Часть 1 (1/2)

Ночь была идеально «сумеречной». Туман стелился по земле так густо, будто его напустили специально для съёмок инди-клипа. Чонгук в облике огромного бурого волка притаился в кустах. Его нос дёргался: пахло дорогим парфюмом, антисептиком и… щенком.

«Мало того, что извращенец, так ещё и собаку взял, чтобы пустить её на консервы», — думал Чонгук, гневно вонзаясь когтями в землю. — «…а из её кожи сделает пятнистый жилет…».

Он бесшумно проскользнул через приоткрытую панорамную дверь. В гостиной было темно, если не считать лунного света, который падал на фигуру Тэхёна. Вампир стоял у окна в шелковом халате, заложив одну руку за спину, а в другой держа хрустальный бокал с чем-то подозрительно красным (на самом деле это был вишневый сок с коллагеном, но выглядело максимально зловеще).

Тэхён медленно обернулся. Его кожа в лунном свете не просто бледнела, а мерцала.

— Ты здесь, — произнёс он бархатным, излишне драматичным шепотом, глядя в пустоту леса. — Я чувствую твой запах. Воняет мокрой псиной и непонятной мне агрессией.

Волк замер. «Он что, тренировался перед зеркалом для этой фразы?» — пронеслось в голове у оборотня. Не теряя времени, Чонгук метнулся к дизайнерской лежанке, где, свернувшись калачиком, спал маленький далматинец.

Щенок проснулся, увидел над собой огромную лохматую морду и, вместо того чтобы испугаться, радостно тявкнул и лизнул Чонгука в нос.

— Оставь его, пёс…— Тэхён мгновенно (и очень пафосно) оказался рядом, преграждая путь. — Это мой личный сорт геро… то есть я хотел сказать, это мой личный щенок.

Чонгук не выдержал. Он превратился обратно в человека и взял щенка на руки. Это было не очень удобно, так как он забыл, что на нём были только тесные джинсовые шорты.

— Тэхён, ты сумасшедший! — выкрикнул Чонгук, прижимая Понго к груди. Щенок довольно заурчал, зарываясь носом в мускулистое плечо оборотня. — Вампиры не заводят собак! Это против природы. Ты же спишь в гробу, он там задохнется!

— Во-первых, у меня ортопедический матрас, — Тэхён обиженно вскинул бровь и подошёл ближе, чем хотелось бы Чонгуку, — а во-вторых, посмотри на себя. Ты ворвался в мой дом среди ночи… полуголый, — он оглядел торс оборотня, на мгновение задерживая взгляд на татуировках на всю правую руку, — чтобы украсть собаку, которая явно любит меня больше, чем твой блохастый хвост.

— У него лапа застряла в твоём дурацком шёлковом ковре! — соврал Чонгук, не понимая, что ещё сказать. — Я просто… проводил инспекцию. Как альфа. Как вожак!

— Ты сын вожака, — прошептал Тэхён, наклоняясь к самому уху Чонгука.

Чонгук почувствовал, как краснеют его уши.

— Я слышу, как сильно бьётся твоё сердце, Гук-и. Это от злости? Или ты просто впечатлен моим новым увлажняющим кремом с эффектом сияния?

— Твои «блестки» слепят меня, Ким. Я пришёл за щенком.

— Нет! Понго мой!

— Ты 101 далматинцев пересмотрел? — с прищуром спросил волк.

— Это мой любимый мультфильм вообще-то, ты, бессердечная псина!

— Так! Всё! Отдай по-хорошему, Ким…

— Или что? — огрызнулся Тэхён и улыбнулся так… зловеще?

— Я тебе его не оставлю! Ты псих! — воскликнул Чонгук, пихая Тэхёна в грудь, но сразу получил ответный удар в плечо, отчего он опустил руки, и щенок прыгнул на диван.

Понго сразу убежал на кухню, где стояли его поилка и миска для еды. Но Чонгук был уверен, что щенок от страха сбежал от хозяина, что ещё больше привело его в бешенство. Оборотень рванул за ним с места так резко, что ковёр под его ногами собрался в складки. Но стоило ему достичь дверного проёма, как воздух перед ним сгустился. В долю секунды Тэхён, превратившийся в смазанное пятно, уже стоял у него на пути, упираясь ладонями в косяки.

— Уйди с дороги! — прорычал Чонгук, не успевая затормозить.

Он врезался в вампира всей своей мощью, надеясь сбить его с ног, но тот даже не пошатнулся. Тэхён перехватил запястья оборотня и повалил его на пол. Чонгук попытался превратиться в волка, но вампир не дал возможности это сделать, одной рукой зажав его руки над головой, а второй схватив за горло и перекрыв дыхание, и сел на бёдра противника.

— Не сейчас, Чон. Сегодня в мои планы не входит умирать от клыков блохастого рыцаря! — хрипло произнёс он, практически полностью ложась на Чонгука.

Оборотень замер. Он тяжело дышал, грудная клетка ходила ходуном, раз за разом касаясь груди вампира.

— Твоё сердце, — прошептал Тэхён, — оно сейчас проломит мне грудную клетку, Гук-и. Это от злости? Или ты просто впечатлён моими навыками боя? — он широко улыбнулся.

В этот момент Понго забежал в гостиную, тявкнул пару раз и снова убежал на кухню. Это привело Чонгука в чувства, словно его вывели из транса. Он с рыком дёрнул бёдрами, из-за чего Тэхён потерял равновесие, и они поменялись местами.

— Ты его… ты его пугаешь! — выдохнул оборотень, стараясь удержать руки вампира над его головой.

— Единственный, кто здесь всех пугает, это ты! Ворвался ко мне в одних… шортах… — огрызнулся Тэхён, оглядывая накаченную грудь над собой, а в глазах на мгновение вспыхнул алый блеск, который тут же испарился.

В гостиной стало подозрительно тихо. Слышно было только, как на кухне Понго с аппетитом хрустел кормом из своей фарфоровой миски с надписью «Pongo», абсолютно игнорируя своих «спасателей».

Чонгук почувствовал, как ярость, подпитываемая волчьими инстинктами, начала спадать. Он всё ещё прижимал Тэхёна к полу, держа его запястья двумя руками, и только сейчас осознал, насколько они близко. Кожа вампира, показавшаяся из-под распахнутого халата и выглядевшая издалека мраморной, на ощупь оказалась мягкой и странно тёплой.

Тэхён перестал сопротивляться. Его дыхание стало прерывистым. Он смотрел на Чонгука снизу вверх с ожиданием.

