Глава 4. Внимательность не присуща влюбленным… (1/2)
Гермиона надевает белые брюки, что немного заужены снизу. Завязывает черные ленты от топа на животе, перекрестив их пару раз между собой. Наносит легкий макияж, подчеркивая брови специальным гелем с щеточкой.
Она хватает пару черных высоких челси, в которых намного удобнее танцевать, чем в туфлях.
Проверено опытом.
Гермиона знает, в них ее рост будет как раз дотягивать до Мерси, которая любит надевать каблуки.
Набросив сверху черный кожаный плащ, Гермиона выходит из квартиры, не забыв перед этим положить корма своему коту.
Дорога до клуба, где они частенько бывают занимают у нее меньше десяти минут на такси. Luxx<span class="footnote" id="fn_31358294_0"></span>, как обычно, встречает ее длинной очередью, но Гермиона просто подходит ко входу, у которого стоят два вышибалы в дорогих костюмах.
Один кивок, и черная лента открывается, позволяя ей пройти внутрь. В спину летят ругательства бедных людей, что так и остались на улице. Гермиона быстро улыбается, отдавая верхнюю одежду девушке в белой рубашке и черной жилетке.
В клубе играет жгучая музыка, и весь танцпол забит дрыгающимися людьми в полу трезвом и нетрезвом состоянии.
Гермиона маневрирует между двигающихся тел в направлении бара.
Она находит Мерси на их месте, небольшом закоулочке на крае бара, где музыка тише, а людей меньше. На ней черный топ с такими же длинными рукавами, что и у Гермионы. На ногах обтягивающие черные штаны, что сидят на ней как вторая кожа, обтягивая упругую задницу. Иногда она ловит себя на мысли, что завидует такой подтянутой фигуре Мерси.
Мерси сидит, попивая свой коктейль, закинув ногу на ногу и слегка раскачивая каблуком. Черные туфли светятся синим из-за клубных прожекторов.
Девушка широко улыбается, когда Мерси замечает ее и спрыгивает со стула.
— Ну наконец-то, — говорит она громко, стараясь перекрикнуть звуки музыки, что, как назло, сейчас на своей самой громкой ноте.
Гермиона обнимает ее, притягивая ближе.
— Привет, — шепчет она на ухо Мерси. От нее пахнет клубникой. Сигареты…
Гермиона улыбается. Это неизменная привычка Мерси. Ну, еще и алкоголь.
Девушки присаживаются обратно, и Мерси подзывает бармена. Девушка быстро подходит к ним, и Мерси просит повторить ей Лонг-Айленд. Гермиона берет такой же.
— Ну и, — начинает Мерси, допивая свой первый стакан алкоголя, — с кем оставила нашу маленькую мартышку?
— С Виктором, — легко отвечает она. — Ты?
— Ооооо, — протягивает Мерси, — моя ускакала к дедушке и бабушке. Они привезут ее к среде. Танцы, — Мерси закатывает глаза. Гермиона хихикает, прикрыв рот рукой.
Танцы — больная тема. Не дай Мерлин, пропустишь занятие. Да, еще и перед концертом.
Бармен ставит два стакана и забирает пустой. Гермиона улыбается ей. Берет стакан в руки. Нежную кожу слегка обжигает холод от льда, что плавает внутри. Подносит к губам, и обхватив трубочку, делает спасительный глоток разогревающей жидкости.
Она не замечает, как ее стакан заканчивается, и бармен приносит новый. Мерси говорит очередную ерунду, и Гермиону пробивает смех, что перекрывает музыку.
Despacito Луис Фонси
Мерси встает. Ее даже не качает после двух Лонг-Айлендов и еще какого-то шота, что подсунула им бармен. Протягивает руку Гермионе, и ведет их в самый центр толпы. Голова Гермионы слегка кружится от шума и уровня алкоголя в крови, но она чувствует себя свободной.
Диджей включает популярную испанскую песню. Мерси подмигивает Гермионе, и та посмеивается. Гермиона знает ее, и почти сразу начинает подпевать.
Блондинка берет ее за правую руку и начинает танцевать. Легкие движения бедрами восьмёркой. На каблуках ее движения более острые, нежели у Гермионы, которая повторяет за ней в ботинках.
Сначала песня легкая, чуть медленная. Лишь затем набирает свой латиноамериканский ритм.
tú, tú eres el imán y yo soy el metal
Me voy acercando y voy armando el plan
Solo con pensarlo se acelera el pulso
Она поворачивается вокруг своей оси ведомая женской рукой. Талия двигается в ритме музыки. Гермиона прогибается в пояснице, делая легкую волну. Мерси делает шаг вперед, поднимая указательный палец вверх в ожидании начала припева. Она широко улыбается.
De-spa-ci-to
Девушки проговаривают название песни также: разделяя слово на слоги. Смотрят друг другу в глаза, что блестят в клубных софитах.
Они крутятся в ритме зажигательной музыки. Вокруг них трутся новые парочки, с каждой секундой удаляясь все дальше от пьяных девушек, что выглядят сексуальней всех пар на танцполе.
Две взрослые женщины не сдерживаются, взрываясь под звуки музыки. Полностью доверяя свои тела ритму, что пронзает до кончиков пят. Их уносит в неведомую эйфорию музыки, что переполняет. Насыщает, каждую клеточку в организме, свободой.
Здесь, на тебя не будут смотреть будто ты кому-то что-то должна. Здесь нет правил, которым частенько нужно подчиняться. Танец и секс — одинаковы. По крайней мере, у Гермионы есть танцы…
Гермиона смеется, когда они в очередной раз поворачиваются, и громко поют.
Déjame sobrepasar tus zonas de peligro
Hasta provocar tus gritos
Y que olvides tu apellido
Первой разносит Мерси. Она поворачивается под самую быструю часть песни и начинает потрясывать своей задницей. Признаться, делает она это умело. Гермиона помнит, что та, ходила когда-то на танцы.
Девушка начинает хлопать подруге, подбадривая. Люди рядом оборачиваются, присоединяясь к Гермионе.
Замедление зал поет вместе. Пьяные. Безумные.
Им легко. Также, как и Гермионе с Мерси. У той, как выяснилось, проблемы с дочерью. Она тоже мать одиночка. Сумасшедшая мать одиночка — поправочка. Слишком увлеченная своей работой, что занимает много времени. Отдел полиции. Связи с общественностью. К тому же, теперь еще и на психолога учится.
Но сейчас, в этом шуме музыки и после двух коктейлей, она свободна…
Гермиона не может так, как она. Это слишком…
Без него не может.
Когда песня заканчивается и наступает небольшой перерыв между песнями, по залу проносятся овации. Гермиона поправляет волосы рукой, оглядывая зал. Ее дыхание сбито, а щеки цвета красного томата от жаркого танца.
Мерси утаскивает ее на место, громко смеясь.
***
— Дай угадаю, — язык блондинки лишь немного заплетается. Гермиона медленно прикрывает глаза, прокручивая трубочку от коктейля между пальцами. С момента танца прошло пятнадцать минут, но ее коктейль так почти и не тронут, — Ты не хочешь снова испытывать боль. Либо ты, — она кладет левую руку на ее бедро слегка сжимая, — хочешь снова почувствовать такую любовь.
Гермиона неловко улыбается. Доза алкоголя наконец ее не сдерживает. Она хмыкает.
— Что, если я никогда не переставала?
Они обмениваются какими-то слишком многозначительными взглядами, понять которые ни одна из них не в силах.
— Ты разве не знаешь, — наконец начинает Мерси. Ее голос трезв и чист, будто за пару секунд у нее произошла полная очистка мозга от алкоголя, — Если любовь безответна, то можно любить вечно.
— Звучит печально.
— Жизнь, вообще печальна, Гермиона. Лишь мы способны сделать ее счастливой. Не отказываться от возможностей. Любви. Всего. Никогда не поздно все изменить.
— А если страшно?
— Страшно умереть не живя, — слишком тихо и серьёзно.
Они молчат, не в силах выдавить ни слова. По ее щеке скатывается слеза. Ей страшно. Стенки в сердце трясутся так будто еще чуть-чуть и развалятся. Сложатся настоящим кирпичным домиком. Тогда она сломается.
— Он был моей первой любовью, — начинает Гермиона. Девушка за стойкой быстро забирает стакан Мерси и удаляется, — В школе. Мы встречались почти год. Никто не знал. Иногда я думаю, что было бы расскажи я тогда. Хоть кому-нибудь. Было бы легче? — она делает глоток алкоголя, под прожигающим взглядом подруги. — Он бросил меня. Было больно, но оно, — она начинает бить себя по сердцу и ухмыляется, — Оно не приняло. Будто все те слова, что он сказал тогда, наглая ложь. Понимаешь?
Мерси неуверенно кивает
.
— Ты думаешь он сделал это специально?
— Почти уверена…
***
— Я. Не. Люблю. Тебя, — уже спокойней произнес он. После всех обидных слов, что он успел ей наговорить за последние десять минут.
По ее щекам текли слезы, а Драко просто смотрел. Его сердце разрывалось, хотя эмоции на лице закрыты окклюменцией. Тетка Белла только начала его обучать. Так будет лучше, повторяет он себе.
Он сказал «Я не люблю тебя», зная, что это самая большая ложь в его жизни. Малфой ушел. Разбился, а потом отстраивал себя заново.
Он ушел, не ведая, что она ему не поверила…
***
Kiss Me Jason Walker
Блэк изнурял себя. Бегал по несколько часов. Проводил все свободное время в зале для тренировок. Ездил за город и срывался там.
Даже Альта предпочитала ночевать в гостиной эти дни.
Он пытался.
Строил ментальные стенки, смотря подолгу в собственное отражение. А потом…
Падал. Больно, почти смертельно. Не получалось.
Прентис вызвала его в пятницу. Ей, видите ли, не понравилось его психологическое состояние, которое все в отделе наблюдали последние дни. Он не срывался лишь на Мерси, та, как будто знала, когда его лучше не трогать.
За принятием и злостью пришла боль. Отчаянная. Такая, что ломает изнутри, не позволяя нормально дышать.
Ритм его жизни сбился на сто восемьдесят градусов. Единственная более-менее не изменившееся часть — прогулки с Альтой. Она не виновата.
Драко изнурял себя, чтобы потом лечь в постель и не думать о кофе, шоколадных глазах, волнистых волосах и вкусе персика, что так некстати подкидывало подсознание.
Как он может быть профессиональным профайлером и не мочь разобраться в самом себе?
Пойти, что ли, заказать анализ у Эй Джей?
***
Его спина прямая. Подбородок слегка приподнят. Малфой уверенной походкой подходит ко входу в элитный клуб, и не обращая внимания на очередь, что образовалась рядом со входом, проходит через открытый для него проход.
Драко имеет много связей благодаря своей работе в полиции, но он почти никогда ими не пользовался. Они ему не нужны. Он не его отец.
Но иногда, только иногда, Драко вспоминал своих друзей, с которыми можно было бы поговорить. Так, Марк порой наливал ему бесплатный кофе в Лавке.
Вот и сейчас.
Клуб, в который он пришел — его старого друга. Они познакомились на первом курсе университета. Лука Аверо сын итальянцев, которые иммигрировали в Британию до его рождения. Это официально.
Неофициально то, что знает лишь Драко. Лука Аверо сын итальянского мафиози, который сбежал из Италии подвергшись нападкам Сицилии. Но это. Не. Официально.
Драко редко ходит сюда. По клубам в принципе. Но… Сегодня.
Блэк не знает, почему появился здесь. Выпить? Но у него и так хороший запас дома, правда тот слегка поредел за последнюю неделю.
Он проходит в зал и сразу поднимается наверх по лестнице, даже не обменявшись взглядом с еще одним охранником. Мимо проходит девушка в слишком коротком и открытом платье. Драко не обращает на нее внимания. Ему плевать на таких.
Плевать на многих…
Музыка наверху намного тише, чем там, где танцует большинство.
Драко засовывает руки в карманы, подходя к ограждению у которого стоит его друг. Драко называет его так, потому что так проще. Они друзья, но Драко не вкладывает многого в это слово. Никогда не вкладывал.
