Часть 17 (2/2)

— Но что? — подтолкнул Драко, ощущая, как раздражение уступает место странной тоске.

— Сам не знаю, — ответил Поттер с обезоруживающей простотой. — То воспоминание... оно показало мне, каково тебе. Словно ты оказался в ловушке, и стены сжимаются с каждым вдохом.

Он снова встретился взглядом с Драко — без презрения, без жалости, с каким-то неуместным пониманием.

— Я думал, ты сам пойдешь к Дамблдору и расскажешь.

Драко невесело рассмеялся. Смех, словно стая летучих мышей, носился под сводами, разбиваясь о кафель.

— Великий Гарри Поттер! — выдохнул он. — Надежда волшебного мира! Ты не просто наивен, ты восхитительно слеп! Я? К этому старику? Добровольно? Ты рехнулся!

— Я уже понял, — кивнул Поттер. — Догадался, когда ты стал пропадать на восьмом этаже. Решил, что ты что-то замышляешь в Выручай-комнате.

— Выручай-комнате? — нахмурился Драко, скрывая замешательство. — Что за дурацкое название?

— Та комната, что напротив гобелена с танцующими троллями, — пояснил Поттер.

Драко замер, складывая в уме части головоломки. Нелепое название... знакомое место...

— Значит, ты следил за мной, — медленно произнес он, чувствуя, как ногти впиваются в холодный фарфор раковины. — Как всегда? Под своей мантией-невидимкой, словно крыса?

Поттер пожал плечами, и это невыразительное движение было пугающе многозначительным.

— У меня есть способ попроще.

Драко вглядывался в лицо напротив, пытаясь понять, что удерживало Поттера от разоблачения все эти недели.

— А теперь мы идем к Дамблдору, — твердо заявил Поттер. — И ты ему все расскажешь.

Холод прокатился по позвоночнику.

— И что меня заставит? Твой знаменитый шрам? — процедил Драко, пытаясь сохранить остатки достоинства.

— Если откажешься, потащу силой, — парировал Поттер, приближаясь вплотную. — В твоем нынешнем состоянии ты вряд ли окажешь серьезное сопротивление.

И тут Драко уловил запах. Свежесть ночного ветра. Теплота старого пергамента. Легкий аромат мыльной стружки. И под этим что-то еще, неуловимо-поттеровское, напоминающее грозу и жженый воздух после заклинаний.

— Я вижу, что с тобой происходит, Малфой, — продолжил Поттер. — Ты истощен до предела. Я больше не буду смотреть, как ты себя разрушаешь.

— Забавно, — выдавил Драко.

Ему потребовалась секунда, чтобы вдохнуть и сглотнуть ком в горле.

— Мое здоровье — последнее, о чем тебе следует беспокоиться. Или это скрытая симпатия проснулась? После шести лет взаимной ненависти?

— Не думаю, что это ненависть, — тихо произнес Поттер, и в его глазах мелькнуло что-то странное, не поддающееся расшифровке. — Скорее... нечто иное.

Эти слова повисли в воздухе, сбивая с привычного ритма. Защитная броня Драко на мгновение дала трещину. Разум судорожно искал привычную колкость, но натыкался лишь на тупик.

— Знаешь что? Проще было бы дать мне сдохнуть, — Драко отвернулся, рассматривая тонкие прожилки трещин между плитками. — Дамблдор все равно отправит меня в Азкабан. К отцу. Семейное воссоединение.

«А оттуда нас обоих достанут и прикончат», — мелькнуло в сознании, но осталось невысказанным.

— Вряд ли, — сухо ответил Поттер.

— Потому что ты веришь в сказки, — глухо произнес Драко, обращаясь скорее к стене, чем к собеседнику.

— Возможно, — Поттер едва заметно пожал плечами. — Но выбора у тебя все равно нет.

И Драко с горечью осознал, что это правда. Выбора у него не было. Не было с самого начала.