Высокие чувства (1/2)

Габриэль медленно шел по каменному коридору. Из окна впереди лился дневной свет, освещая не только нужную дорогу, но и дверь. Она была там... Модельер замедлил шаг, а затем и вовсе остановился — может зайти? Нет, зачем ему это делать? Разве что посмотреть на платье... Габриэль замер, подняв руку и не решаясь постучать. Нет, это слишком глупо, учитывая, что платье было создано им самим. Пусть и финальный вариант он не видел — последние пару недель им занимались его портные, он знал, как оно должно выглядеть, да и невеста была довольна.

Модельер опустил руку, поправил бабочку и, выдохнув, пошел дальше по коридору. Нужно подождать всего несколько минут, и он увидит ее вместе со всеми, тем более что он так и не понял, что хочет сказать. Ему показалось, он что-то услышал, но заставил себя не оборачиваться, однако женский голос настойчиво позвал его.

— Габриэль, — модельер обернулся и увидел, как из приоткрытой двери выглядывает Натали. — Как хорошо, что ты здесь — ты мне нужен.

— Нужен? — недоумевающе переспросил он.

— Иди сюда, — позвала она, и Габриэль послушно подошел.

Едва он оказался рядом, Натали схватила его за руку и, затащив в комнату, закрыла дверь.

— Ты должен помочь мне, — протянула она, смотря на него так, что он все равно не смог бы ей отказать.

— Конечно, но с чем?

“Пожалуйста, скажи, что сбежать отсюда...”

— Я не смогла сама завязать шнуровку.

Натали смущенно улыбнулась, и модельер только сейчас заметил, что она не просто держалась за плечо — она пыталась не дать платью упасть на пол. Габриэль посмотрел на женщину и засмеялся: несмотря на то, что она была уже довольно взрослой, сейчас она слишком напоминала себя в детстве — тот же невинный взгляд и растерянный голос.

— Не смейся, я отпустила подружек, сказав, что справлюсь сама, а в итоге, получилась лишь неплохая тренировка на руки, пока я пыталась затянуть корсет. Еще и телефон остался в машине.

— Только не плачь, а то стрелки расплывутся, — улыбнулся модельер, — а их я нарисовать уже не смогу. Поворачивайся, разберемся с твоим корсетом.

Натали улыбнулась и, повернувшись спиной, собрала уложенные волосы на плечо. Габриэль осторожно, не касаясь ее кожи, но уверенно взял два конца шелковой ленты, но вдруг задумчиво остановился.

— У тебя шнуровка неправильная, нужно перевязать.

— Делай что угодно, лишь бы платье с меня не свалилось.

Габриэль поднял глаза на зеркало, стоявшее перед ними, и, поймав взгляд Натали, засмеялся вместе с ней.

— Я не думал, что ты помнишь это, тебе же лет пять было.

— Почти шесть. Я тогда так боялась, что мама убьет меня за порванное платье, что забыть такое сложно. Хорошо, что у тебя тогда оказались булавки.

— О да! Мой первый дизайнерский опыт.

Их взгляды вновь пересеклись в зеркале, и Габриэль снова улыбнулся ей, пытаясь скрыть в своей улыбке грусть. Он вернулся к корсету и осторожно распустил шнуровку, свернув шелковую ленту пополам, модельер продел концы через нижний ряд люверсов. Когда пару месяцев назад Натали попросила его об услуге — сшить свадебное платье, он был растерян от того, как быстро все произошло, но отказать не мог, да и не хотел. Но чем ближе становился этот день, тем сильнее Габриэль уходил в собственные переживания, что дошивать детали отдал своим же сотрудникам. Натали он объяснил все огромным количеством работы, которая на него свалилась, а на самом деле он просто хотел побыть в одиночестве. Слишком быстро...

Габриэль продел ленту на ряд выше и подтянул. Хотелось сказать, что он вообще не думал об этой ситуации, но врать самому себе хотелось еще меньше. Они с Натали были знакомы едва ли не с самого детства — их матери хорошо общались, поэтому, несмотря на разницу в возрасте, дети часто проводили время вместе. Она в шутку называла его старшим братом, он относился к ней как к младшей сестре. Но потом их дружба начала сходить на нет: Габриэль нашел себе новую компанию друзей, куда десятилетняя Натали совсем не вписывалась. Она грустила, что он больше не проводит с ней время; он злился, что она и вздохнуть ему не дает. А затем ее родители переехали в Англию. С тех пор Габриэлю перепадали лишь редкие приветы, которые передавала ему ее мама. С наступлением эпохи социальных сетей они были друг у друга в друзьях, но, взлом одной страницу, удаление другой — и даже эта связь оказалась потеряна. Габриэль больше не искал, он и вовсе забыл об этом — в то время его мысли были заняты другой женщиной.

Оттого, когда Натали появилась на пороге его кабинета, он первое время не мог поверить, что это действительно она. Ей было уже не десять и даже не пятнадцать, но Габриэль узнал бы ее глаза из тысячи других.

— Привет, — произнесла она, и будто не было этих двадцати лет. — Я слышала об Эмили, мне очень жаль… Как ты?

Точно, Эмили же была в той компании, и они с Натали были знакомы.

— Я держусь только из-за сына, — вдруг честно признался модельер, хотя раньше всем отвечал банальное «нормально». — Прошло полгода, а я никак не привыкну…

Натали села напротив, и Габриэль, рассматривавший фотографию Эмили, которая стояла у него на столе, перевел взгляд на подругу детства.

— А ты как? Надолго вернулась?

— Надолго, — прямо ответила женщина и подняла глаза на модельера. — Габриэль, мне нужна работа.

Он не мог ей отказать и не хотел, в тот период он, как никогда, нуждался в друге. Так, у него снова появилась младшая сестра, и Габриэлю вновь хотелось приходить на работу, он знал, что не будет один. Двадцать лет прожитых порознь быстро закрылись новыми воспоминаниями: были и пьяные разговоры, и разбитые сердца, и совместные выходные вместе с Адрианом — мальчик принял ее как родную. И так прошли следующие четыре года.

А потом сам Габриэль принял на работу нового аналитика. Обычно они все работали удаленно, и модельер видел их в лучшем случае один раз в жизни — в первый рабочий день, однако этот исправно появлялся в офисе. Вообще, этот новенький Рафаэль довольно быстро нашел со всеми общий язык, даже с Натали — она иногда заходила в пекарню напротив, и он с радостью составлял ей компанию, в то время как Габриэль обычно отказывался. Однако модельеру показалось странным, когда одним вечером они вместе, смеясь, зашли в лифт. Агрест сегодня работал допоздна и, честно говоря, надеялся, что Натали, как обычно, останется с ним, но вместо этого он замер посреди разговора с бухгалтером, через весь офис наблюдая, как его помощница уходит вместе с Рафаэлем. