Часть 50 (2/2)
— Всё так… — тихо, но твёрдо ответил я. — И вы даже не представляете, как красиво он сделал мне предложение…
Даниэль вскочил, покрутил пальцем у виска:
— Ты с ума сошёл?! Ты же не гей! Откуда у тебя такие мысли?
Макс покачал головой:
— Ты точно конченный… Или я вообще ничего не понимаю…
Отец молчал дольше всех, потом тяжело выдохнул:
— Сынок… Тимоша… объясни так, чтобы не было недопонимания. Это… странно.
Я посмотрел ему в глаза и, улыбнувшись, сказал:
— Пап, всё не так, как кажется. Он талантливый, самостоятельный, сильный… Он для меня — жизнь.
Лицо отца налилось багровым. Он резко встал и ударил кулаком по столу — посуда подпрыгнула и зазвенела.
— Чтобы я больше этого не слышал! — вены вздулись, глаза налились злостью. — В нашей семье пидорасов не будет!
Он ещё раз грохнул по столу, развернулся и вышел.
Мама театрально прижала руку к груди:
— Господи… за что? Я же всех воспитывала одинаково… где я ошиблась? Какой позор… мне теперь людям в глаза не посмотреть…
Никита сжал кулаки:
— Кто этот ублюдок, что тебя совратил? Скажи — я его закопаю.
Даниэль подхватил:
— А я даже руки марать не буду. По старым законам — на зону его. Надолго. Чтобы даже мечтать не смел. Ты просто запутался, брат. Но я его найду. Клянусь.
Мама вдруг успокоилась и холодно сказала:
— Сынок, не бойся. Просто скажи, кто он. Мы сами разберёмся.
И в этот момент мой идеальный мир рухнул.
Люди, которых я считал понимающими… стали в моих глазах кровожадными, злыми, слепыми. Мои розовые очки разлетелись вдребезги. Я увидел их настоящими...
Я встал, подошёл к столу и со всей силы ударил по нему, как только что отец.
— Заткнитесь все! — голос дрожал, но был твёрдым. — Я услышал ваше мнение. Но это не значит, что обязан ему подчиняться. Если вы не принимаете меня таким, какой я есть — это ваши проблемы. Я не буду жить так, как вам удобно. Я буду жить так, как считаю нужным. И если вас это не устраивает… я уйду.
Ответа я не ждал. Развернулся, вышел из гостиной, прошёл в свою комнату, рухнул на кровать и уставился в потолок.