— Я… Я пришёл, чтобы…

Чонгук хотел что-то ответить, возразить, что он хотел просто спасти щенка от злого вампира, но слова застряли в горле. Он внезапно понял, что не хочет отпускать эти холодные руки. Напротив, его потянуло вперёд, к этой мерцающей коже. Всё, что было перед глазами, это алые губы на бледном лице.

— Ты же в курсе, что я читаю мысли, Чон? — с хрипотцой в голосе спросил Тэхён, отчего Чонгук с удивлением перевёл на него взгляд.

— Ч…что? Убирайся из моей головы! — воскликнул Чонгук, отшатываясь назад и отползая от вампира. — Это… Это неправда! Это не то, о чём ты… я… подумал! — Он вскочил на ноги, отряхиваясь от невидимой пыли, и старался не смотреть в глаза поднимающегося Тэхёна.

— Хахахахах, — вдруг рассмеялся вампир, — да тебя и читать не нужно, псина! У тебя всё на лице написано! Хахахаха…

Тэхён смеялся без издевательства, действительно считая забавным поведение волка, который поверил в то, что он умеет читать мысли, но Чонгук воспринял это иначе. Он рванул вперёд, чтобы схватить наглого вампира, но тот ловко увернулся от удара, сделав шаг в право. Чонгук, не ожидавший такого быстрого манёвра, пролетел мимо и уже собирался поздороваться с полом, как его схватили поперёк талии.

Всё произошло слишком быстро. Чонгук не успел выставить блок, не успел даже вдохнуть, когда Тэхён рывком развернул его к себе и накрыл губы властным, обжигающе холодным поцелуем.

— Ты слишком много рычишь, Гук-и, — прошептал он, едва касаясь губами уголка рта онемевшего оборотня. — Это мешает тебе видеть и слышать то, что на самом деле происходит.

Чонгук стоял, боясь пошевелиться. Руки Тэхёна всё еще собственнически лежали на его талии, и оборотень кожей чувствовал их холод. Если бы он был в облике волка, его хвост сейчас наверняка предательски поджался бы, но в человеческом теле Чонгук просто не знал, куда деть руки.

— Ты… ты… — он попытался выдавить из себя очередное возмущение, но голос сорвался.

— Я? Что? — Тэхён приподнял бровь, и в его взгляде появилось нечто мягкое, чего Чонгук никогда раньше не видел. — Сумасшедший? Псих? Или, может быть, я просто единственный, кто решился заткнуть тебе рот самым эффективным способом?

Чонгук посмотрел за плечо вампира. На кухне Понго, закончив с ужином, с громким зевком устроился прямо на кафельном полу, всем своим видом показывая, что спасать его точно не нужно. Весь пафос Чонгука рассыпался в прах.

— Ты же не читал мои мысли, — наконец глухо произнёс он, осознавая всю нелепость своего поведения.

— Зачем мне их читать, когда ты весь как открытая книга, написанная капслоком? — Тэхён наконец отпустил его и сделал шаг назад, поправляя полы своего шёлкового халата с таким видом, будто они только что обсуждали погоду, а не целовались посреди драки. — Посмотри на себя. Ты пришёл сюда убивать монстра, а в итоге…

Тэхён не договорил, лишь выразительно окинул взглядом полуобнаженного взъерошенного Чонгука.

— Ты… Да ты…

— Я, Гук-и, я! Что ты заладил…

Очередь Тэхёна быть шокированным от того, что его внезапно поцеловали, притягивая к обнажённой груди.

— Ты слишком много болтаешь, кровосос, — хрипло произнёс Чонгук, снова впиваясь в алые губы.

— А я не только кровь высосать могу, блохастый, — бросил ответку Тэхён, толкая оборотня на диван.

— Блять! Только зубки спрятать не забудь, — ухмыльнулся Чон, наблюдая, как вампир садится на колени между его бёдрами.

— Мне давно не сто лет, малыш. Я умею контролировать их. — Облизнул свои клыки Тэхён, расстёгивая джинсы оборотня. — Ты только в волчонка не перекинься в процессе… Блять! — Вампир округлил глаза, смотря на внушительные размеры члена Чонгука. — Если он такой сейчас, то каким он становится в обличии волка?

— Проверить хочешь?

— Пожалуй, воздержусь, — усмехнулся Тэхён, на пробу облизывая кончик.

Чонгук чуть дёрнулся от этого, делая глубокий вдох. Тэхён сглотнул собравшуюся во рту слюну и открыл рот, высовывая язык. Он поднял взгляд на Чона и, не отрываясь от него, медленно вобрал член в рот.

— Пиздец, — выдохнул Чонгук, словно заворожённый смотря на вампира.

Тэхён глубоко вдохнул носом и закатил глаза, со смачным чмоком выпуская член из рта. Он пару раз провёл по нему рукой и снова всосал, но уже глубже, практически касаясь горла.

Чонгук запрокинул голову на спинку дивана, пытаясь держать себя в руках. Он вцепился в диван когтями, которые появились совершенно внезапно.

— Успокойся, — хрипло произнёс Тэхён, понимая, что Чонгук может сорваться, — контролируй его, если не хочешь снова подраться!

Оборотень опустил заплывший взгляд на Тэхёна, у которого глаза пылали алым. Чонгук чувствовал, как внутри него всё натягивалось словно струна, готовая вот-вот лопнуть.

Когда Тэхён снова глубоко всосал, почти касаясь горла, Чонгук не выдержал, инстинктивно впиваясь пальцами в шею вампира.

Тэхён на мгновение замер, почувствовав, как когти Чонгука пропали. Он издал утробный звук, похожий на довольное урчание, и начал двигаться быстрее. Его язык ласкал головку, а зубы, которые он так старательно прятал, то и дело слегка царапали кожу, заставляя Чонгука выгибаться на диване.

— Чёрт, Ким… — простонал Чонгук, чувствуя, как волк внутри него воет от наслаждения. — Ты… ты же это специально делаешь…

Тэхён на секунду отстранился, оставляя на члене влажный блеск, и посмотрел Чонгуку прямо в глаза.

— Я делаю это, чтобы ты запомнил, — прохрипел Тэхён, облизывая губы. — Что твой Псих может доставить тебе больше удовольствия, чем вся твоя стая вместе взятая.

Не дожидаясь ответа, он снова накрыл его член ртом, на этот раз лаская ладонью у основания, чтобы усилить удовольствие. Чонгук задыхался. Перед глазами плыли красные пятна, а диван под ним жалобно скрипел. Он чувствовал, как настигает оргазм, как горячая волна собирается внизу живота, готовясь вырваться наружу.

