Глава 14. Моя оголённая душа (1/2)
Мину с Хосоком сидели в его машине и за обе щеки уплетали корн-доги, которые увидели в ларьке по дороге. В голове девушки бушевало огромное количество мыслей, и каждая была пуще другой. Все её переживания занимала Нари. Да, подруга смогла внести раскол в душевный покой Мину и даже бровью не повела.
Что она скрывала от неё? Су Мину ведь невооружённым глазом видела, что с той происходят странные вещи, она теперь и дома перестала появляться. Неужели нашла какого-то парня и ночевала у него? Может быть, он плохо обращался с ней? Нет, невозможно, Нари бы не встряла в отношения с абьюзером из-за своего прошлого, связанного с дядей, а это подводило к одной выжимке — подруга вляпалась во что-то похуже.
И Мину совершенно не могла догадаться, что в этом дерьме будет замешан один из профессоров их академии.
Совершено не могла.
— Так, ты снова улетела, — Хоби бросил настороженный взгляд в сторону девушки и слегка оттянул локон её волос, на что та шикнула. — Не поговорили?
— А когда успели бы? — Мину закатила глаза и, обидевшись, опустила подбородок на ладошку. Обижалась же студентка не на Хоби, а на сложившиеся обстоятельства. — Она меня в академии огибает такой дугой, что меня против воли посещают мысли, будто я чуму подхватила. Дома уже пару недель не появляется, чёрт… Хоби, я переживаю.
— Эй, Мин-Мин, я знаю, — парень убрал подлокотник и потянулся к девушке с объятиями, пытаясь подарить той хоть толику тепла и утешения. — Знаю, слышишь? Дай ей время, я уверен — у вас всё наладится. Ты ведь с ней знакома хренову тучу лет, — он крепче стиснул худое тело в руках и ободряюще улыбнулся. — Придёт к тебе, никуда не денется, — затем взгляд Хосока стал серьёзнее. — Но будь готова к услышанному. Раз она так пропала с радаров, значит, произошло что-то плохое.
Да знала Мину об этом, но подтверждение вслух от лучшего друга поселило в ней ещё больший раздор. Что, если Нари слишком заплутает в своих проблемах? Что, если девушка закрутится в такой кокон неприятностей, из которого они вдвоём её не вытащат?
Что, если?
— Это меня пугает, Хоби. Я была в курсе огромного дерьма в её прошлой жизни, и мы нашли возможность решить проблему. Что случилось сейчас, раз она не говорит об этом? — девушка нахмурилась и прикрыла глаза. — Чёрт, голова заболела.
— А вот для этого у меня есть таблеточка! А ну-ка, открывай ротик!
Мину состроила раздосадованную моську и нехотя раскрыла губы, позволяя парню протолкнуть в них таблетку. Для того чтобы он не расслаблялся, девушка укусила его за палец, когда тот был у неё во рту, и гнусненько так похихикала, проглатывая таблетку без дополнительного источника воды.
— Так и помогай людям, — потирая укушенный палец, недовольно пробубнил Хоби себе под нос. — За добро всегда страдают.
— Ой, не драматизируй. Едем.
Хосок не сдался и бросил в сторону Мину гневный взгляд, но той хоть бы хны, а потому и сам парень быстро расслабился, включая их общий плейлист.
Дорога до клуба заняла порядка десяти минут, и Хоби бы доехал за шесть, если бы не идиотский светофор на углу. Мину, несмотря на его переживания, довольно хмыкнула из-за привычной скоростной езды и вышла из автомобиля, несильно хлопая дверью за собой.
Ночной Сеул ожил, словно для этого города было только одно идеальное время суток. Мину любила ночь, потому что любила все развлечения, что открывались только тогда, когда солнце уходило далеко за горизонт. Девушка оттянула короткую юбку и подмигнула выходящему из клуба парню. Из-за всех мысленных дискуссий ей был необходим срочный отдых, а данное место лучше всего подходят для таких планов.
Когда двое прошли фейсконтроль, на них обрушалась музыка, что сочилась изо всех щелей здания. Народ активно прыгал под очередной хит, а бармены не успевали присесть на стулья, так как в режиме нон-стоп разливали коктейли всем заплатившим.
Хоби быстро попрощался и расплылся в толпе, выискивая себе пассию на ночь, а Мину лишь хмыкнула. Всегда они так — приезжают в клуб и сразу разбегаются, каждый по своим делам и со своими целями. Никто не обижался и не злился, они как-то в немом согласии приняли этот факт — в таких заведениях каждый сам по себе.
Им было комфортнее.
На случай чрезвычайной ситуации под рукой есть телефон, а их негласное правило велело — ни в коем случае не отключать гаджет, даже при смерти.
Студентку быстро угостили бесплатными напитками весьма симпатичные лица, но внутри у неё на них «не стояло», потому она благодарно приняла дары ночи и мгновенно осушила бокал, лишь бы не задерживаться в компании на дольше. Начала пробираться в толпу, чтобы слегка расслабить тело и отдаться по полной музыке. Именно она в первую очередь доведёт Мину до оргазма. В этом они с Хоби были одинаковыми.
— Нари, какого же чёрта ты со мной творишь?
Су Мин вздрогнула и обернулась на голос, обладатель которого небрежно задел её крепким плечом и даже не извинился. Мину и не винила, ведь мимо неё, сквозь толпу, прошёл не кто иной, как профессор Ким. Ей послышалось имя подруги, или же?..
Не знала, чем думала в эти секунды, но пошла следом за мужчиной, яро игнорируя интуицию, которая вопила во всё горло, чтобы она не приближалась к Тэхёну. Просто Мину подумала, что он ей сделает? Это её преподаватель, плохого явно не должно произойти.
Но профессор Ким быстро перешагнул зону VIP, проход в которую был закрыт для Мину. Она в раздражении поджала губы, будто провалила сверхсекретную миссию по спасению Пентагона. Девушка решила, что краем глаза последит за ним какое-то время, заранее нарекая себя маньячкой.
Увиденное не сказать что насторожило, но удивило. Долгое время Тэхён утыкался лицом в телефон, игнорируя длинноногих кореянок, кружащих вокруг него, и печатал сообщения. Она не могла сказать точно, что именно печатал, но пальцы так быстро набирали текст, а потом он словно ждал ответа, но не получал его. И так по кругу — Ким писал — смотрел на телефон — вновь писал.
Может быть, ей и правда послышалось имя подруги? Ведь за последние недели только оно вертелось в голове, подобно смерчу. Мину нахмурилась и поймала себя на мысли, что из неё начисто исчез весь запал для флирта и спонтанного секса. Что-то не так было с этим Тэхёном, но понять конкретнее не выходило.
Интуиция?
Что, если он прямо сейчас писал Нари?
Предположение слегка ошарашило студентку, но полностью исключить его она не сумела.
Не могли же они?..
* * *
Ночь была поистине ужасной. Прошло две недели с момента её побега из собственного уголка безопасности, от своих друзей и прошлой жизни. Девушка лежала на диване в берлоге, поджав под себя колени, и думала, думала, думала. Сегодня она решила напиться, потому что держаться дольше не было сил и желания. Потеряла она в себе этот стержень, который не позволял соскочить на скользкую дорожку, и пропала. В самой себе или где-то за этими пределами.
Два дня назад Тэхён запер её в кабинете после пары, игнорируя просьбы студентки выпустить, а она вновь решила, что пройдёт через весь ужас. Вот только профессору не удалось до неё дотронуться — аудиторию открыл другой преподаватель и оповестил их о начале своей лекции. Как бы Тэхён ни говорил ей вдогонку, что он ничего не собирался с ней делать, а просто хотел побыть рядом и поговорить — она не верила. Сорвалась и сбежала из академии, молясь, что он не последует за ней.
