с Юджи.

— Что? — Лилиан подалась вперёд и строго посмотрела на него снизу вверх. — Ты оставишь всё просто так? Там же приказ! Заговор! А если на него нападёт Тодо?! — она поёжилась, вспоминая мощь, исходившую от студента.

Услышав это имя, Годжо заулыбался лишь сильнее.

— Тодо! — произнёс он нараспев. — Не сомневайся. Ририан, именно он и будет драться с Юджи. Для нас это лучший вариант.

— Но…

— Верь мне, — он обхватил её за плечи и развернул к выходу из тупика. — А теперь нам пора на встречу.

Лилиан остановилась, упёршись пятками в пол, чтобы не дать сдвинуть себя.

— Ты ничего не предпримешь? — вновь попыталась вразумить его.

— Нет. У них ничего не выйдет.

— Ты в этом так уверен?

Годжо засмеялся:

— Да, моя маленькая шведская шпионка. Уверен, как никогда.

***

Собравшиеся были в зале: небольшом, но просторном и светлом, с широкими креслами, расставленными на возвышающихся ступенях перед стеной, увешанной множеством экранов. Лилиан изучающе оглядела присутствующих: сидевший в дальнем углу Яга кивнул, Мей Мей, устроившаяся в самой середине, казалась дремлющей, и лишь тёмно-вишнёвые губы, растянутые в довольной улыбке, выдавали, что она не спит. Помимо них в комнате было два незнакомых человека. Слева от Мей Мей сидел тот самый старик. Белый свободный нагадзюбан, тонкие, тёмные хакама, похожая на крысиный хвост бородка и брови, настолько длинные, что они спадали на глаза, никак не сочетались со множеством золотых колец пирсинга, которые украшали старческое лицо.

— Директор Гакуганджи! — наигранно радостно воскликнул Годжо, всплеснув руками. — Как же приятно знать, что вы находитесь в здравии.

Все молча проигнорировали выпад. Лилиан поспешно поздоровалась. Парень тем временем не унимался.