33. разорванная лента (2/2)
Блейз, наблюдавший за разговором двух молодых женщин со стороны, понимал, что Джинни сейчас по сути нечего сказать, нечем оправдать поведение своего брата и своё бездействие и безразличие на протяжении достаточно долгого срока — только признать свою вину и попросить о прощении.
Но с признанием своих ошибок и извинениями у семейства Уизли всегда были проблемы…
Повисло неловкое молчание, в котором было неуютно всем присутствующим в палате, за исключением разве что малыша Лиона.
— Ми… — начала Джинни, положив ладони на спинку больничной койки: — Я понимаю, что всё то, что произошло… ужасно и…
— Послушай меня, Джин, — перебила подругу Гермиона, и от взгляда, которым она одарила Джинни, Блейзу захотелось попятиться, однако миссис Поттер устояла на месте, выдерживая натиск: — Я не держу зла ни на тебя, ни на Гарри. Вы имели право отстраниться и не лезть. Вы имели право не вникать в ситуацию даже тогда, когда наши отношения с Роном полетели под откос. У вас была своя жизнь и свои дела… — помедлив, будто собираясь с силами, Грейнджер продолжила: — Но Рона я прощать не собираюсь. То, что он совершил — подлежит наказанию. Он чуть не оставил своего сына без матери. Я действительно могла бы умереть, если бы не Малфой и Забини, которые оказались в нужном месте и в нужное время.
Два тёмных взгляда встретились, и Гермиона благодарно кивнула Блейзу.
— Я не собираюсь убеждать тебя в невиновности Рона, милая. Я понимаю, что его проступкам нет оправдания! — возразила Джинни, хмурясь. Её пальцы, сжимавшие спинку больничной койки, побелели. — Я пришла сказать лишь о том, что тебе не стоит забывать: Рон всё ещё отец твоего ребёнка… не лишай сына отца, Ми…
Забини замер на месте в ожидании ответа Гермионы.
— О чём ты меня просишь, Джиневра? — её тёмная бровь вопросительно дернулась.
— Я прошу тебя не принимать поспешных решений… только и всего, — тихо проговорила миссис Поттер, не отводя сосредоточенного взгляда от заинтересованного лица Гермионы.
Устало откинувшись на подушки, Грейнджер проговорила, поудобнее перекладывая в руках спящего ребёнка:
— Хорошо. Я обещаю, что не буду принимать поспешных решений, но я могу поручиться только за себя, Джин. Надеюсь, ты довольна моим ответом?
Неохотно кивнув, Джиневра попятилась к двери:
— Я услышала тебя, Ми. Я, в свою очередь, надеюсь, что следующая наша встреча произойдёт при более радостных обстоятельствах…
Так и не дождавшись ответа Гермионы, Джинни тихо выскользнула из больничной палаты.
Через мгновение к ней присоединился и Блейз.
— Как ты думаешь, она сможет нас простить? — её тихий голос был бесцветным.
Тонкие холодные пальцы Джиневры вцепились в широкую ладонь Забини, будто в поисках поддержки.
— Я думаю, что всем нам нужно время… — дипломатично ответил Блейз, мягко высвобождая руку из её пальцев: — Позволь проводить тебя до дверей.
Смерив его задумчивым взглядом, она кивнула:
— Да. Пожалуй, здесь мне больше нечего делать…