020 ; phase one complete (1/2)

020

первая фаза завершена

charlotte's pov

Нэнси и Джонатан на следующий день вообще не приходят в школу. Я сижу одна в машине и обедаю, а на химии мне приходится работать в паре с этой чертовой Стейси Андерсон, чтобы провести титрование. Это меня реально бесит, потому что она без умолку болтает о своем парне, и мы обе едва избегаем наказания за то, что не уложились в отведенное время.

Я знаю, что это глупо, но из-за этого я скучаю по своим друзьям. Понятия не имею, где они и что делают, и даже несмотря на то, что у меня в голове творится полный бардак из-за Нэнси и Стива, я все равно немного злюсь из-за того, что они не позвали меня с собой.

Может быть, это что-то важное, в чем мне не позволено участвовать, как в прошлом году с их планом «охоты на монстров». Или, может быть, они, наконец, признали, что нравятся друг другу теперь, когда Стив исчез из поля зрения.

Исчез? Не знаю. У меня голова болит от одной мысли обо всем этом.

Когда я прихожу домой, у меня плохое настроение, и оно ухудшается, когда я застаю маму в гостиной за просмотром того самого сериала, который она так обожает в последнее время. Хотя в кои-то веки она на удивление без Мяуса, но, по всей видимости, этот факт не остался для нее незамеченным, ведь она тут же спрашивает меня:

— Шарлотта? Ты видела Мяуса?

Мама вела себя. нормально после того, как я вернулась домой поздно вечером. Она не ворчала так сильно, как обычно, и даже зашла так далеко, что спросила, как прошел мой вечер.

— Я только домой вернулась, мам, — вздыхаю я, проходя через гостиную на кухню.

— Ну, ты ее видела? — Спрашивает она, вытягивая шею, чтобы посмотреть, как я роюсь в холодильники. — О, подашь мне Доктор Пеппер?

— Не видела, — я достаю банку (последнюю, которую приберегла для себя. — Дастин уже дома?

Мама забирает у меня газировку, когда я передаю ее ей.

— Не уверена. Я слишком увлеклась этим сериалом, — усмехается она и открывает банку, а затем начинает рассказывать мне о том, что смотрит. Я застреваю там на пятнадцать минут, кивая и реагируя совершенно наугад, где это необходимо, пока она не спрашивает, не хочу ли я присоединиться к просмотру.

— О, — я прикусываю внутреннюю сторону щеки и отталкиваюсь от стены, на которую опиралась. — Вообще-то у меня много домашки. Прости, мам. В другой раз.

Она просто кивает и говорит мне, чтобы я поискала Мяуса, а затем снова обращает все внимание на экран телевизора.

На самом деле я не видела своего младшего брата с утра на Хэллоуин, и я действительно хочу узнать, почему мама сказала, что он вел себя странно прошлой ночью. Джонатан сказал мне, что их компания приняла к себе младшую сестру Билли Харгроува — рыжую девчонку с крутым скейтбордом, которую я постоянно вижу, и, возможно, я слишком любопытна, но если Дастин в нее влюбился, то мой долг, как его старшей сестры, знать об этом.

Я стучу в его дверь один раз, затем жду секунду, а после открываю. Его там нет, а значит и дома тоже, и мне придется поймать его после ужина.

Когда я уже собираюсь уходить, мое внимание привлекают крошечные темные пятна на ковре. Я оглядываюсь через плечо, убеждаюсь, что никто не видит, а затем проскальзываю внутрь и закрываю дверь, чтобы осмотреться.

Аквариум Йертла накрыт большой тканью, что странно, поскольку вчера утром я уже находила его бродящим по полу. Первая мысль, которая мелькает у меня в голове, — это то, что Дастин проводит какой-то странный научный эксперимент над своей черепахой, но когда я отодвигаю ткань, то быстро понимаю, что это не так.

В стекле огромная дыра, с разбитых осколков что-то капает… странная слизь. Йертла внутри нет, но прямо в центре лежит что-то большое.

— Что за херня? — Бормочу я себе под нос, нерешительно протягивая руку, чтобы взять это. Оно влажное и липкое и подозрительно похоже на слой кожи. Я не так умна, как мой брат, но точно знаю, что это не черепаха.

Словно подтверждая мои подозрения, что-то в углу комнаты Дастина рычит. Я буквально подпрыгиваю от неожиданности и оборачиваюсь, чтобы посмотреть, но там нет ничего, кроме темных пятен на ковре… которые, как я теперь понимаю, ведут прямо к стулу у его шкафа.

Выставив руку со слизью перед собой, словно это оружие, я принимаю совершенно глупое решение — пойти и посмотреть. Это похоже на кровавый след, который тянется по ковру, а затем поднимается по пожелтевшей обивке кресла. Когда я подхожу ближе, в нос мне ударяет запах, который подтверждает мои догадки. Как будто отвратительных влажных звуков, которые я слышу, было недостаточно.

Что, черт возьми, задумал Дастин?

Я нерешительно выглядываю из-за стула, и все мое тело напрягается от страха.

Что-то пожирает мою чертову кошку. Оно склизкое и покрытое венами, нависает над Мяусом и утыкается мордой прямо ей в живот. Не знаю, стоит ли мне кричать или блевать, но когда оно медленно поднимает голову, чтобы посмотреть на меня, я чуть не теряю сознание.

Тварь открывает пасть и визжит на меня, ее рожа разделяется на части, как у того зубастого цветка, который я видела в доме Байерсов в прошлом году, и я принимаю решение. Я кричу в ответ и в порыве панике швыряю склизкую кожу, которая все еще была в моей руке, прямо в нее.

— Что, черт возьми, ты делаешь?