4. Грохот, щелчок, треск, гром (2/2)

— Когда ты постоянно с кем-то вместе… привыкаешь. Ханни, Чан-хён… Друзья становятся твоей броней, и в жизни, и на сцене. Оказалось, я… плохо справляюсь с давлением в одиночку.

— И все-таки, даже несмотря на насмешки и… не совсем удачное выступление, ты ведь не сдался, так? Иначе мы бы с оппой сейчас не разговаривали.

Чанбин тряхнул головой, словно сбрасывая с себя неловкость ошибок прошлого. Повел подбородком, разминая шею, а затем, расправив плечи, сложил руки на груди. И сразу будто стал вдвое шире. Я не могла оторвать взгляд от мускулов, натянувших ткань футболки, и грешным делом подумала, что Чанбин проделывал все это специально. Зная, какое впечатление производит.

Когда он вновь посмотрел на меня, его взгляд был уже совсем другим.

— Я в том же месяце релизнул «Cypher», — с самодовольной ухмылкой сказал Чанбин. Прищурил глаза, как это часто делал на сцене. — Если честно, хейтеры — неисчерпаемый источник вдохновения. Чем больше нас критикуют, тем больше у нас материала. Мне вот часто предъявляют, что я кричу на сцене, так что в новом тайтл-треке…

Он осекся.

— М-м-м. Скажем так… я просто взял их слова, перевернул и… Теперь они запомнят не только мой «крикливый» голос, но и мое имя. Да… точно запомнят.

Стоило Чанбину завести разговор о своей музыке, как его глаза засияли.

— Хейт будет всегда. Поначалу он ранит, но потом… может стать хорошим топливом. И если у кого-то слишком нежные уши для моего голоса, — Чанбин с наигранным раскаянием пожал плечами, — упс.

Я не сдержалась и хихикнула.

— Ох, Мия, слышала бы ты, что мы придумали в новом альбоме…

Он вздохнул, явно сдерживая себя изо всех сил. Да и его смущение куда-то испарилось, кажется, Чанбин был готов говорить и говорить, лишь бы я его слушала.

— Что ж… — подытожил он, — не воспринимай хейтерские комментарии так близко к сердцу. И если нарастишь броню, сможешь в итоге только выиграть. Just… play it cool. И еще. Я не знаю, что они тебе там наговорили, но…

Я поджала губы, увильнув от его прямого взгляда.

— Уверен, это чушь. Просто полная чушь.

— Чанбин… оппа, я…

Вдруг послышался знакомый звук уведомления. А потом еще. И еще. Чанбин поспешно достал телефон, прочитал сообщения и закусил губу.

— Чан-хён с Ханни спрашивают, где я пропадаю. Ох… Они уже в зале.

— Что ж, тогда я пойду…

Я потянулась к куртке, чтобы вернуть ее, но Чанбин возразил:

— Что ты, оставь пока себе! Можешь… потом вернуть.

Я посмотрела на него с интересом.

— И как ты предлагаешь мне тебя найти? — кажется, мой голос вышел… чуть более игривым, чем я задумывала. Мне стоило бы вырубить эту свою флирт-машину, но когда Чанбин так очаровательно смущался, остановиться я уже не могла.

— Кхм… напиши мне?

Чанбин попросил мой смартфон, чтобы оставить номер, и очень обрадовался, когда я протянула ему одну из последних моделей Самсунга. Я не стала говорить этому патриоту, что у меня просто дядя работал в сеульском офисе, так что я была обеспечена линейкой Гэлэкси на годы вперед. Слава богу он не видел мою предыдущую модель, «BTS edition»…

Оставив свой номер, Чанбин поспешил навстречу с Ханом и Банчаном, я же проскользнула в женскую раздевалку и привалилась к стене спиной.

Вдохнула запах Чанбина, который теперь буквально укутывал меня.

Выдохнула, прикрыв глаза.

«Он всего лишь одолжил тебе свою куртку, а ты уже…»

Снова стукнувшись затылком о стену, я констатировала:

— Мия, у тебя недотрах.

***

Не был ли он чересчур навязчив?

