1. Любовь в небе. (1/2)

— Эй, король... Не хочешь развлечься на уровне десяти тысяч метров над землёй? — кокетливо подмигнула Селеста через пару часов пути.

Компания путников летела в самолёте, с комфортом расположившись в бизнес-классе новенького авиалайнера. Джой пыталась смотреть фильм на планшете, завернувшись в плед, и засунув в уши внутриканальные наушники, но сюжет фильма был драматичным, а её настроение — печальным, поэтому дерзкое предложение Нимфы не вызвало в душе должного ажиотажа.

— Что-то не хочется, — вздохнула она, на мгновение переведя взгляд на Джейн.

Звезда сидела в соседнем кресле, и разделял их только проход, по которому сновали пассажиры, уставшие находиться в одном и том же положении в течении нескольких часов. Джейн тоже была завернута в плед, и что-то увлечённо вырисовывала в нотной тетради, которую взяла с собой на борт самолёта. Джой болезненно следила за её сосредоточенным занятием и видела перед собой ту самую пятнадцатилетнюю девчонку, с которой когда-то делила маленькую комнату в далёком подземном бункере. Измученное сердце обожгло болью, приправленной бесконечным чувством вины, и она отвернулась, судорожно выдохнув.

У беременной роженицы начались гормональные скачки, поэтому Селеста восприняла её нервный вздох и блеск в глазах по своему, и возбужденно зашептала:

— Если хочешь Джейн, сейчас самое время сделать первый шаг, — заговорщицки сказала она, пихнув её в бок, и достав наушник из её уха.

— Чего?!

— Да ладно, я знаю, что у тебя на неё стоит, — тихо посмеялась Селеста. — Идеальнее момента и не придумаешь! Вы больше не друзья, для неё ты вообще незнакомый человек. Мы в небе, в замкнутом пространстве. Воспоминания на всю жизнь обеспечены!

Джой с негодованием смотрела на Селесту, и хотела заткнуть уши, чтобы не слышать подобный бред. Она вырвала наушник у неё из руки и попыталась вернуть его в слуховой канал, но девушка потянула её за локоть.

— Джой, ты смиришься с тем, что у неё вообще не останется воспоминаний, связанных с тобой? — прошипела она ей в свободное ухо.

— Не такой ценой, — прорычала в ответ Джой,  вырвав руку и засунув наушник в полагающееся место.

Пока они препирались, фильм закончился и Джой всё же услышала то, что сказала Селеста.

— Когда всë закончится, вы можете навсегда разойтись, и никогда больше не встретиться, — серьёзно сказала Нимфа. — Ты не думала, что она выбрала своим домом ваш город, только потому, что там была ты?..

Джой почувствовала резь в сердце, и отвернувшись от Селесты, с отчаянием в глазах уставилась на Джейн.

— Если она тебя не помнит, то может снова бросить, как много лет назад, да?.. Но на этот раз... Кому будет больно, Джой?..

Джой промолчала. Ей уже было больно. Нестерпимо больно видеть равнодушный взгляд знакомых бирюзовых глаз, слышать холодные фразы, какими перебрасываются с едва знакомыми людьми, и всеми фибрами души осознавать, что теперь приятные тёплые воспоминания о дружбе остались только в её памяти.

«Нет-нет, ты моя «бывшая жена», ты не можешь обо мне забыть, — несчастно подумала она, сглотнув подкативший к горлу ком горечи. — Какого хрена, Джейн?!»

Джейн будто услышала её душевные терзания и подняв голову, бросила взгляд в глаза Джой. Но через секунду неловко отвела  его, переключив своё внимание на конец прохода, где находился санузел. Убедившись, что туалетный отсек свободен, она поднялась на ноги и отправилась к своей цели.

Джой едва не упала с кресла, от взбудораженных пиханий локтем со стороны буйной роженицы.

— Иди за ней, — прошипела Нимфа. — Давай! Оставь в её голове хоть какое-то воспоминание о себе!

В тот момент из кармана Джой выпал пузырёк с ароматизатором, и единственная мысль, проскочившая в её мозгу, показалась ей необычайно находчивой.

«Пан или пропал», — отчаянно подумала она, вскочив с кресла.

Через две минуты крайне взволнованная Джой нервно топталась возле двери санузла, в ожидании, когда звезда закончит свои дела и откроет дверь. Когда это произошло, Джой затолкала её обратно и войдя следом, заперла дверь за собой.

— Какого хрена?!

Туалетный отсек самолёта оказался необычайно узким, и не был рассчитан на то, чтобы вмещать в себя даже двоих взрослых людей. Так что Джой оказалась тесно прижата к ошарашенной от неожиданности рок-звезде.

— Что происходит?! — негодующе прохрипела Джейн, пытаясь убрать раскрасневшееся от смущения лицо подальше от Джой, и как-то отстраниться. — Как там тебя... Джой?..

— Надо поговорить, — хрипло сказала Джой, не спуская взволнованного взгляда с лица Джейн.

Она была чуть ниже рок-звезды, и находясь в паре сантиметров друг от друга, на уровне её взгляда оказались чувственные, манящие губы, покрытые почти натуральным влажным блеском.

— Это помада? — выдавила Джой, не в силах оторвать взгляд.

— Вообще-то, ухаживающий бальзам, — смущённо проговорила Джейн, отвернув лицо с губами в сторону. — Ты об этом хотела поговорить?

— Нет, я...

Джой осеклась, осознав, что если бы в её штанах находился тренажёр, то он снова бы восстал. Джейн благоухала каким-то новым незнакомым парфюмом, а её кожа, оказавшаяся в невероятной близости от глаз Джой, показалась ей совершенной настолько, что захотелось её потрогать. Она нашла в себе силы, чтобы сморгнуть наваждение, и отвернув пылающее лицо, отстранилась, настолько, насколько было возможно это сделать.

— Ммм... Чем я пахну? — выдавила она, вспомнив о настоящей цели своего визита. — Ты можешь... Понюхать?

— Мне бы этого не хотелось, — нервно сказала Джейн куда-то в область уха Джой, заставив её вздрогнуть.

— Я настаиваю, — прохрипела Джой. — Пожалуйста...

— Я тебя не знаю! — в отчаянии воскликнула звезда. — С чего бы мне тебя нюхать?!

— С того, что я тебя знаю, — прорычала Джой, и повернувшись, прижала Джейн спиной к свободной стене, а сама упёрлась ягодицами в край раковины.

В таком положении они оказались крепко прижаты друг к другу, и Джой невольно порадовалась тому, что тренажёра больше не было в её жизни. Она стояла почти уткнувшись Джейн в шею, и изо всех сил надеялась на благоприятный исход своей задумки.

— Давай, нюхай, — приказала она, оперевшись на стену локтями, на случай если звезда решит попытаться вырваться.

***

Джейн совсем оцепенела от неожиданности, когда с двух сторон её окружили мускулистые конечности наглой атлетки, а сама она всем корпусом вжимала её в металлическую стену санузла самолёта.