Ей претили эти оголённые глаза в её сторону, претили слова, что он изменился и не допустит ошибок. Ей претил сам Ким Тэхён. Всё до простоты понятно.
И сейчас, в часы, когда в берлоге находилась только она одна — дала себе слабину. Начала выть и плакать навзрыд, надрывая голосовые связки, мечтая, чтобы эта солёная жидкость из глаз хоть как-то помогла её душе, но ошиблась. Пришлось влить в себя добротное количество виски, что прятал в баре Кибом; корявым почерком написать на бумаге извинения за это, а затем доползти до дивана и упасть на него пустым, даже не материальным, существом.
Нари до боли страшно осознавать, что она никогда не испытает тепла в свою сторону, не будет таять в чьих-то руках, не позволит себе довериться. Она, чёрт подери этот мир, имеет право быть любимой! Так каким образом поступки всего одного человека так сломали её?
Неужели действительно не сможет оказаться в чьих-то руках по собственной воле? Ей сейчас до скрежета в душе одиноко, холодно и страшно, что прямо в эти секунды, пока она топит себя в слезах, за дверью будет стоять Ким.
Пальцами нащупала телефон на столике и подтянула экран к лицу. Расфокусированный взгляд от выпитого алкоголя не сразу дал возможность разблокировать гаджет, но у неё это вышло. С шестой попытки. Не знала, что именно творит, просто хотелось, чтобы кто-то крепко её обнял, чтобы просто баюкал в руках и шептал на ухо слова поддержки. Знала, что невозможно, ведь она не поделится этим. Но вдруг?
Мин Нари:
Просьити за похднее время. Спишь?<span class="footnote" id="fn_39431199_0"></span>
Вытерла кончиком толстовки влажные дорожки на щеках и нос, закусила до боли давно искусанные губы и просто ждала ответа.
Ыну:
Нет. Ты пьяна?
Нари даже привстала с дивана, потому что опешила от ответа. Откуда он знал? Экстрасенс, что ли? Прикрыла рот в удивлении и какое-то время, а точнее, минуты три, сидела и слегка покачивалась из стороны в сторону, глядя на яркий экран. Горизонт по-прежнему приятно расплывался перед глазами. Крепче стиснула телефон и начала печатать ответ.
Мин Нари:
Я мгу к теье приезать?
Ыну:
Да.
Она не помнила, как вызывала такси, не помнила, как прошла сама поездка до жилого комплекса, где жил Ыну, не помнила, что без слов миновала консьержа и поднялась на лифте. Перед самой дверью она занесла сжатый кулак и неуверенно постучалась. В голове студентки даже не промелькнула мысль, что ей следовало бы переодеться перед выездом, а не предстать перед другом в растянутой толстовке с мокрыми рукавами и домашних легинсах.
Замок на двери щёлкнул, и та открылась. Ыну с удивлением и опаской осмотрел вид девушки: заплаканные глаза, красный нос, опухшие губы и яркий шлейф алкоголя. Сколько она могла выпить? Почему в столь поздний час передвигалась по городу в таком виде? Что с ней случилось?
— Нари? Что… Что произошло? — его хриплый от недавнего сна голос надломился, а обеспокоенный взгляд не отрывался от заплаканного лица.
— П-прости, — запинаясь, прошептала студентка и без задней мысли нырнула в его объятия, обхватив тонкими руками крепкий торс, не думая отпускать.
Ыну опешил, стоял несколько секунд столбом и не шевелился, пытаясь осознать, спит он сейчас или нет. Хватка Нари дала понять, что нет. Парень аккуратно и тихо закрыл за ними дверь, а другой рукой обнял хныкающую девушку. Не задумываясь, слегка согнулся и подхватил её под ноги, удобнее устраивая лёгкое тело на себе. Пронёс через коридор и опустился вместе с ней на диван.