Оборотень крепко зажмурился, стараясь не превратиться прямо сейчас, и вцепился в подушки дивана с двух сторон так, что из них полетел наполнитель. В этот момент Тэхён сжал кольцо пальцев ещё сильнее и сделал финальный жадный глоток, заставляя оборотня окончательно потерять связь с реальностью. Чонгука обдало жаром, и по телу прошлась дрожь.

— Блять, Ким! Чёрт тебя дери! — выдохнул Чон, пытаясь отдышаться.

Но не успел он даже открыть глаза, как почувствовал, что с него снимают шорты.

— Хочешь продолжения? Я не против, — ухмыльнулся Чонгук, расслабленно укладываясь на диване.

Но у Тэхёна были другие планы. Он переместился, разворачивая расслабленное тело Чонгука на живот. Оборотень заскулил от неожиданности, пытаясь сопротивляться, но его мышцы были словно ватные, а разум ещё не до конца пришёл в себя. Тэхён был быстрее и сильнее, особенно когда его противник был так уязвим.

Чонгук попытался оттолкнуться руками от дивана, но вампир одной рукой обездвижил его запястья, прижав их к пояснице, а второй рукой скользнул по позвоночнику, проникая между ягодиц.

— Эй! Какого хрена?! — прорычал Чонгук, дёргаясь. — Ты не посмеешь… Тэхён!

Но Тэхён уже не слушал. Он наклонился, и Чонгук почувствовал, как его шею обожгло холодное дыхание, а затем острый пронзительный укус. Это был не укус вампира, а скорее предупреждение, акт доминирования. Клыки лишь слегка прокололи кожу, вызывая жгучую боль, которая мгновенно отрезвила Чонгука. Он замер, осознавая бесполезность сопротивления.

— Я… я тебя убью, Ким!

— Ш-ш-ш, мой блохастый рыцарь, — прошептал Тэхён прямо в ухо Чонгука. Его голос был глухим и полным предвкушения. — Не сегодня…

Оборотень закрыл глаза, злобно поклявшись отомстить за это унижение.

— Я слышал, что сперма оборотня может хорошо служить вместо смазки. Проверим? Я оставил твою немного для этого. — Тэхён начал медленно, но настойчиво проталкивать один, а затем и второй палец внутрь.

— Я клянусь, ты пожалеешь… Блять! — зарычал Чонгук, лбом утыкаясь в обивку дивана.

— Думаю, это вряд-ли, малыш, — увереннее задвигал пальцами Тэхён, понимая, что нашёл нужную точку.

Чонгук терпел до последнего, боль быстро сменилась странным, непривычным, но безумно возбуждающим ощущением. Внутренний волк, который только что выл от ярости, притих, ожидая продолжения. Он смотрел на себя между ног и видел, как его член течёт при каждом попадании по простате.

— Я… Я не… — задыхаясь от удовольствия, не мог закончить предложение Чонгук.

— Ты не что, Гук-и? — ласково спросил Тэхён, добавляя ещё палец, отчего оборотень выгнулся в спине, поворачивая голову в сторону вампира и щекой упираясь в обивку дивана. — Не был никогда снизу? — задал вопрос вместо Чонгука.

Чонгук, не в силах ответить, лишь мелко кивнул, прикрыв глаза. Тэхён улыбнулся и нагнулся, чтобы поцеловать его. Он отпустил руки Чонгука, затаив дыхание.

— Я убью тебя… позже, — шёпотом произнёс Чонгук, поняв, что Тэхён ожидал сопротивления.

Тэхён широко улыбнулся и задвигался увереннее, не давая Чонгуку шанса передумать. Четвёртый палец скользнул внутрь, растягивая его. Чонгук стонал, впиваясь ногтями в подушку.

— Тебе хорошо? — спросил вампир, протягивая вторую руку ко вновь вставшему члену Чонгука, который смог лишь промычать что-то в подушку. — Отвечай мне, Гук-и, — потребовал Тэхён. Его голос стал ниже, и Чонгук почувствовал, как вампир слегка прикусил его кожу на ягодицах.

Оборотень хотел соврать, хотел снова огрызнуться, но вместо этого из его груди вырвался стон, когда Тэхён, вытащив из него пальцы, прошёлся языком по сжимающемуся кольцу мышц. Чонгук выгнулся, его тело содрогнулось от непривычно нахлынувшего удовольствия.

— Блять! Хорошо! Мне хорошо, твою мать!

— А сейчас будет ещё лучше, мой пёсик!

Тэхён приподнялся, нависая над Чонгуком, и в два движения вошел в него. Чонгук дёрнулся от непривычной боли и внезапно нахлынувшего удовольствия. Он издал звук, похожий и на рык и на хриплый стон.

Тэхён остановился, давая возможность привыкнуть к себе. В Чонгуке было горячо и тесно.

— Двигайся, — выдохнул Чонгук в подушку, окончательно отбрасывая остатки стыда.

Тэхён послушался. Он начал двигаться сначала медленно, давая Чонгуку возможность прочувствовать каждое мгновение, а затем, услышав довольные стоны, всё быстрее и жестче. Диван под ними скрипел в такт их движениям.

Сначала было не совсем понятно и даже неприятно, но Чонгук чувствовал, как с каждым толчком Тэхён попадает точно в цель. Его когти снова вылезли, разрывая обивку дивана, но на этот раз не от злости, а от невыносимого острого наслаждения, которое прошивало его позвоночник насквозь. Тэхён снова приник к его шее, оставляя дорожку из поцелуев и неглубоких укусов, метя свою территорию.

— Твоя стая… — прохрипел Тэхён, держась за шею оборотня и толкаясь так сильно, что Чонгук подался вперед. — Они бы никогда не узнали тебя таким, Чон. Я бы не позволил. Теперь только я знаю, какой ты на самом деле…

Чонгук ничего не отвечал. Он просто тонул в этом ощущении, в этих эмоциях, которых никогда не испытывал раньше.

Когда Тэхён второй рукой перехватил его член, добавляя стимуляции спереди, оборотень окончательно сорвался.

— Тэхён! Тэ… Блять! Я сейчас… Блять! Как же хорошо!

— Да, хороший мальчик! — хрипло вторил ему Тэхён, не отпуская ни шею, ни член оборотня. — Кончай, Гук-и! Давай вместе, малыш!

Чонгук слышал голос словно под слоем воды. Он всё лишь повторял, как ему хорошо, когтями впиваясь в обивку дивана. В глазах вспыхнул белый свет, и он кончил во второй раз, выкрикивая имя Тэхёна так громко, что звери в лесу за окном, казалось, вздрогнули.

Тэхён последовал за ним через мгновение, с тихим рычанием изливаясь внутрь и прижимаясь к потному дрожащему телу оборотня, который без сил упал на диван.

***

Напряжение в гостиной было таким густым, что его можно резать ножом. Слышно было только тяжёлое прерывистое дыхание двоих и далёкое безмятежное посапывание Понго на кухне. Тэхён не спешил отстраняться. Он лежал на спине Чонгука, наслаждаясь его жаром и вздымающейся мускулистой спиной.

Наконец вампир медленно выдохнул и приподнялся на локтях, оглядывая плоды своих трудов: растерзанный диван, летящие пушинки наполнителя и совершенно дезориентированного Чонгука. Он осторожно вышел из оборотня, поджимая губы.

— Знаешь, — Тэхён лизнул край уха Чона, отчего тот вздрогнул, — я передумал. Твой запах мокрой шерсти… в сочетании с этим выражением лица… почти терпим. Даже изыскан, я бы сказал.

Чонгук, который до этого лежал неподвижно, уткнувшись щекой в остатки подушки, наконец пришёл в себя. Реальность обрушилась на него вместе с осознанием того, что он не просто «проиграл» эту битву, но и вовсю подмахивал задом победителю.

Он резко дёрнул плечом, сбрасывая с себя Тэхёна, и сел, тяжело дыша. Вампир изящно откатился в сторону, усаживаясь на краю дивана и небрежно запахивая свой шёлковый халат, будто он только что закончил светскую беседу, а не секс на грани фола.

— Заткнись, Ким, — хрипло бросил Чонгук, пытаясь найти свои шорты среди хаоса. — Это… это был чистый физиологический сбой. Мои инстинкты просто…

— Твои инстинкты только что очень громко кричали моё имя, когда ты кончал, Гук-и, — перебил его Тэхён, сверкнув глазами с нескрываемым торжеством. Он протянул руку и по киношному поправил выбившуюся прядь волос оборотня. — Не пытайся это обесценить. Тебе понравилось, когда я был твоим… Альфой? — он прищурился, делая вид, что не помнит, как называются виды волков

Чонгук посмотрел на эту идеальную самодовольную физиономию, и его кулаки непроизвольно сжались. Но вместо того чтобы снова лезть в драку, в которой он сегодня явно проиграл по всем фронтам, он просто легонько пихнул усмехающегося Тэхёна локтем в бок. Достаточно ощутимо, чтобы тот качнулся, но без тени агрессии.

— Не зазнавайся, кровосос, — буркнул Чонгук, отворачиваясь, чтобы скрыть вспыхнувшие щёки. — В следующий раз я приду подготовленным. И ты будешь тем, кто скулит.

— Ловлю на слове, — усмехнулся Тэхён, поднимаясь и направляясь к кухне, где ждал его вишнёвый сок. — Но сначала… я всё-таки вычту стоимость этого дивана из твоего счёта, Чон.

Чонгук еще несколько минут просто сидел, откинувшись на спинку дивана, глядя в потолок и прислушиваясь к тихому позвякиванию посуды на кухне. Тело приятно ныло, напоминая о каждом движении Тэхёна, и это раздражало сильнее всего. Он, будущий вожак, только что позволил капризному вампиру в шёлковом халате сделать с собой… это.

— Ненавижу, — пробормотал он в пустоту, хотя голос прозвучал совсем не убедительно.

Он кое-как натянул шорты, чувствуя себя невероятно неуклюжим. Понго на кухне лениво приоткрыл один глаз, когда Чонгук вошёл туда, волоча ноги.

Тэхён сидел у барной стойки, изящно придерживая бокал с густым красным соком, но оборотень был уверен, что он пьёт кровь. Вампир выглядел так, будто только что вернулся со спа-процедур, а не участвовал в акте вандализма над собственной мебелью. Его взгляд, скользнувший по Чонгуку, был пропитан нескрываемым превосходством.

— Хочешь воды? — небрежно бросил Тэхён, кивнув на кран. — Или тебе нужно что-то более… приземлённое? Сырое мясо? Говяжья кость?

Чонгук зарычал — на этот раз по-настоящему, по-волчьи — и в три шага преодолел расстояние до вампира, нависая над ним.

— Слушай сюда, Ким. То, что произошло на диване…

— …было великолепно? — закончил за него Тэхён, приподнимая бровь, и ярко улыбнулся.

— Это было временное помешательство! — отрезал Чонгук, упираясь ладонями в стойку и зажимая вампира в кольцо своих рук. — Я пришел сюда за щенком. Я забираю его, и мы уходим. Сейчас же.

Тэхён медленно поставил бокал и посмотрел на Понго. Щенок, словно почувствовав, что говорят о нём, перевернулся на спину и забавно заиграл лапами.

— Он не хочет уходить, Гук-и. Ему здесь тепло. Оставь ты его в покое. — Тэхён указательным пальцем повёл по груди Чонгука вниз, следя за своим движением. — Ну и что теперь, мой блохастый рыцарь? — мягко произнёс вампир, и на этот раз в его голосе не было издёвки. — Ты ворвался в мой замок, победил диван и героически прижал злого дракона к столешнице. Дальше по плану спасение принцессы? Или ты уже перестанешь делать вид, что не видишь, что Понго и здесь хорошо?

Чонгук почувствовал, как по спине пробежал разряд. Это нелепое прозвище должно было его разозлить, должно было заставить его отпрянуть и выдать какую-нибудь колкость в ответ. Но вместо этого он лишь крепче сжал кулаки, сокращая расстояние между ними до критического.

— Принцесса здесь только одна, Ким, — хрипло отозвался Чонгук и сам удивился тому, как низко прозвучал его голос. — И у этой принцессы слишком острые зубы и очень плохой характер.

Тэхён не ответил. Он лишь чуть подался вперёд, кончиком носа касаясь носа Чонгука, и улыбнулся, облизнув свои губы. В этот момент Чонгук окончательно признался себе, что не хотел никого спасать из лап злобного вампира. Ни щенка, ни себя.

— Я буду приходить и проверять, как ты с ним обращаешься. Каждый день, — выдал Чонгук, отстраняясь от вампира и приседая на корточки рядом с Понго.

Тэхён широко улыбнулся. Как-то слишком искренне, отчего у Чонгука в груди что-то неприятно (или приятно?) ёкнуло.

— Значит, это свидание, Чон Чонгук? Отлично! Приходи завтра в пять. Понго как раз нужно показать, как правильно… грызть тапочки. Или что вы там, псовые, обычно делаете?

Чонгук фыркнул. Он погладил щенка и направился к выходу, стараясь не оборачиваться, чтобы Тэхён не заметил его смущённую улыбку.

— Пять вечера, Ким. И надень что-нибудь менее… сверкающее! — сказал чуть громче Чонгук, в беге перевоплощаясь в огромного волка.

— Не обещаю! — донеслось ему вслед под звонкий лай Понго.

***

Весь следующий день Чонгук провёл в состоянии странного возбуждения, которое списывал на избыток адреналина после… драки с вампиром. Он честно пытался убедить себя, что идёт в особняк только ради Понго, но почему-то трижды сменил футболку, остановившись в итоге на фланелевой рубашке, расстёгнутой на несколько верхних пуговиц.

Ровно в пять он стоял у стеклянных дверей дома Кима. На плече у него висел кожаный поводок, а в кармане была пачка сушеного корма. Тэхён открыл дверь почти мгновенно, будто всё это время стоял прямо за ней.

Вампир окинул Чонгука долгим изучающим взглядом, в котором читалось лёгкое разочарование от наличия одежды.

Сегодня Ким превзошёл сам себя: на нём был безупречный белый костюм-тройка, а на носу, несмотря на вечерние сумерки, красовались солнцезащитные очки.

— Привет, — широко улыбаясь, поприветствовал вампир гостя. — Мы будем заниматься за домом, там больше территории, и нам точно никто не помешает, волчонок…

— Мы начнём с базовых команд, — строго объявил Чонгук, игнорируя слова Тэхёна и стараясь не вспоминать всё, что было вчера. — Собака должна знать, кто здесь главный. А ты, Ким, выглядишь так, будто он уже вьёт из тебя веревки.

— Я купил ему ошейник с кристаллами Сваровски, — сообщил Тэхён, делая вид, что его не задело такое отношение. Он грациозно отошёл в сторону, пропуская оборотня внутрь. — Посмотри, Понго в нём выглядит как принц.

— Он выглядит как диско-шар, — отрезал Чонгук, присаживаясь на корточки и подзывая щенка. — Понго, ко мне!

Щенок, радостно виляя хвостом, подбежал к Чонгуку и с разгона уселся прямо на его ботинок, заглядывая в глаза преданным взглядом. Погладил его, называя всякими ласкательными прозвищами, и позвал за собой, выходя на задний двор-лес. Он профессионально начал показывать, как учить команды «Сидеть», «Стоять», но чувствовал на своей спине жгучий взгляд Тэхёна.

Вампир наблюдал за ними, прислонившись к дверному косяку в своей любимой позе загадочного страдальца, которая, впрочем, больше напоминала позу модели с обложки.

— Знаешь, — внезапно протянул он, — я могу читать мысли всех в этом городе. Но мысли Понго… они полны только картинок с сосисками и желания лизнуть тебя в щеку. Это так… чисто. Не то что твои мысли, Чонгук.

Чонгук замер, удерживая кусочек корма над носом щенка.

— Ты же, — сглотнул оборотень, не поворачиваясь к Тэхёну, — ты сказал, что не читаешь мысли.

Тэхён усмехнулся, отталкиваясь от проёма.

— Ты был слишком напряжён, волчонок. Мне не хотелось тебя ещё больше раздражать.

Чонгук сидел на корточках, поглаживая виляющего хвостом Понго, и понимал, что продолжать огрызаться уже смысла нет. Он поджал губы и медленно выдохнул, успокаивая себя.

— И что же ты слышишь в моих мыслях? — буркнул он, стараясь сосредоточиться на собаке.

— Слишком много шума о том, что у меня «невероятно раздражающие и идеальные волосы», — усмехнулся Тэхён, медленно подходя ближе. Его шаги были абсолютно бесшумными. — И ещё кое-какие картинки… Они всё появляются и появляются у тебя в голове, хоть ты и стараешься избавиться от них. Ты всё ещё чувствуешь мои прикосновения? — голос стал ниже. — Или мне стоит напомнить?

Чонгук резко встал и обернулся. Он не ожидал, что вампир будет так близко. Расстояние между ними снова сократилось до опасного.

— Это не мысли, а констатация факта. Ты мешаешь тренировке своими блёстками. — Чонгук сглотнул, чувствуя, как внутри снова просыпается зверь. — Это сбивает пса с толку.

Тэхён внезапно протянул руку. Его ледяные пальцы коснулись воротника Чонгука, поправляя его с какой-то нежностью. Чонгук почувствовал, как по коже пробежал мощный электрический разряд, заставляя волоски на руках встать дыбом.

— Ты просто слишком напряжен, пёсик, — прошептал Тэхён, глядя прямо в расширенные зрачки оборотня. Его собственные глаза стали гипнотически красными. — Твоя «альфа-энергия» заставляет Понго нервничать. Попробуй быть мягче. Попробуй… расслабиться.

В этот самый момент щенок, решив, что на него не обращают должного внимания, вцепился зубами в край штанины дорогущих белых брюк Тэхёна и начал их увлечённо терзать, рыча как маленький тигр.

— О нет! Понго, это же Gucci! — вскрикнул вампир и присел, мгновенно теряя весь свой пафос и пытаясь аккуратно, чтобы не поранить щенка, отцепить его от ноги.

Чонгук расхохотался так искренне и громко, запрокинув голову. Вид величественного древнего существа, которое сражается с маленьким пятнистым комочком за сохранность дизайнерских штанов, был слишком смешным.

— Вот тебе и «чистые мысли», — сквозь смех выдавил Чонгук. — Похоже, у твоего щенка отличный вкус. Он тоже считает, что тебе нужно что-то попроще. И перестать строить из себя принцессу.

Тэхён поднял голову и замер, глядя на смеющегося Чонгука. Его холодное сердце совершило странный, почти забытый кульбит.

— Тебе идёт, когда ты не пытаешься меня убить взглядом, — тихо сказал он, игнорируя грызущего его штаны Понго.

Чонгук перестал смеяться, заметив, как изменился взгляд Тэхёна. Оборотень кашлянул, отводя глаза, и всё-таки решил помочь «принцессе» в беде. Он присел рядом с Тэхёном и, осторожно обхватив мордочку Понго, заставил щенка разжать челюсти.

— Ладно, — буркнул Чонгук, чувствуя, как его пальцы случайно задели щиколотку вампира, — на сегодня с тебя хватит высокой моды. Твой Gucci официально пал смертью храбрых.

Тэхён выпрямился, рассматривая внушительную дырку от зубов, сквозь которую проглядывала его бледная кожа.

— Это была лимитированная коллекция, — вздохнул он, но в голосе уже не было прежнего драматизма. — Понго явно намекает, что я должен сменить гардероб.

— Понго намекает, что завтра мы идём в лес, — отрезал Чонгук, поднимаясь на ноги. — Настоящая собака должна уметь гулять по грязи, а не только по твоим шёлковым коврам. И надень что-то, что не жалко испортить. Если у тебя вообще есть такие вещи.

— Я найду что-нибудь в стиле лесного выживальщика, — пообещал Тэхён, провожая оборотня до порога. — Специально для тебя, Чонгук-и.

***

На следующий день Чонгук ждал у опушки, поправляя капюшон своей толстовки. Из белой пелены тумана выбежал весёлый Понго на поводке, а затем показался Тэхён. Оборотень едва не подавился воздухом. Тэхён подошел к выполнению просьбы «надеть то, что не жалко» со всей своей вампирской серьёзностью. На нем были винтажные чёрные сапоги для верховой езды из тончайшей кожи и дизайнерский плащ цвета мокрого асфальта, который стоил, вероятно, больше, чем весь гардероб Чонгука за последние пять лет.

— Это мой костюм «дикого странника», — вместо приветствия гордо объявил Тэхён, стряхивая невидимую пылинку с плеча. — Я готов к суровым испытаниям природы. В разумных пределах, конечно.

Чонгук только закатил глаза, чувствуя, как начинает дёргаться глаз.

— Мы идём гулять, Тэхён, а не сниматься для обложки «Лесных Ведомостей». Отпускай мелкого.

Тэхён отстегнул поводок, и Понго, почувствовав свободу, сорвался с места быстрее, чем Тэхён успел встать в свою пафосную позу.

— Понго! К ноге! — крикнул Тэхён, но щенок уже скрылся в папоротниках.

Вампир, не раздумывая, бросился следом, и Чонгук впервые вживую увидел, что такое вампирское ускорение. Тэхён не бежал. Он скользил, перелетая через поваленные деревья с грацией балерины. Его плащ развевался на ветру, словно крылья летучей мыши, а сам он двигался как размытое, почти незаметное пятно.

— Тэхён, придурок, стой! Там овраг! — крикнул Чонгук, срываясь с места и превращаясь в волка.

Он видел, как Тэхён почти настиг Понго у самого края заросшего склона. Вампир сделал эффектный прыжок, схватил щенка в воздухе, но в тот же миг понял, что под ногами не земля, а скользкая, пропитанная влагой хвоя.

Чонгук успел в последний момент перекинуться обратно и рвануть вперёд, подхватывая вампира одной рукой за талию, а другой прижимая к себе вырывающегося щенка.

Они замерли. Тэхён тяжело дышал, прижатый спиной к широкой груди Чонгука. В этот миг солнце на долю секунды пробилось сквозь туман, и кожа на скулах Тэхёна начала едва заметно мерцать.

— Знаешь, — прошептал Чонгук прямо над его ухом, чувствуя, как его собственное сердце ускоряет ритм, — ты сейчас выглядишь как чёртов бриллиант. Очень дорогой и совершенно бесполезный в лесу.

— Бесполезный? — прохрипел Тэхён, глядя на Чонгука из-под опущенных ресниц, и в его голосе снова чувствовалась насмешка. — Я спас собаку, Чон. А ты, кажется, нашел отличный повод снова меня полапать.

Чонгук не отстранился. Напротив, его рука на талии Тэхёна сжалась чуть крепче. Запах лаванды, исходящий от волос вампира, в этом влажном лесу ощущался особенно остро, смешиваясь с ароматом мокрой хвои и горькой коры.

— Твоё сердце… оно сейчас выпрыгнет из груди, Чон. Это тоже часть тренировки?

— Это просто кардио, Ким. Не обольщайся, — соврал Чонгук, но его голос предательски дрогнул. — Ты ледяной. Даже для того, кто и так мёртв.

Тэхён ничего не ответил на это, пристально смотря в глаза оборотня.

Понго, которому надоело быть зажатым между ними, громко тявкнул и начал активно вылизывать подбородок Чонгука, окончательно разрушая момент. Оборотень резко отпустил Тэхёна, делая шаг назад и усиленно разглядывая мох на ближайшем дереве. А вампир принялся с преувеличенным вниманием отряхивать свой плащ от хвои.

— Ладно, — буркнул Чонгук, потирая шею. — Урок номер два: в лесу мы не бегаем как в дешёвых боевиках. Мы ходим ногами.

— Понял, вожак. — Тэхён изящно отряхнул плащ, хотя тот уже был безнадёжно испачкан. — Но признай, тебе понравилось меня спасать.

Чонгук хотел было выдать очередную колкость, но внезапно птицы разом замолкли, а туман стал свинцовым. Раскат грома, прозвучавший где-то совсем рядом, заставил землю под ногами мелко вздрогнуть.

— Только не это, — пробормотал Чонгук, глядя на небо, которое стремительно чернело. — Кажется, нас накроет.

— Твоя интуиция запоздала, — заметил Тэхён, глядя, как первая огромная капля разбивается о его плечо. — Мы все превратимся в мокрых псов через три… два… один…

Ливень обрушился стеной. Это был не романтичный дождик, под которым можно пробежаться до своего дома, а настоящий лесной потоп. Через минуту плащ Тэхёна потяжелел на несколько килограммов, а его идеальная челка прилипла ко лбу.

— Сюда! — крикнул Чонгук, хватая Тэхёна за локоть и подхватывая Понго под мышку. — Тут недалеко старый домик лесника. Бегом!

Они ворвались в деревянную хижину как раз в тот момент, когда очередная молния ярко осветила лес. Внутри пахло сухой травой, пылью и старым деревом. Понго первым делом начал активно отряхиваться, обдав обоих парней холодными брызгами.

— Замечательно. — Тэхён брезгливо отжал край плаща. — Я официально заявляю, природа переоценена. Я чувствую себя как мокрый чайный пакетик в очень дорогой упаковке.

Чонгук, которому дождь был нипочем, раздевшись, уже возился у старого камина, выгребая золу.

— Хватит ныть, Ким. Тебе полезно иногда смыть с себя этот глянец. Иди сюда, помоги с дровами, если не хочешь окончательно превратиться в ледяную статую.

— Я не замерзаю, Чон, забыл?

— Ты нет, но вот для Понго ночь здесь может плохо кончиться. Неси дрова!

Тэхён картинно вздохнул, но спорить не стал. Он побрёл к углу, где была сложена небольшая поленница, стараясь не слишком сильно хлюпать промокшими сапогами. Чонгук сложил растопку в камине, и вскоре по хижине пополз приятный треск дров и тепло от огня.

— На, — Чонгук стащил через голову свою футболку, оставаясь в одной майке, которая плотно облегала его широкое мускулистое тело. — Она сухая, не успела промокнуть под толстовкой. Переоденься, пока твой Gucci не прирос к коже.

Тэхён замер, переводя взгляд с футболки на Чонгука. В полумраке хижины мышцы оборотня казались ещё больше и привлекательнее.

