Глава 3: Октябрь (2/2)
— Я не знаю… Всё навалилось, — устало вздыхает Юнги, устремив взгляд куда-то мимо.
— Я начинаю за тебя волноваться. Поговори со мной, если нужно…
— И как ты мне поможешь? — срывается Юнги. — У тебя, блядь, всё идеально! Родители тебя любят, у тебя охуенный парень, ты учился в столице, тебя все поддерживали! Ты мог выбрать, куда поступать! У тебя есть, сука, всё!
Тишина. Намджун молчит.
Юнги опускает голову.
— Прости…
— Ты не виноват, — мягко говорит Намджун. — В моей жизни действительно всё хорошо, я это ценю. Но, Юнги… тебе нужен кто-то рядом. Тебе нужен психолог.
— Я не могу позволить себе это. Родители не поддержали. Всё… — он снова вздыхает. В этом вздохе — вся усталость последних месяцев.
— Просто… пообещай, что сделаешь всё, чтобы выкарабкаться. Я переживаю за тебя.
— Я ничего не обещаю, — отключается. — Было бы всё так просто…
На улице темнеет. Он выходит на балкон съёмной квартиры. Курит.
Смотрит на пустынный двор, на серые дома. Он сам не понял, как втянулся в это — каждый раз покупать сигареты.
Привык.
Это и было самым страшным — привыкнуть к боли. К бессилию. К одиночеству.
Он начал в этом жить.
В этот момент телефон вибрирует.
Сообщение от Намджуна:
«Я нашёл кое-что. Бесплатную психологическую помощь. Попробуй сходить. Вдруг там есть
кто-то, кто говорит по-корейски.»
Юнги молчит.
Потом просто отвечает:
«Спасибо.»
Позже, он снова в ванной. Стоит перед зеркалом.
Смотрит на себя.
Тени под глазами. Покрасневшие веки. Губы прикушены.
Плечи опущены. Голова чуть склонилась — как у человека, который давно не спал.
Он всматривается в отражение.
— Почему ты снова плачешь?.. — тихо шепчет.
Как будто разговаривает с кем-то другим. С собой. С тем мальчиком из прошлого.
И — да. Он снова плачет. Без рыданий. Без истерик. Просто — слёзы.
Словно душа треснула — и из неё вытекает то, что давно копилось.
Он не боится этого чувства.
Боль — это всё, что он сейчас чувствует.
Значит, он ещё жив.
Он опирается о раковину.
Закрывает глаза. Вдыхает.
Один.
Но всё ещё держится.
И это уже победа.