Глава 24. Загадки отгаданы? (1/2)

Тео порывисто скидывал с меня пальто, наброшенное поверх квиддичной формы и алчущими губами оставлял поцелуи — немного нервно, дёргано и невероятно чувственно. Узкие штаны сжимали мой вставший член, готовые вот-вот порваться.

Я, торопясь, размотал нелепый шарф и куда-то бросил, тут же спотыкаясь об него.

Тео резко притянул меня ближе, и я почти впечатал своим телом его в стену.

— Если нас увидят, то исключат, — шепнул я.

— Безумно заводит, не правда ли?

Безумными здесь были только чёрные глаза, горящие в темноте лихорадочным блеском, который завораживал меня и вынуждал совершать безрассудные поступки.

Такие, как секс в общем коридоре Академии, в надежде, что укромная ниша спасёт нас от случайных очевидцев.

— Скучал по тебе и твоему члену, — Тео оттянул пояс моих форменных штанов, освобождая изнывающий пенис. — Хочу, чтобы ты трахнул меня. Быстро и грязно.

Я взглянул на его рассечённую губу, которая от поцелуев снова закровоточила, на спутанные кудри, на окрашенные румянцем скулы и, недолго думая, развернул его к себе спиной, срывая куртку и расстёгивая ремень на брюках.

Еле отыскав палочку и шепнув заклинания, я кинул её прямо в кучку из одежды на полу. Деревяшка пролетела мимо мягкой ткани и громко брякнула о камень, разорвав тишину в коридоре.

— Давай быстрее, — торопил меня Тео.

Что ж, я не посмел противиться его желанию и вошёл в него сразу до самых яиц. Обычно мы устраивали эдакую прелюдию, растягиваясь по-маггловски, но не сегодня.

Хвала магии.

— Блядь, Гарри, — выдохнул Тео, простонав моё имя. Я мазнул губами по его виску, а затем прикусил кожу на шее, где слишком соблазнительно торчал позвонок.

— В тебе так хорошо, — бормотал я как поехавший, двигаясь размашисто и быстро, крепко вцепившись в смуглые бёдра пальцами. — Ты такой потрясающий…

Кто бы заткнул мой болтливый рот; никогда не отличался разговорами во время секса, но после сегодняшнего признания хотелось говорить что-то очень нежное: то, что рвалось изнутри так долго, не находя выхода до сегодняшнего дня.

Коридор наполнили влажные шлепки, пока я безостановочно вбивался в Тео рваными и резкими движениями, вырывая стоны, которые тот старался приглушить, прикусив свою руку.

— Какой ты тесный и горячий, — бесстыже шептал я, скользнув рукой к члену Тео, сжимая и небрежно надрачивая.

Тео был на пределе; он подавался назад, насаживаясь на меня и царапая каменную стену.

— Гарри, — всхлипнул он. — Так скучал по тебе, я так тебя…

Мой ритм сбился окончательно, и я, не сдержавшись, громко простонал. Удовольствие затапливало и концентрировалось внизу живота, ещё немного — и я взорвусь абсолютным, безбрежным наслаждением.

Болтая что-то бессвязное о том, как здорово трахать его, такого отзывчивого и невероятного, я чувствовал, что приближаюсь к тому, чтобы кончить.

Футболка прилипла к спине, ягодицы Тео и мой пах были горячими и мокрыми от пота и смазки, знойный запах секса сносил крышу, и я сильнее прижимался к Тео, стараясь войти ещё глубже. Стенки кишки обхватывали плотно; и я находил особую прелесть, глядя, как напряжённый ствол растягивает узкую розоватую дырку, то показываясь почти на всю длину, то полностью скрываясь так, что я мошонкой ощущал чужую промежность, ударяясь о кожу с каждой фрикцией.

— Гарри, сильнее, — Тео ниже прогнулся в пояснице, образуя красивый изгиб спины с выступающей округлой задницей. Он направил мою руку, что дрочила его член, так, как ему хотелось, и я подхватил темп, ощущая пульсацию в своей ладони. — Еби меня жёстче.

— Ты завтра не сможешь ходить.

— Мне похуй, знаешь, — бросил он.

Бархатистая скользкая головка члена скрывалась в моем кулаке, обильно пачкая смазкой.

Я снял свободной рукой по очереди ладони Тео от стены и положил на ягодицы.

— Разведи шире.

Оторвавшись от его члена, чтобы накрыть ладони своими, предоставляя лучший обзор, я буквально задыхался от того, насколько откровенная картина явилась моим глазам.

— Можно ли кончить только от члена в заднице? — спросил я, переведя дыхание.

— Не знаю, — Тео опирался на стену щекой, окидывая меня греховным взглядом. — Я бы потренировался с тобой.

Я уже совершенно точно лишился рассудка, потому что неистово вколачивался в него, забыв собственное имя, если бы Тео не напоминал его в своих полувздохах-полувсхлипах.

— Ещё, Гарри.

Я вернул ладонь на его член, потому что уже не мог долго сдерживаться.

Накрывший оргазм оказался настолько головокружительным и мощным, что я едва не потерял сознание, когда изливался долгими очередями глубоко внутрь. Тео тоже кончил, пачкая мою руку и стену, на которой почти лежал. Его широко (насколько позволяли спущенные брюки) разведённые ноги дрожали, а он сам тяжело дышал.

Я вышел из него, заворожённо смотря, как вытекает моя сперма из растянутого ануса.

— Мерлин, Гарри, — Тео, ещё содрогаясь, обессиленно рухнул на горку одежды на полу, и я следом за ним, пытаясь отыскать палочку.

Он прижался ко мне влажным лбом — весь такой тёплый и тяжёлый. Я поцеловал его в висок, где суматошно билась венка, и наконец нащупал палочку, сразу кинув Очищающие на себя и на него, потому что липкая кожа неприятно холодела и чесалась.

Горячие руки обвились вокруг моих плеч, шею щекотали лохматые кудри, а голос Тео приятно ласкал слух:

— Как я скучал без тебя всё это время. Как ревновал. И боялся признаться.

— Я тоже скучал, — ответил я, наматывая его локон себе на палец и немного дёргая. — Не отпущу тебя больше никуда и не отдам никаким Маркам.

Тео тихо рассмеялся.

— Ну не было ж никакого Марка. А вот Сэм был.