— Ты предлагаешь мне свою одежду? — Тэхён приподнял бровь, принимая вещь. Она была огромной, пахла лесом, дождём и самим Чонгуком. — Это так… по-джентльменски. Прямо сцена из романа, где герой спасает свою даму сердца, — поиграл он бровями, широко улыбаясь.

— Заткнись и грейся, дама, — буркнул Чонгук, усаживаясь на пол у камина, где на небольшом пледике уже посапывал щенок.

Тэхён ушёл в тень за старую ширму и через минуту вернулся, утопая в безразмерной футболке. Рукава свисали ниже локтя, а подол доходил почти до середины бедра, делая его на удивление домашним. Он несмело подсел к Чонгуку, поджимая под себя ноги и подтягиваясь к Понго, чтобы погладить.

— Ты такой горячий, — тихо сказал Тэхён, глядя на то, как Чонгук возится с огнем. — Будто в тебе горит маленькое солнце. Даже отсюда чувствую.

— Температура тела оборотня выше человеческой, ты же знаешь. — Чонгук не оборачивался, но его уши слегка покраснели. — А ты… как кусок льда. Отсядь, если не хочешь, чтобы Понго превратился в сосульку, пытаясь тебя согреть.

Тэхён медленно придвинулся к оборотню. Он осторожно протянул ладонь к огню, и его пальцы оказались всего в паре сантиметров от руки Чонгука.

— Это цена вечной жизни, — Тэхён грустно усмехнулся, глядя на пляшущие искры. — Красивая оболочка, внутри которой абсолютная пустота. Всегда холодно, Чон. Даже если на улице плюс сорок градусов.

Чонгук посмотрел на него. В свете камина вампир больше не казался заносчивым богачом из особняка со стеклянными стенами. Он выглядел… бесконечно одиноким в своей вечности. Оборотень, повинуясь какому-то внутреннему порыву, который он позже обязательно назовёт инстинктом спасателя, придвинулся вплотную и накрыл ледяную ладонь Тэхёна своей широкой и жаркой.

— Хватит драмы, Ким. Сегодня я побуду твоим личным обогревателем. Только не привыкай к такому сервису.

Тэхён вздрогнул от этого контакта, но руку не убрал. Напротив, он медленно опустил голову на плечо Чонгука, закрывая глаза.

— Слишком поздно, Чонгук-и. Я уже привык к тому, что ты постоянно меня спасаешь.

Понго, окончательно согревшись, уснул, за окном бушевала стихия, молния разрезала небо, а внутри маленькой хижины лёд и пламя наконец успокоились, делая вид, что это лишь временное перемирие.

— На полу мы до утра не дотянем, — негромко произнёс Чонгук, чувствуя, как плечо затекло под весом головы Тэхёна. — В соседней комнате есть матрас из шерсти и сена. Он старый, но там хотя бы сухо и можно нормально уснуть.

Тэхён неохотно открыл глаза, в которых заплясали отблески пламени. Он молча поднялся и проследовал за оборотнем.

Матрас был один и явно не рассчитан на двоих мужчин, один из которых привык к шелкам, а второй обладал размахом плеч профессионального борца.

— Я могу лечь и на полу, если принцессе слишком тесно, — предложил Чонгук, хотя уже поправлял «постель», стоя на коленях.

— Ложись уже, обогреватель… — Тэхён первым забрался под тяжёлое, пахнущее пылью одеяло. — Без тебя я действительно стану экспонатом в музее вечной мерзлоты.

Чонгук лег рядом, и им пришлось прижаться друг к другу почти вплотную, чтобы не свалиться на пол. В хижине воцарилась тишина, нарушаемая только шумом дождя по крыше и треском дров в камине.

Чонгук лежал на спине, чувствуя ледяной бок Тэхёна, который медленно, но всё же отогревался от его тепла. Внезапно вампир перевернулся, закидывая ногу на бедро Чонгука и утыкаясь носом в его шею.

— Ким, ты что творишь? — хрипло выдохнул Чонгук.

— Заткнись и грей, — прошептал Тэхён в его кожу. Его дыхание показалось Чонгуку обжигающим. — Твой пульс… он очень громкий. Как барабан. И твои мысли слишком… Это возбуждает.

Чонгук почувствовал, как рука Тэхёна медленно скользнула под его майку, касаясь горячей кожи живота. Оборотень шумно втянул воздух. Это не было похоже на то, что происходило в стеклянном доме вампира. Это было что-то другое. Интимное, тягучее, заставляющее сердце Чонгука действительно биться быстрее.

— Ты когда-нибудь чувствовал себя… живым? — внезапно спросил Чонгук, глядя в темноту потолка. — Ну, по-настоящему.

Пальцы на животе Чонгука перестали двигаться.

— Очень давно, — почти неслышно ответил он. — Настолько, что я начал забывать, каково это, когда внутри что-то болит или радуется, пока… До того момента, как одно пятнистое недоразумение не притащило в мой дом ворчливого волка.

Тэхён приподнялся на локте, нависая над Чонгуком. В темноте его глаза светились мягким алым светом. Он медленно провёл кончиком языка по нижней губе, и Чонгук понял, что пропал.

— Рядом с тобой мне кажется, что я всё ещё могу чувствовать вкус жизни, Чон, — прошептал вампир, склоняясь ещё ниже. — И это пугает меня сильнее, чем сама смерть.

Чонгук не выдержал. Он приподнялся навстречу, накрывая губы Тэхёна своими. Поцелуй был жадным, горячим, забирая весь холод и отдавая всё свое пламя. Это был поцелуй, в котором не было борьбы за власть, только отчаянная попытка согреть друг друга в этой забытой богом хижине.

Тэхён взобрался на Чонгука, сминая его губы. Ладонь на животе оборотня рванулась выше, обжигая кожу холодом.

— Сними эту чёртову майку! — словно не своим голосом произнёс Тэхён.

Чонгук ухмыльнулся, но выполнил приказ. Он привстал, поднимая руки, чтобы избавиться от куска ткани, как почувствовал нетерпеливо расстёгивающие его брюки пальцы.

— Кажется, кому-то совсем невтерпёж, — облизнул он свои губы, приподнимая бёдра, чтобы с него стянули штаны вместе с бельём.

— Я дам пёсику косточку за хорошее поведение, если он заткнётся и начнёт уже действовать! — чуть раздражённо произнёс вампир, обратно усаживаясь на широкие бёдра. Он зарылся пальцами в густые волосы на затылке Чонгука, притягивая того ещё ближе, и жадно поцеловал.

