48. Искупление. (1/2)
Кейт, Ронда и Селеста отыскали отель и принялись терроризировать администратора на ресепшене.
— Да, были две девушки, с чёрными волосами и с красными, — кивнула работница гостиницы. — Но я не могу выдавать вам конфиденциальную информацию.
— Да в каком они номере, скажи! — истерила Кейт. — По-любому, в вип-номере! Где он?!
Джой ввалилась в двери отеля, прошествовала мимо всех к лифту, вызвала его и обернулась к своей команде.
— Идите сюда, я знаю, где вип-номер, — рявкнула она. — Я строила этот отель!
***
Когда Джой выбила плечом дверь вип-комнаты и ввалилась внутрь, то застала Джейн, скромно сидящей на кровати, сжимающей здоровой рукой искривлённую кисть другой руки, а Ред сидела на стуле возле стола и разбирала на мелкие части револьвер.
— Получи и распишись, — сказала она, подняв взгляд на вошедшего короля клана. — Твоя психованная девка взяла меня в заложники и заставила бесчинствовать...
— Чего?!
— Она купила этот пистолет, и тыкала им в меня куда заблагорассудится. Не веришь, посмотри записи камер этого отеля.
— Это правда, — выдавила Джейн.
Кейт, Селеста и Ронда добежали до номера, и окружив вновь поломанную звезду, с ненавистью воззрились на бандитку.
— Фас, Джой! Атакуй эту гадину! — возопила Кейт, указывая пальцем на ненавистную телохранительницу. — Она опять руки распускала!
— Не надо её бить, — слабо возразила Джейн. — Я сама виновата...
Джой окинула хмурым взглядом сначала Ред, потом Джейн, и задержала взгляд на её искривленном запястье.
— Прости, пришлось забрать у неё пистолет, пока она меня не пристрелила, — серьёзно сказала Ред, проследив за её взглядом. — Но она же быстро вылечится...
Джой прошла к кровати, и присев рядом с Джейн, попросила дать ей руку.
— Будет больно, терпи, — сухо сказала она, а потом потянула за пальцы и надавила в нужном месте.
Кости вернулись в правильное положение с глухим щелчком, огрев бессовестную звезду небольшой толикой внезапно возникшей боли. После чего Джой отпустила её, прошла к столу и плеснув стакан виски из разбитой бутылки, залпом выпила.
— Вы друг друга стоите, — хмыкнула Ред. — Два алкоголика...
Но договорить не успела, отхватив лицом удар крепкого кулака Джой.
— Ты, мать твою, совсем чокнулась ей потакать?! — взорвалась король клана и угрожающе нависла над сидящей телохранительницей. — Ты же могла прекратить это дерьмо, даже не начиная!
— Кто знал, что у неё так чеку сорвёт, — прохрипела та, запрокинув голову, чтобы не залить рубашку кровью, и отправилась в ванную осматривать свой нос.
— Вокруг меня одни психи! — прохрипела Джой, упав на освободившийся стул, и налила себе ещё виски в стакан.
Пока король приходила в себя, в комнату ввалилась Вероника в сопровождении полицейских. Джой успела смести со стола запчасти револьвера и затолкала себе под броню, когда услышала топот в коридоре.
— Знакомые все лица! — расплылась в яростной ухмылке шеф полиции. — Пройдемте, друзья, в участок! Будем разгребать ваше дерьмо, сукины дети!
Джейн и Ред сразу скрутили руки и надели на них наручники, а Джой заявила, что они с девочками только пришли, и девушка-администратор является свидетелем их явления.
— Я не буду сидеть в обезьяннике, — прорычала она в сторону Вероники, прежде чем уйти из комнаты. — На этот раз у тебя на меня ничего нет.
***
Джой стрелой умчалась, пока Вероника не отправила за ней полицейских, и погрузившись в лифт, набрала необходимую комбинацию цифр на панели кабины, чтобы остановить его между этажами, и выбросить запчасти револьвера в шахту, приоткрыв створки дверей сильными руками. После чего отправила лифт дальше. Полицейские всë же схватили еë, когда она самозабвенно курила, стоя на крыльце отеля.
— Я тебя не отпускала, — прорычала Вероника, схватив Джой за шею и встряхнув что есть мочи. — Сейчас мы обыщем твою броню, кто знает, что ты под ней скрываешь...
***
Под бронёй Джой полицейские нашли чёрные боксёры и чёрную майку, и никакого револьвера.
— Он бы там не поместился, — сообщил полицейский, осмотрев узкий костюм. — было бы видно снаружи.
Джой благоразумно промолчала о том, что пришлось засунуть части оружия в свободное пространство между ног, где обычно прятались страховочные ремни.
