Часть 2 (1/2)

Спустя десять минут мужчина, наконец, успокоился и взял себя в руки. Переодевшись в ту самую рубашку, которую выбрал для него Мо Жань, он прихватил пышный букет и поспешил на выход. Внизу у парадных дверей его вежливо поприветствовал консьерж, и Ваньнин любезно кивнул ему в ответ. Мужчина прошёл к автостоянке и, отыскав глазами тёмно-синий ягуар, двинулся к нему навстречу.

— Почему так долго? — спросил парень, едва Ваньнин уселся в машину.

— Искал ключи, — ответил мужчина, передавая Мо Жаню цветы.

Молодой человек молча принял букет и аккуратно сгрузил его на заднее сиденье. Он кинул на мужчину многозначительный взгляд, но промолчал.

— Ехать два часа, — недовольно проговорил Мо Жань, — и это ещё без учёта пробок. Надеюсь мы не опоздаем по твоей милости, — сказал он, включая зажигание и трогаясь с места.

Ваньнин, поджав губы, отвернулся и уставился в окно, отвечать что-либо ему совершенно не хотелось. Они так и ехали молча: Ваньнин всю дорогу притворялся, будто он спит, а Мо Жань делал вид, что он во всё это верит. Конечно же, они не успели вовремя: бешеные пробки в час пик задержали их на долгих сорок минут. И когда им всё-таки удалось добраться до места и припарковаться, телефон Мо Жаня громко зажужжал, оповещая о входящем звонке. Парень взглянул на экран и, принимая вызов, кивнул Ваньнину, чтобы тот выходил.

— Мне сейчас неудобно говорить, да, вечером приеду, — выхватил мужчина, когда вылезал из авто.

Ваньнин нахмурился и уставился на него, но парень буквально перед его носом захлопнул дверь. Мужчина обомлел от такой наглости и ещё с минуту прожигал его взглядом через боковое окно, пока Мо Жань с кем-то увлечённо беседовал.

— Кто тебе звонил? — спросил Ваньнин, едва парень успел выйти из машины.

— С работы, — коротко ответил Мо Жань и направился в сторону родительского дома.

— Но, кто это? — еле поспевая за ним, не унимался мужчина.

Молодой человек резко затормозил и развернулся, едва не задев его лицо букетом. Он прищурился и, с высоты своего роста взглянув на мужчину, прошипел:

— Ваньнин, ты что, собираешься закатить истерику возле дома моих родителей?

— Я просто… — тихим голосом начал мужчина, но Мо Жань его остановил.

— Прекрати выносить мне мозг хотя бы сейчас, — рыкнул парень, прожигая его взглядом.

Ваньнин так оторопел, что даже не нашёлся, чем ему ответить. Пока мужчина стоял и хлопал глазами, Мо Жань уже развернулся и зашагал в сторону крыльца.

— Ну ты идёшь или нет? — окликнул он Ваньнина уже около двери.

Мужчина, наконец, отмер и поспешил вперёд, шагая к небольшому двухэтажному дому. Родители Мо Жаня были зажиточными людьми: в своё время господин Мо неплохо заработал, и теперь они совершенно ни в чём не нуждались. В сыне они души не чаяли и всегда были готовы протянуть ему руку помощи, но сам Мо Жань никогда не брал родительских денег, предпочитая зарабатывать на жизнь самостоятельно. Сказать по правде, всё, что они сейчас имели — большая квартира, дорогая машина и хорошая должность Мо Жаня, — парень добился сам, и это в свои двадцать три. Порой мужчина чувствовал себя рядом с ним старым и бесполезным, но, похоже, Мо Жань был только счастлив от того, что мужчина просто сидит дома.

Как только прозвенел дверной звонок, им сразу же поспешили открыть дверь. На пороге их встретила невысокая женщина приятной наружности и мило им улыбнулась.

«О нет, это не мать Мо Жаня, а всего лишь их очередная домработница, а мать Мо Жаня…»

— Сынок! — радостно воскликнула женщина, грациозно выплывая из гостиной. — Ну где же ты пропадаешь? — раскрывая руки и заключая сына в объятия, спросила она. — Мы с отцом уже заждались.

— Прости, мам, — улыбаясь и приобнимая её, ответил молодой человек, — это всё пробки.

Женщина, оторвавшись от сына, окинула его взглядом восхищения, глаза её просто сияли, когда она смотрела на него.

— Поздравляю вас с годовщиной. — Он передал ей цветы, и женщина расплылась в белоснежной улыбке.

— Спасибо, сынок, — обнимая и нюхая большой букет, проговорила она, — мои любимые. — Мари? — позвала она домработницу.

— Да, госпожа, — откликнулась та и подошла.

— Можешь накрывать стол, — сказала хозяйка и передала ей букет.

— Хорошо, госпожа. — Забрав цветы, она поспешила в сторону кухни.

— Мари долгое время жила в Париже, — произнесла женщина, обращаясь к сыну, — у неё прекрасное резюме, и повар она от Бога.