— Не слишком ли много работников правопорядка на один клуб, — на британском английском выдает черноволосый мужчина поворачиваясь. В его руке стакан с янтарным напитком.
Драко снисходительно улыбается.
— Что? Мерси тоже решила окрылиться?
Владелец клуба хитро улыбается. Малфой знает, что та ему немного нравится. Точнее ее характер, который он один раз увидел.
— Она чертова дьяволица, — протягивает он и поворачивается обратно, смотря на толпу. Драко подходит ближе и опирается о железные перила. — Видел бы ты, что она вытворяла полчаса назад. Разорвала мне зал овациями.
Драко ухмыляется, сканируя взглядом зал.
— Она может.
Он находит светлую макушку почти в самом углу за барной стойкой. Она с кем-то разговаривает, держа руку на чужой ноге. Драко почти ничего не знает о ее жизни за работой. Только то, что у нее есть дочь и нет мужа. Прекрасная информация. И нет ничего удивительного, что она проводит вечер в клубе в компании своей…подруги?
— Не желаешь прогуляться? — кивая в сторону девушек спрашивает Лука. Он слегка щурится. По нему и так все видно. Мерси ему нравится.
— Ага, только дай мне выпить, Лука.
— Как прикажете, мой господин.
Драко усмехается, пока Лука вовсю смеется, попивая янтарную жидкость из своего стакана.
***
Гермиона знает: она изменилась. Она поняла это уже давно. Это живет с ней теперь всегда. Когда-то она была доверчивой хрупкой девочкой, что по выходным сражалась с троллями и пользовалась маховиком времени.
Это было так давно.
Но порой, ее накрывает.
Просто, в один момент осознание накрывает тебя, не позволяя думать боле ни о чем другом. С возрастом анализировать жизнь становится легче. И от этого становится страшно…
— Я устала, — не выдерживает Мерси. Гермиона понимающе улыбается. Вот теперь алкоголь взял свое. — От этого чертова одиночества. Устала каждый день вставать и готовить завтрак для Хлои, натягивая при этом улыбку будто все хорошо. Блять, как же заебалась, — Гермиона усмехается. Кажется, Мерси хватит. Она уже и сквернословит как сапожник. Мерси прячет лицо в ладонях. — Я скучаю по нему, — тихо бормочет она, и Гермиона знает, что та почти плачет.
— Я тоже, — выдыхает она так тихо, как только может. Будто рядом, за спиной, не находится полный народу ночной клуб. Будто в ней нет тех пару тройку стаканов. Будто…
Историю Мерси она слышала лишь однажды. Необъятная любовь. Долгожданный ребенок. Рак. Смерть отца Хлои на ее руках. Годовалый ребенок. Мать одиночка.
Бам.
Гермиона знает каково это, натягивать маску здорового человека, когда на самом деле разваливаешься изнутри. А никому показать нельзя. Тебе ведь нужно жить. Мерси начала жить ради Хлои.
Гермиона…
Она боролась за Лину с улыбкой, за которой скрывались часы слез в подушку или в ванной или… Слишком много.
Потом пришел Гарри.
Дальше…
А дальше было проще.
— Давай так, — неожиданно восклицает Мерси, и Гермиона даже дергается. Девушка перед ней улыбается, хотя в глазах все еще стоят непролитые слезы, — Даем шанс первым мужчинам, которые к нам подойдут.
Гермиона хмурится. Темные брови выстраиваются домиком над переносицей.
Вероятность, что к ним подойдут маленькая. И только поэтому она соглашается. А не потому, что в ней проснулся азарт. Нет. Не из-за этого… Мерлин, она сама в это не верит.
Она делает глоток воды, что так вовремя принесла ей бармен, и не замечает шокированный взгляд Мерси, которая пытается стукнуть ее по ноге.
— Дамы? — произносит голос с легкой насмешкой.
— Мерси, — вода встает ей по средине горла, и она начинает громко кашлять. Гермиона узнает его голос из тысячи.