«Хорошо, что у меня нет причиндала», — облегченно выдохнула она про себя.
Вся компания снова находилась в полицейском участке, пока происходил допрос подозреваемых. Джейн, как заведенная, винила во всём себя.
— Скоро концерт, я перенервничала и попросила Ред сопроводить меня на стадион, поглядеть одним глазком на сцену, — жалостливо говорила она.
— Ясно, почему нельзя было попросить Джой? — устало вздыхала Вероника. — Это её стадион, по официальным документам...
— Я думала, что он мой... Она сказала, что подарила его мне...
— Я понять не могу, ты на самом деле такая тупая, или притворяешься? — хмыкнула Вероника. — Ладно, что насчёт магазина?
— Мне захотелось поиграть в бандитов, — выдавила несчастная звезда. — Я всегда за всё плачу деньгами, захотелось понять, как это, когда поступаешь неправильно...
— А потом тебе понравилось, да?!
— Да...
— Господи...
— Но мы же не сделали ничего плохого, — принялась оправдываться Джейн, состроив премилое лицо. — Никто не пострадал...
— Если опустить вторжение на стадион и нелепое ограбление магазина, вы угнали автомобиль и угрожали пистолетом представителю власти.
— Мы не украли машину, — возмутилась Джейн. — Я дала Ред деньги, чтобы она оставила их на стойке администратора.
— Тот есть, ты считаешь, что вы так заплатили, хотя прокат был закрыт и там никого не было?..
— В бункере это было обычное дело... — соврала Джейн.
— Но ты не в бункере, — вздохнула Вероника. — Ладно, дальше. В чем провинился мой сотрудник? И зачем вы сюда приехали вообще?!
— Сдаться полиции, — призналась звезда. — Но он нас напугал.
— И ты наставила на него револьвер?!
— Он был не заряжен...
Вероника хмуро посмотрела на несчастное, виноватое лицо звезды и выпроводила её вон, вызвав в допросную комнату Ред.
— Где пистолет, Редди?..
— Потеряли.
Вероника встала, прошла к стене где висела видеокамера, развернула её в сторону, и зажав заключённой рот, отвесила той несколько болезненных ударов, после чего поверженная бандитка рухнула на пол и осталась лежать, пытаясь прийти в себя.
Вероника вернула камеру на место, и села за стол.
— Теперь рассказывай свою версию произошедшего, — устало вздохнула она.
— Всë так, как сказала Джейн...
— То есть какая-то девка, похлопав длинными ресницами, заставила тебя нарушить закон аж четыре раза за день?!
— Она мой босс... Я ей подчиняюсь...
— Ты не должна подчиняться настолько!
— Это были безобидные игры, Вероника...
— Да, до того момента, как она оскорбила представителя власти!
— Мы приехали сдаваться, я сама охренела, когда она это сделала...
— А потом вы сбежали, как трусливые крысы.
— Это я сбежала, — обречённо выдавила Ред.
Вероника встала со стула, и грубо схватив бандитку за локоть, поставила на ноги и заставила сесть на стул.
— В глаза мне смотри, тварь, — прорычала она, усевшись напротив.
Ред послушно уткнула взгляд серых глаз в серьёзные глаза шефа полиции.
— Эта твоя Джейн, неадекватная, — наконец сказала Вероника. — У всех жителей подземных борделей поломанные мозги, но бывают такие как она, конченные психи...
— Она не псих, — вздохнула Ред. — Просто у неё разбито сердце...
— Поверь мне, Редди, я видела таких, как она, — хмуро сказала шеф полиции. — Даже диагноз есть медицинский, «психопатия» называется. Она настоящий тихий психопат.
Ред промолчала, отведя взгляд и погрузившись в размышления.
— Она делает вид, что милая девка, а внутри холодная, жестокая и фальшивая. Бессердечный манипулятор. Вот кто такая твоя босс.
— Да она безобидная...
— Я провела ей простой тест на выявление психопатии, Редди, — серьёзно сказала Вероника. — Джейн набрала 92 балла. Что ты о ней знаешь вообще? Милая, талантливая, слабая овечка?
— Десять лет изображала из себя другого человека, чтобы её любили...
— О чем её песни?
— О любви... Но как я поняла из разговоров, Джой её первая любовь...
— То есть она писала песни о том, чего не знала даже близко.
— Разве психопаты могут влюбиться?.. — хмуро спросила Ред, подняв взгляд на Веронику.
— Психопаты не чувствуют эмпатии и зациклены на себе, но отлично мимикрируют под окружающих, — вздохнула Вероника. — Не думаю, что то, что она чувствует можно назвать любовью... Или произошло чудо.