Глава 1 (2/2)

Ольга принесла теплую тряпку, которой обтерла замерзшие ладони путника, а после налила из самовара чашку чая, которую наказала выпить до дна.

— Ну что, отмерзли ноженьки? — поинтересовалась она.

— Да, намного лучше. Благодарю вас.

Ольга в очередной раз отмахнулась от него рукой.

— Снимай тогда одежду, сейчас принесу тебе сменную. Муж мой, конечно, не такой комплекции, но у тебя не особо-то много вариантов.

Парень послушно попытался раздеться. Это оказалось очень трудно. Пропитанная кровью одежда намертво прилипла к такому же окровавленному телу, а лютый мороз лишь усилил эту связь. Он словно сдирал с себя кожу, обнажая жуткие раны, которыми был испещрен. Дети в углу комнаты в ужасе сморщили лица, отворачивая головы, но продолжая искоса за ним наблюдать.

Ольга вернулась, неся в одной руке стопку одежды, а в другой — крупное махровое полотенце, пропитанное водой.

— На, оботрись от крови, — сказала она, отдавая ему полотенце и укладывая на подлокотник кресла одежду, — Больше я никак не могу помочь твоим ранам. Выглядят серьезными, боюсь только наврежу.

— Все в порядке, — замахал руками путешественник, — Я же испорчу ваше полотенце.

— Не переживай, куплю новое. Дети, дайте гостю спокойно переодеться, — прикрикнула она на подростков.

Настя с Петром быстро выбежали из комнаты, оставляя взрослых наедине.

— Не буду тебя смущать. Если понадобится помощь, я сразу за дверью, — сообщила Ольга, также покидая комнату.

Парень обтерся теплым и влажным полотенцем, смывая с тела засохшую кровь. Раны слегка кровоточили, но по большей части уже покрылись корочкой. Бросив свою одежду на пол мокрой кучей, он надел принесенные Ольгой вещи. Эта одежда гораздо больше соответствовала обстановке. Теплый серый свитер, связанный вручную и украшенный узором-косичкой, плотные подштанники с начесом, широкие брюки и шерстяные носки.

— Ольга, я переоделся! — позвал молодой человек.

Женщина вернулась в комнату и подняла с пола его старую одежду.

— Что ж, я могу попробовать ее отстирать, но ничего не обещаю, — задумчиво произнесла она.

— Нет-нет, что вы. Она совершенно мне не пригодится, давайте просто выкинем ее.

— Она для тебя ничего не значит?

— Для меня сейчас ничто не имеет значения…

Ольга пожала плечами, унося его одежду в сени, через которые они попали в комнату, и возвращаясь с такими же ботинками, какие были надеты на ней и ее детях.

— Вот, надень валенки, не ходи босиком.

«Валенки»… Мужчина ничего не помнил, но был уверен, что никогда не слышал это слово раньше. Он осмотрел необычную обувь и медленно погрузил в нее ноги. Тепло. Удобно.

— Голоден?

— Да, если вас не затруднит, я бы поужинал где-нибудь у камина…

— Камина у нас нема. Садись на печку. Принесу тебе кашу.

Закончив с едой, мужчина в очередной раз начал благодарить хозяйку за гостеприимство.

— Хватит благодарностей, ну сколько тебе говорить? Лучше расскажи нам с ребятками, откуда ты такой появился.

Семейство расположилось у печки, с любопытством разглядывая порозовевшее в тепле лицо путника.

— Я правда не знаю, что вам сказать. Я очнулся в каком-то подземелье, весь в крови. Я ничего не помнил, но попытался выбраться на поверхность. На улице была вьюга, но у меня не было других вариантов, кроме как идти сквозь нее. В подземелье я бы и так погиб. Я не знаю, откуда я. Я не помню ни города, ни улицы, на которой живу. Быть может, у меня и вовсе не было дома.

В глазах детей ужас смешался с сочувствием.

— Что ж, непохоже, чтоб ты был из Снежной, — заметила женщина, — Иначе знал бы, что в метель так одеваться нельзя.

— Снежной… Да, я помню! Тейват, семь регионов. Мондштадт, город ветра, Ли Юэ, город контрактов, Снежная, северное королевство…

— Да, мы знаем географию, — не удержался Петр, тут же получив подзатыльник от матери.

— А из какого ты региона будешь, милок?

Мужчина зажмурился, напрягая память.

— Нет, не помню, как бы ни старался. Но… Сейчас я в Снежной, верно?

— Да, это деревня Морепесок, — подтвердила женщина, — Ох, тебе бы поспать, может, утром полегчает и память проснется? Располагайся на печи.

— Что вы, мне подойдет и скамья…

— На печи ложись, — отрезала Ольга, — Завтра придет мой муж, отведет тебя к своему врачу. Там тебя быстро на ноги поставят. У нас хороший лекарь, все-таки Василий застрельщиком служит в Фатуи.

По горделиво приподнявшей голову Ольге стало понятно, что быть членом Фатуи очень почетно.

— Мне несказанно повезло оказаться рядом с вашим домом, — сказал юноша, ложась на печи и накрываясь пледом.