Может, не стоило прямо надевать на Мию куртку, и достаточно было просто протянуть? Но она ведь так промокла… Он не касался ее кожи, но видел, как та покрылась мурашками.

К тому же Мия, кажется, была совсем не против. Если бы была, сказала бы, верно?

А еще он снова чуть не разболтал подробности нового альбома. Просто Мия слушала так внимательно, так на него смотрела, что смущение постепенно отступало, и хотелось говорить и говорить… О концептах, текстах и музыке, просвещая в таинства продюсирования.

Ох, ему бы потом за это влетело, разболтай она об этом где-то в соцсетях.

Но ведь она до сих пор молчала обо всех встречах, которые между ними происходили. Даже сдержала слово и не выложила то видео с танцем.

А Двэкки… ей просто нравился его дизайн? Ей нравился сам персонаж или?.. Если бы это была не ее футболка, она бы так и сказала, да? Она же призналась, что ее.

И рука…

— …Бинни…

Очень сильно болела рука.

— Чанбин, ты меня слышишь?

Он моргнул. Образ мокрой после дождя Мии поплыл и сменился мокрым после тренировки Банчаном. Тот присел на кресло велотренажера напротив и сейчас сверлил Чанбина обеспокоенным взглядом.

— Бро, ты меня пугаешь. Сколько ты уже качаешь левую руку? Уставился в одну точку и…

И правда, пальцы, сжимающие гантель, занемели, а перегруженный бицепс горел. Чанбин со стоном опустил снаряд на пол, едва не выронив его.

— Ох, моя рука…

Он тряхнул ею, пытаясь расслабить ноющие мышцы.

— Я… слегка задумался.

— О новом треке? — с усмешкой спросил Банчан.

Чанбин сглотнул. Его глаза нервно забегали по залу.

Он не умел врать, вообще. И Банчан знал об этом. Знал и вовсю пользовался.

— Не… не совсем.

Банчан вальяжно махнул ладонью:

— C’mon. Tell your daddy what’s on your mind.

Оттянув ворот мокрой футболки, Чанбин закусил губу и прочистил горло.

— Просто… случайно встретил Мию перед тренировкой.

— Мию? Ту девочку-трейни, которая тебе есть приносила?

Чанбин неловко дернул плечами.

— Угу.

Он ожидал от хёна очередных подколок и уже приготовился встретить их со всей стойкостью, на какую был способен. Однако Банчан вдруг повел себя иначе. Ехидство сменилось серьезностью.

— Ох… не хочется мне начинать этот разговор… Не то чтобы я считал себя вправе говорить тебе такие вещи, но все же придется.

Чанбин напряженно облизал пересохшие губы. Кажется, он догадывался…

— Бин, ты же знаешь, что запрет на отношения действует еще год.

Резкий выдох. Банчан решил сказать прямо в лоб, не церемонясь.

— Конечно. Это… это не то, что ты подумал. Какие отношения?.. Мы всего лишь пару раз пересеклись.

Банчан одарил его скептическим взглядом.

— Я же видел, как ты подрывался, когда она рядом.

— Конечно, она же девушка. Я пытаюсь вести себя… должным образом.

— И совсем не боишься, что она тебя неправильно поймет?

Чанбин растерянно моргнул. Об этом он не думал. Он и сам пока толком не понимал, что делал и зачем, просто… Просто когда Мия оказывалась рядом, ему… хотелось быть джентльменом. Как минимум.

И Банчан своим вопросом застал его врасплох. Однако… сдаваться просто так не хотелось. Чанбин попытался увильнуть:

— Эй! Если так подумать… Хён, мне перечислить по именам всех твоих подружек? Что-то ты не боялся рассказывать на камеру, как Сана с Момо учили тебя японскому.

— Э-э-э… — уши Банчана покраснели, он неловко потер шею. — Ну, мы же стажировались вместе.

— А Лиса? — возмутился Чанбин, вызывающе дернув подбородком. — Да она вообще из другого агенства! О Дженни из ее группы уже такие слухи ходят, не боишься, что люди в интернете и про вас с Лисой начнут болтать неприличное?