Чу Ваньнин, стоявший всё это время позади, уже медленно закипал. Семейство Мо с удивительным превосходством игнорировало его вот уже целых пять минут. Мо Жань совсем позабыл про него, а хозяйка дома и вовсе не замечала. Ваньнин чувствовал себя сродни вешалке, что стоит у дверей. Она вроде бы и стоит здесь, но не отсвечивает, очень удобно. Спустя ещё пару минут обмена любезностями, Мо Жань, наконец, отступил в сторону и явил матери ещё одного гостя.

— Здравствуйте, госпожа Мо, — быстро сориентировался мужчина, — мои поздравления.

— О? — женщина тут же изобразила удивление на своём совершенно безупречном лице. — Добрый день, Ваньнин, благодарю. Я вас не заметила, — улыбнувшись сказала она, и принялась поправлять свои, и без того идеально уложенные волосы.

«Почему-то я нисколько не удивлён», подумал мужчина. Женщина медленно окинула его внимательным взглядом с головы до ног и выдала:

— Ваньнин, вы кажется похудели, — с какой-то надменной жалостью произнесла госпожа Мо.

Она даже не спрашивала, а констатировала, пресекая любое возражение на её выпад.

— Мам, а где отец? — тут же отвлекая её, спросил Мо Жань.

— А, кажется, он был в гостиной, — улыбнулась женщина. — Ну что же мы стоим у порога? —

наиграно засмеялась она. — Скорее проходите, — указывая рукой в нужном направлении, произнесла хозяйка.

Мо Жань лишь жестом головы позвал Ваньнина, и тот послушно направился вслед за ним, предчувствуя, что это лишь только начало тяжёлого дня.

Сидящий за газетой в гостиной господин Мо, только завидев их, сразу же заулыбался. Он обменялся с Ваньнином рукопожатием, а сына заключил в крепкие отцовские объятия. В отличии от матери Мо Жаня, он был не таким душным. Хотя мужчина и был не в восторге от их союза, но всё же, с уважением относился к выбору сына.

— Мо Жань, ну ты и вымахал, — засмеялся он, — уже на целую голову перерос отца.

Они ещё минут десять увлечённо беседовали о всяких мелочах, находясь в своём собственном мире. Мать Мо Жаня также активно принимала участие, громко смеясь и то и дело касаясь своих драгоценностей, которыми она так гордилась, чем жутко раздражала Ваньнина. Он подумал, что даже если сейчас он возьмёт и разденется здесь, то этого просто никто не заметит. Ноги уже порядком затекли, и мужчина медленно опустился в рядом стоящее кресло. Но как только он пристроил свою пятую точку и расслабился, в дверях появилась Мари, приглашая их к столу.

***

Как и всегда, стол семейства Мо ломился от изобилия блюд, но Ваньнин по своей природе был равнодушен к изыскам, в отличии от Мо Жаня, который сейчас с аппетитом уплетал кусок дорогой мраморной говядины. Ваньнин же скромно обошёлся гарниром из овощей и кусочком индейки. В последнее время мужчину всё чаще беспокоили боли в желудке, и он старался лишний раз его не перегружать. Ваньнин знал, что это всё из-за стресса, но к врачу всё равно не обращался. Мо Жаня он тоже держал в неведении, ссылаясь на то, что скоро само всё пройдёт.

— Сынок, как дела на работе? — спросил мужчина, привлекая внимание Мо Жаня.

— Всё хорошо, — ответил парень с набитый ртом, — иду к очередному повышению.

— Дорогой, — тут же вмешалась женщина, — дай ему спокойно поесть. Зачем ты опять о делах?

— Ничего, — отозвался Мо Жань, дожёвывая, — я всё равно уже наелся. Спасибо за обед, — улыбаясь и вытирая губы салфеткой, сказал парень.

— Вот как, — засмеялся мужчина, — тогда поздравляю, — приподнимая свой бокал в воздух, сказал он.

— Пока ещё не с чем, — отозвался Мо Жань, — но всё к этому идёт, — хитро улыбнулся парень.

— Ах, А-Жань, какой же ты всё-таки талантливый, — с восторгом выдохнула госпожа Мо. — Весь в отца, — проговорила она с упоением и стрельнула взглядом в сторону мужа.

Ваньнин чуть глаза не закатил от этой слащавости, но предпочёл уткнуться в тарелку, чтобы лишний раз не провоцировать зверя. Он как раз вяло тыкал свои овощи, когда женщина обратилась к нему:

— Ваньнин, а вы, чем сейчас занимаетесь?

Мужчина только поднёс вилку ко рту, как неожиданно кусочек морковки сорвался и шлёпнулся обратно в тарелку. Женщина, заметив это, растянулась в приторной улыбке, уже предчувствуя вкус сладкой победы. Она всячески хотела застать его врасплох и принизить в глазах окружающих. Ведь очевидно же, эта кобра знала, что Ваньнин давно не работает, но всё равно задала этот вопрос.

— Я… кхм, — откашлялся он и отложил вилку, — я сейчас интересуюсь дизайном и…