***
Дальше, все как в том кино, что он однажды видел по телевизору. Девушка перед ним начинает кашлять, и Драко переводит взгляд на нее. Он узнает ее сразу же.
Серые глаза немного округляются в шоке.
Гермиона…
Она поворачивается, вытирая рот рукой. Не смотрит на него, обращаясь и даря улыбку Луке, который стоит справа от Малфоя. Тот показательно кланяется и хитро улыбается.
Драко прочищает горло. Музыка в зале теперь тихая, почти медленная. Так что его хорошо слышно и наверно поэтому, она решается перевести на него взгляд. Картинка, слишком замедленная. Он видит, как она нервно сглатывает и прикусывает нижнюю губу.
Ее шоколадные глаза почти дикие в темноте клуба.
— Вы что, знакомы? — врезается в его подсознание шокированный голос Мерси.
Гермиона дергается и быстро отворачивается от него.
— Да! — твердо отвечает Драко, переведя взгляд на Мерси, краем глаза замечая настороженный и удивленный взгляд Луки, — Мы…
— Мы учились вместе, — быстро выпаливает Гермиона.
Учились.
Драко усмехается. Да, именно учились. Учились целоваться. Учились познавать тела друг друга. Учились…
— … это же прекрасно. Дрейк, — его как будто вырывает из собственных мыслей. Лука хлопает в ладоши и почему-то ударяет его по плечу. Драко не знает, что происходит.
Мерси почему-то встает со стула и посылает ему улыбку.
Они остаются вдвоем. Как так произошло? Что случилось за те пару минут, что он витал в облаках?
— Потанцуем? — тихо и робко спрашивает Гермиона все еще сидя спиной к нему.
Стоп, что? Она… Она попросила меня потанцевать с ней.
— Но… но, я пойму если ты откажешься. Так что…
— Нет! — быстро вставляет он, пытаясь успеть за несущимися в голове мыслями. — Давай… Давай потанцуем.
***
Trust Me HELLSTRVCK
Его глаза блестят серым в попадающих лучах прожекторов, когда она решается поднять свой взгляд на него.
Гермиона достает макушкой до его подбородка. Он вырос. Она прикусывает нижнюю губу, понимая, как сильно он изменился.
Они танцуют медленно, почти с краю танцпола. Музыка прожигает кожу, покрывая мурашками. Или… Возможно это все его пальцы, что лежат на пояснице, обхватывая спину. Она чувствует их кожей, там где она открыта.
Гермиона злится и одновременно радуется, что надела именно этот топ с веревками.
Она делает глубокий вдох, и до нее доносится аромат ореха. Его. Это опьяняет лучше всех коктейлей вместе взятых. Ее мозги окончательно размягчаются от переизбытка серотонина в крови. Губы девушки растягиваются в манящей улыбке, и она поднимает взгляд на него, проходясь по его губам и лишь затем, устремляясь в серые глаза. Его брови слегка приподнимаются, когда он замечает ее взгляд и наверно, он что-то видит, потому что с его губ слетает тихое:
— Гермиона…
И это все. Конец. Ее последняя остановка. Как там сказала Мерси: первые кто к нам подойдут… дадим им шанс.
Она не знает зачем, почему решается на это. Но… Что-то дикое движет ею, когда она слегка приподнимается и впивается в его губы. Малфой замирает, а вместе с ним и ее сердце. Что он сделает дальше? Что…
Малфой отвечает. Робко и слабо. Но ей хватает.
Гермиона притягивает его ближе за шею. Его руки крепче сжимаются на ее талии, и она почти врезается в его мускулистое тело. Мужская борода слегка царапает, и Гермиона думает, что ему обязательно нужно побриться.
Он тот, кто углубляет поцелуй, ловя ее вздох, проникая в нее языком. Гермиона отвечает так, как умеет. С нежностью и любовью. Такой забытой и трепетной, что сделай шаг вправо или влево, и она разобьется. Но сейчас ей нестрашно. С ним ей нестрашно.
Это похоже на чертову магию, которую она так давно не ощущала. Его руки крепко держащие ее талию. Его губы, что скользят по ее губам. Его… Все. Она чувствует его возбуждение низом живота и слабо усмехается.