27. глоток воздуха и отчаянные решения (2/2)

М-да… Золотая девочка пахала в поте лица своего до самого декрета и, не скупясь, делилась с бесстыжей семейкой заработанными барышами.

— Будь у меня такая женщина на примете, я бы подумал о смене взглядов на жизнь... — невесело усмехнулся Нотт, задумчиво вглядываясь в темнеющее за окном небо.

Две идеи разом, одна безумнее другой, прошили его насквозь, подкинули из удобного кресла и заставили измерять нетерпеливыми шагами просторный кабинет.

На ходу думалось легче.

Именно в этом беге по замкнутому кругу и застали его Драко и Блейз, когда почти одновременно шагнули из широкого жерла министерского камина.

— А я не понял, что за догонялки? — вздёрнул светлую бровь Малфой, рассматривая подозрительным взглядом возбуждённое лицо Тео.

— Шеф, я такое придумал, ты просто ёбнешься… — Нотт развёл руками, будто рисуя невидимую радугу в воздухе.

— Как будто бы надо поработать над презентацией законодательной инициативы, нет? — задумчиво протянул Забини, переводя взгляд с раскрасневшегося лица Теодора на озадаченное лицо Малфоя.

— Выкладывай, — коротко кивнул Драко, попутно доставая из шкафчика для алкоголя в углу кабинета три стакана и непочатую бутылку огневиски.

***

Кивнув, Тео заговорил, кратко излагая всё то, что ему удалось узнать о совместной жизни Уизли и Гермионы, которая совсем не отличалась радужностью и лёгкостью.

По сути, семейство Уизли обзавелись кем-то вроде домового эльфа, который работал в Министерстве, перешагивая через две ступеньки по карьерной лестнице, жил с их средненьким и терпел все проявления его чудесного характера…

Блейз слушал быстрый, но слаженный рассказ Нотта особенно внимательно, и его лицо не покидала задумчивость.

Это не укрылось от внимательного взгляда Малфоя, но он предпочёл переговорить с Забини позднее, когда они останутся вдвоём.

Блейз явно что-то понял, и это «что-то»… могло как помочь, так и навредить в их деле. Пока стопроцентной уверенности не было — следовало держать рот закрытым.

Расслабив галстук и сдёрнув его через голову, Малфой, не отвлекаясь, швырнул дорогую атласную удавку на письменный стол Теодора.

— Что сказал министр? Он готов поддержать нашу инициативу в суде? — серо-голубые глаза смотрели колко и сосредоточенно.

Нотт не мог долго выдерживать этот взгляд, поэтому отвёл глаза и хмыкнул:

— Не сразу, конечно, но согласился.

На губах кудрявого красавца заиграла обаятельная и смущённая улыбка, и Забини, поднявшись со своего места, лениво присел на край рабочего стола, подхватывая в длинные пальцы наполовину полный стакан с роксом.

— Это что же у вас за механизмы воздействия на власть имущих, господин Нотт? — ухмыляясь, протянул он, делая крупный глоток огневиски и стреляя тёмными глазами в Малфоя.

— Он спит с министром. Власть над власть имущими есть только у власть ебущих… — просто проговорил Драко, ответив поражённому Блейзу нечитаемым взглядом.

— И, да, милый, верни мой стаканчик… — спокойно проговорил Тео, быстро сверяясь со своими записями, но, скорее всего, просто отыскав благовидный предлог не смотреть друзьям в глаза.

Его ориентация не была секретом ни для кого ещё с третьего курса. Что ж... Друзья приняли его выбор, но больше к сведению.

Выплюнув содержимое рта обратно в стакан, Блейз, как ни в чём не бывало, передал рокс Нотту.

Тот лишь усмехнулся, отставляя его в сторону и взглянув на фыркнувшего Малфоя:

— Что у тебя, шеф? Удалось уладить вопросы в Совете?

Не вопрос. Утверждение. Теодор был слишком хорошо знаком с хваткой школьного друга.

Мантикора терпела поражение в сравнении с ним, и уж если Малфой решил похоронить кого-то под слоем неопровержимых доводов, то он это сделает.

Драко нетерпеливо передёрнул плечами и быстро проговорил:

— Это было даже проще, чем мне казалось. Стоило лишь рассказать обо всех достижениях юного Уизли, и Священным не понадобилось даже удаляться в совещательную комнату.

— Отлично! Всё складывается самым лучшим образом, — довольно улыбнулся Нотт и наконец проговорил: — Предупреждаю, всё, что я сейчас скажу — тебе может очень сильно не понравиться.

— Говори уже… решим по ходу пьесы, ну… — сморщился Малфой, усаживаясь в удобное кресло для посетителей и закидывая ногу на ногу.

— Суть нашей проблемы состоит в том, что магический закон не ориентирован на защиту женщины в брачном союзе… — начал Тео, переводя взгляд синих глаз с Драко на Блейза и присаживаясь за свой стол.

Драко лениво кивнул, давая понять, что уж об этом-то он в курсе, как никто другой.

— Но. Магический род может забрать свою дочь из семьи супруга-тирана… — медленно продолжил Нотт, внимательно вглядываясь в лицо Малфоя, на котором пока читалось непонимание. — Важно также уточнить, что патриарх семьи может забрать свою дочь от семьи её мужа вместе с ребёнком, рождённым в этом браке, и всем имуществом, которое принадлежало ей до брака, а затем старший семьи повторно избирает ей супруга из более подходящих кандидатов.

Он замолчал, давая друзьям возможность самостоятельно сопоставить факты и прийти к верному решению.

— Не хочу тебя огорчать, Теодор, но Гермиона — маглорождённая… — тактично кашлянул Забини, внимательно разглядывая золотисто-янтарную жидкость в своём стакане и делая аккуратный глоток.

— Зато Драко — нет, — синие глаза искрились весёлой насмешкой: — Дело за малым.

— Уговорить отца принять грязнокровку в свой древний, как дерьмо лепрекона, род, а заодно и её ребенка, рождённого от представителя семьи, которую мы ненавидим до зубовного скрежета... — меланхолично протянул Малфой, всматриваясь в облачное небо за окном. — Вот уж правда, такая ерунда, видит Мерлин…

— Но это ещё не всё, Драко, — откровенно веселясь, проговорил Тео, чинно укладывая ладони перед собой и продолжая говорить: — Вам придётся смешать кровь, чтобы родовая магия Малфоев признала в ней свою и не отторгла, а затем Гермионе нужно будет выйти замуж сразу же после того, как ритуал принятия в род будет совершён, а патриарх принявшего рода, в нашем случае — Люциус Абраксас Малфой, проведёт процедуру изымания своей новоиспечённой дочери из семьи, нанесшей ей обиду, в нашем случае — Уизли. Таким образом, узы предыдущего брака будут расторгнуты, а у Уизли не будет шансов силой вернуть Гермиону обратно.

В кабинете повисла звенящая тишина, которую нарушил восхищённо-удивлённый возглас Блейза:

— Ох, я ни хрена не понял, конечно, но звучит просто великолепно! Продолжай!

Нотт, довольно посмеиваясь, облокотился локтями на стол, складывая изящные кисти рук друг с другом в молитвенном жесте перед лицом, однако Драко веселья друзей не разделил.