Часть 9 (2/2)

Его голос изменился — стал мягче, глубже, словно предназначался только ему. Юэн застыл, пытаясь собраться с мыслями, но они разлетались, как сухие листья под порывом ветра. Хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Я просто хотел, чтобы ты был в безопасности, — выдавил он, чувствуя, как голос дрожит.

Эллиот улыбнулся — тепло, без намёка на насмешку. Его пальцы задержались на рукаве Юэна, а потом он отступил, но лишь на полшага. Взгляд оставался игривым, почти вызывающим.

— Я знаю, и это приятно, — сказал он, чуть понизив голос. Затем он посмотрел на Юэна долгим, внимательным взглядом.

В его глазах отражалось всё, что он не сказал вслух: «Ты сам начал. Это ты пялился на меня не так, как должен смотреть партнёр. Это ты касался меня там, где не нужно. Это ты не мог отвести взгляд...»

Юэн почувствовал, как внутри всё перевернулось. Он стоял, словно прикованный к месту, не в силах ни отстраниться, ни сделать шаг вперёд. Его близость, этот новый, непривычный взгляд — всё это выбивало из равновесия, лишало привычной сдержанности.

Порыв был почти непреодолимым. Юэн хотел сократить расстояние, коснуться его лица, провести пальцами по растрёпанным волосам, ощутить мягкость его кожи. Желание было почти физическим. Оно было острым, настойчивым и пугающе реальным.

Юэн позволил себе вольность.

Он не понимал, что делает, но медленно поднял руку и коснулся запястья Эллиота. Прикосновение было лёгким, почти неуловимым, будто он проверял, реален ли тот. Тепло кожи обожгло пальцы, и Юэн осознал свою ошибку.

Этот простой жест прозвучал громче любых слов. В глазах Эллиота промелькнуло удивление, но не страх и не отторжение. В них читалось любопытство, смешанное с волнением, которое он испытывал сам.

Юэн резко отдёрнул руку, будто обжёгся. Внутри него вспыхнуло острое чувство вины. Не за то, что он совершил, а за то, как сильно этого хотел. За лёгкость, с которой перешёл невидимую черту, и за готовность своего тела ответить на близость.

Он попытался взять себя в руки, найти опору в привычных мыслях, но они ускользали. Эллиот продолжал смотреть на него. В его глазах плясали огоньки — то ли веселья, то ли чего-то более глубокого.

— Если вдруг снова захочешь меня спасти… я не буду против, — тихо сказал он. Его голос звучал как обещание и вызов одновременно, как нечто, чего он одновременно желал и боялся.

Юэн сглотнул, пытаясь вернуть самообладание. Он понимал: только что сделал шаг в сторону, откуда нет возврата. И самое страшное — он не знал, хочет ли возвращаться.