Омут боли (1/2)

Каэла

— Для тебя не удивительно то, что происходит? И по твоему набору препаратов я вижу, что ты уже точно знаешь, что нужно ставить и когда. Как долго ты наблюдаешь за ней? — Местный врач, Карин Чаквас, знала Фэн ещё до того, как азари познакомилась с ней на Цитадели. Каэла была заочно знакома с седовласой женщиной — какое-то время их пути пересекались в больнице «Гуэрта». Именно ей азари отправляла отчёты о состоянии Фэнриа после каждой госпитализации.

— Целый год. Я вела проект по возвращению Фэн к жизни, — голос Каэлы звучал спокойно. — Я помню, как получила её бездыханное тело. Без признаков жизни. Но, учитывая испытанные перед смертью муки, лицо её было таким безмятежным. — Азари на мгновение замолчала, будто вновь видя перед собой тот образ. — От него исходила аура… умиротворения. Как будто всё действительно закончилось.

— Не знаю, что с ней сделали здесь, но первый месяц она кричала при малейшем упоминании «Нормандии» или Шепард. Сколько боли может вынести один человек? — её передёрнуло от воспоминаний. — Я успокаивала её как дитя, когда случались срывы.

— Может, это плата за то, что мы пытаемся идти против естественного порядка, — Карин смотрела на спящую девушку с глубокой, профессиональной грустью.

— Естественным порядком в её жизни не было НИ ЧЕ ГО. И если это плата, то почему платит не тот, кто всё это устроил? — голос Каэлы внезапно зазвучал резче. Она не хотела философствовать, лишь задавала вопрос, на который не было ответа. — Просто вырвали из времени, забрав всех, кто был дорог, а потом толкнули в ад, под благими причинами.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями, прежде чем высказать самое тяжёлое.

— Вы не видели того, что с ней делала Т’Сони. Я была в её воспоминаниях. И… — азари содрогнулась, её голос стал тише, но оттого ещё более пронзительным. — В её голову вкладывали безумное обожание к Шепард. Желание бросаться на её защиту в любой ситуации, заглушая инстинкт самосохранения. Вот это… противоестественно.

— И я не думаю, что ей стоило приближаться к этому кораблю. Никогда. — Она посмотрела прямо на Карин, и в её глазах читалась не просьба, а предупреждение.

— Все здесь хотели ей помочь, а я никогда не пыталась навредить или сделать плохо. Ты преувеличиваешь, — Чаквас насупилась и уперла руки в бока. Атмосфера на корабле душила. Если бы не помощь капитана, Каэла бы уже выкрала её на «Фурию». Но фрегат всё ещё был в процессе загрузки у «Центуриона», и ускорить это не удавалось.

— Карин, я не склонна к преувеличениям. Но то, что я видела, не поддаётся описанию. Если вы позволите, я могу показать вам часть её воспоминаний. То, что она видела и чувствовала, — Каэла подошла ближе, протянув руку к лицу доктора.

— Пожалуй, я поверю тебе на слово. Я слишком стара для таких переживаний, — Чаквас усмехнулась, но в её глазах читалась усталость. — В Цербере её хорошо обучили, актерское мастерство на высшем уровне. Она всех обвела вокруг пальца. Даже я поверила, что это другой человек.

— А вам не приходило в голову, что это и есть она настоящая? Такая, когда никто не управляет её разумом? — ее слова прозвучали тише, но твёрже. — Вы не видели, как она иногда улыбается, так, что кажется, будто в ней бьётся вся жизнь галактики. И в эти моменты мне хочется закрыть её от всего мира, чтобы только я одна могла это видеть. Я берегу каждый миг её счастья.

— И не позволю никому навредить ей. Особенно здесь. — Азари наклонилась к лицу Фэн и нежно погладила её волосы. «Интересно, что ей снится сейчас?»

— А мне кажется, она единственная, кто может навредить кому-либо, — раздался холодный голос из двери медотсека. На пороге стояла Т’Сони. — Насколько я вижу, сильнее её, биотиков на «Нормандии» просто нет.

— Уходи по-хорошему. Шепард обещала, что ты не приблизишься к нам, — Каэла мгновенно активировала биотический барьер, готовая защитить ту, что была ей дорога, даже ценой собственной жизни.

— Мне нужны лекарства. Это медицинский отсек для всех, — Лиара невозмутимо повернулась к Чаквас. — Карин, прошу, мне нужно что-то от головной боли.

Доктор молча нашла препарат и протянула ей инъектор.

— Не хотите, чтобы вас беспокоили, — Т’Сони бросила на них колкий взгляд, — прячьтесь там, где никто не ходит.

Азари покинула отсек. Каэла медленно опустила барьер, следя, чтобы дверь за ней плотно закрылась.

— Странная реакция. Неужели присутствие Лиары так тебя тревожит? — Карин приблизилась к Фэнриа и положила ладонь ей на плечо, мягко поглаживая руку девушки.

— Я опасаюсь последствий их встречи, — призналась Каэла, не скрывая беспокойства. Ей не хотелось, чтобы Т’Сони вообще приближалась к Фэн. Из всех на корабле именно её она ненавидела сильнее всего.

— Интересные изменения в теле… Раньше вены просвечивали ярко-голубым — это выглядело пугающе, — доктор осторожно закатала рукав на руке Фэнриа, внимательно изучая кожу.

— Кожа частично синтезирована. Организм претерпел радикальные изменения. Возможно, дело в этом, а может, в том, что теперь в её крови, стопроцентное содержание нулевого элемента, как у азари. Тёмная энергия циркулирует свободно, не скапливаясь вокруг органов и не повреждая их, как было раньше — Каэла тихо объясняла, вспоминая долгие месяцы работы над воскрешением тела, которое не должно было выжить.

— А с глазами и волосами, что произошло? Это не окрашивание, — Карин коснулась её волос. — Они отрастают такого оттенка.

— Это её личный эксперимент. Я была против, но она не хотела, чтобы её узнавали. Ранее глаза становились угольно-чёрными в пиковые моменты переизбытка энергии

— Да я помню, у нее такое случалось, когда Лола брала контроль. — Чаквас нахмурилась — получается расстройство личности сохранилось?

Каэла отрицательно покачала головой

— У неё случаются всплески тёмной энергии. Если она не выпускает её, это причиняет мучительную боль. Прозвище «Феникс» прижилось, из-за тех кто видел, как энергия вырывается из её спины, подобно крыльям. Зрелище одновременно завораживает и ужасает. Раньше она не сдерживала крик, но теперь подавляет его, чтобы не пугать окружающих.

Каэла замолкла обдумывая слова, и добавила:

— Поэтому для неё так важны медитация и дыхательные практики. И… чрезмерная эмоциональность также нежелательна. В моменты сильных переживаний она становится подобна живому генератору тёмной материи. А с новыми имплантами это может привести к неконтролируемому выбросу, быстрому истощению резерва и… — она запнулась, не решаясь озвучить худший из возможных исходов.

Карин молча кивнула, её взгляд стал тяжелее. Она понимала.

— Невыносимой боли в мышцах? — Каэла вздрогнула, она пропустила, как в медотсек вошла Шепард. — Я видела подобное на Фел Прайм. Как её самочувствие?