Они повалились обратно на матрас, не разрывая контакта. Чонгук перехватил инициативу, переворачивая Тэхёна под себя. Тяжёлое одеяло сбилось к их ногам, но им было уже плевать.

— Ты… — выдохнул Тэхён в самые губы оборотня, когда тот на секунду отстранился, чтобы глотнуть воздуха. — Ты горишь, Чонгук.

— Из-за тебя, — прохрипел Чонгук, спускаясь поцелуями к скулам Тэхёна. — Но я не против. Забирай всё.

Руки Тэхёна скользнули вверх, оглаживая напряжённые мышцы спины. Его когти едва заметно царапали кожу, вызывая у оборотня дикую первобытную дрожь.

Поцелуи становились всё более глубокими и тягучими. Чонгук чувствовал, как Тэхён под ним выгибается навстречу, как его дыхание сбивается, становясь прерывистым и рваным. Вампир больше не пытался доминировать или играть. Он просто принимал тепло, позволяя Чонгуку заполнять собой пустоту внутри.

— Ммм… Чонгук! — не смог сдержать хриплого стона Тэхён, почувствовав губы оборотня внизу живота.

Чонгук поцелуями спустился ниже, поднимая одну ногу вампира, и широко лизнул внутреннюю часть его бедра до самой кромки брендовых трусов.

— Я думал, ты носишь стринги, — ухмыльнулся оборотень, обдавая горячим дыханием уже возбуждённый член под тканью.

— Не сегодня, — выдохнул вампир, опуская заплывший взгляд, — они не подходили к моему образу. — Он облизнулся и задержал дыхание, следя за тем, как Чонгук достал его член. — Чёрт тебя дери, Чон Чонгук!

— Сегодня это сделаю я, чертёнок.

Тэхён резко выдохнул, когда горячий язык Чонгука прошёлся по чувствительному кончику члена. Его пальцы судорожно вцепились в плечи оборотня, когти непроизвольно вышли, оставляя на загорелой коже глубокие красные полосы, но Чонгуку было плевать. Он чувствовал, как вампир под ним дрожит.

Чонгук действовал уверенно, по-хозяйски, всё сильнее насаживаясь и заглатывая член. Он наслаждался контрастом ледяной кожи Тэхёна и обжигающим жаром собственного рта.

— Чон… быстрее… — прохрипел Тэхён, выгибаясь на старом матрасе.

Чонгук поднял на него взгляд. Он не собирался спешить. Ему нравилось видеть Тэхёна таким растрёпанным, уязвимым, с затуманенным взглядом. Оборотень полностью снял с него бельё, отбросив куда-то в темноту комнаты, обхватил основание члена рукой, создавая плотное кольцо, и снова припал губами к головке, доводя Тэхёна до грани, но не позволяя кончить.

— Тебе нравится, когда тебя контролируют, Ким? — пробормотал Чонгук, отрываясь на секунду, чтобы увидеть, как по лицу вампира пробегает судорога наслаждения.

— Заткнись… просто заткнись… — Тэхён подался бёдрами вперед, и оборотень ускорил темп.

Вампир вскрикнул, вонзая когти в плечи Чонгука. Оргазм ощущался таким же ярким и ослепительным, как вспышка молнии за окном. Тэхён запрокинул голову, и из его горла вырвалось необычное рычание, не похожее ни на одно из тех, что слышал оборотень.

— Контролируй его, если не хочешь снова подраться! — облизнувшись, сказал Чонгук, возвращая фразу Тэхёна, сказанную им в их первый раз.

— Мне… — зашипел Тэхён, опустив голову. — Мне слишком хорошо, волчонок, — он говорил с трудом из-за появившихся клыков.

Чонгук замер, смотря на изменившееся лицо напротив.

— Чёрт! Прости, — откинулся назад Тэхён, пряча лицо в изгибе локтя. — Не смотри. Прости, что напугал.

Чонгук приподнялся над Тэхёном, аккуратно убирая его руку и переплетая с ним пальцы.

— Ты меня не напугал, Тэ. Просто я впервые увидел тебя такого. Это… завораживает, — произнёс он тихо, гладя в возвращающееся в прежнее состояние лицо. Только глаза остались красными.

Тэхён крепко сжал его руку. В этом жесте было столько невысказанного признания и хрупкого доверия, что у волка перехватило дыхание.

Чонгук поднялся выше, нависая над Тэхёном. Он выглядел как хищник, который вышел на охоту. Оборотень лизнул щёку Тэхёна и прижался своим лбом к его. Тэхён медленно открыл глаза, алый свет в них потихоньку затухал, сменяясь глубоким тёмным спокойствием. Он протянул руку и коснулся щеки Чонгука, и на этот раз его пальцы не казались такими ледяными.

— Кажется, — прошептал вампир, — я начинаю понимать, почему люди так боятся волков. Ты слишком легко заставляешь забыть обо всём, кроме тебя.

Чонгук замер над Тэхёном, тяжело дыша. Он медленно раздвинул колени вампира, устраиваясь между его бедер, и нежно поглаживал его кожу. Тэхён под ним выглядел нереальным, отчего Чонгуку хотелось не просто поцеловать его, а впитать каждую клеточку этого древнего, холодного существа, которое сейчас так доверчиво раскрывалось перед ним. Волк внутри требовал овладеть как можно скорее, но головой оборотень понимал, что даже если перед ним и бессмертный вампир, он не может, не хочет причинять ему боли.

Тэхён смотрел в глаза Чонгука и его впервые за долгое время бросало в дрожь от такой близости. Он сделал короткий вдох и замер, когда почувствовал, как оборотень пытается просунуть в него один палец.

— Ты сейчас только не издевайся, но у меня с собой есть кое-что, — прошептал Чонгук, глядя на него.

Тэхён лишь улыбнулся и кивнул, дёрнув бровями вверх. Оборотень чуть отодвинулся и достал из своего кармана маленькую баночку вазелина. Тэхён поджал губы, чтобы сдержать вырывающиеся наружу колкости.

— Блять, Тэ! Я же просил! — возмутился Чонгук, заметив эту его фирменную ухмылочку и играющие брови. — Я взял его для Понго. У волков вечно сохнут подушечки лап после бега по камням, вот я и решил… Но сейчас, поверь, это спасет твой аристократичный зад от лишних страданий.

Тэхён не выдержал и тихо рассмеялся, прикрыв рот ладонью.

— Ты само очарование, волчонок, — сказал он, садясь напротив Чонгука. — Внимательный, заботливый… и с вазелином в кармане.

— Тэхён, заткнись!

— Ну как я могу отказать такому джентльмену? — Он подался вперед, коротко и нежно целуя Чонгука в кончик носа. — Действуй уже, мой блохастый рыцарь!