Банчан нервно провел рукой по волосам, которые взмокли от тренировки и теперь еще больше вились и пушились. Чанбин же удовлетворенно хмыкнул: кажется, эту атаку удалось отбить.

— Бин, я верю в твою разумность и не то чтобы запрещаю общаться с девушками. Я просто хотел сказать как лидер: будь осторожным. С тем, что говоришь и что делаешь.

— Да буду, буду, — пробурчал Чанбин, поднимая с пола гантель.

Правда, он теперь и сам не знал.

Он просто хотел быть с Мией джентльменом или?..

***

Тучи сгущались.

Погода за окном становилась все хуже и хуже, не оставляя мне надежды вернуться в общагу сухой.

В обед я заняла наше с Наной любимое место — за высоким столом у окна с видом на обширный Олимпийский парк и Lotte World Tower. Кстати, Нана должна была скоро подойти.

Вопреки мрачному пейзажу, мои мысли пребывали в состоянии какого-то приятного возбуждения. Может, дело было в утренней встрече и увлекательном рассказе Чанбина о музыке. Или в уютной черной толстовке, согревающей плечи…

В голове крутились обрывки новых идей, которые еще не успели толком сформироваться, но уже предвещали что-то… важное. Может, даже судьбоносное.

— Ух, что за срань за окном! — Нана приземлила поднос рядом со мной и не без труда вскарабкалась на высокий стул. — Хм, я что-то пропустила? Откуда у тебя худи от Celine? Да еще и такая огромная.

— Celine?.. — я совсем не обратила внимания на бренд.

— Да там на всю спину написано! Ты ведь знаешь, сколько она стоит? Нет? Загугли!

Я сглотнула, проверила в поисковике. И чуть не уронила телефон в суп.

— Тысяча долларов?

Это у Stray Kids такие гонорары? Или это личные деньги Чанбина? Или… Celine, вроде, начали активно коллабиться с айдолами. Может, ребята тоже стали их представителями?

Спина тут же взмокла от мысли, что поверх нее уютно покоится тысяча баксов. Моя семья не была бедной, но все равно я никогда не покупала себе такие дорогие вещи.

Нана хмыкнула. Принюхалась к моему плечу.

— М-м-м, чую мужчину!

Я дернула плечом, чувствуя, как краснею.

— Рассказывай, у какого мускулистого папика ты отжала эту куртку.

И я рассказала. О Чанбине, его помощи и о знакомстве со 3RACHA. О том, какое волнение вызывал у меня сам Чанбин, я постаралась умолчать. Но Нана, кажется, и так все поняла.

— Ты же не побежишь сплетничать на форумы?

Мы с Наной почти два года жили вместе, я доверяла ей, как себе, но все равно мне было тревожно за репутацию Чанбина. Хотя между нами не случилось ничего криминального, безумным фанаткам иногда хватало одной маленькой, абсолютно невинной сплетни, которая могла мгновенно разжечь пожар не хуже прошлогоднего австралийского.

В ответ на мои слова Нана глянула на меня так, будто я ее оскорбила.

— Шутишь? Да я сама готова убивать за репутацию 3RACHA! Они же… — ее глаза мечтательно заблестели, — они же такие талантливые.

Я улыбнулась и выдохнула с облегчением. Нана сама пыталась писать музыку и тексты, и Банчан с Ханом и Чанбином были для нее примером и вдохновением.

Мысли, которые до этого обрывками плавали в моей голове, вдруг начали соединяться.

За окном блеснула молния. Ярко-синяя стрела расчертила темно-серое небо и ударила в громоотвод башни. Через несколько секунд окна завибрировали от грома.

Обычно я пугалась грозы, но сейчас чувствовала какое-то… странное приятное возбуждение.

— Нана… — я повернулась к подруге. — Ежемесячное прослушивание через две недели.

— Не напоминай… — простонала Нана, гримасничая. — Джиа снова будет заливать всех ядом, и…

Я схватила ее за руку, посмотрев прямо в глаза.

— Нана, — мой голос дрожал от сдерживаемых эмоций, — давай сделаем это вместе? Давай вместе подготовим номер и выступим как дуэт?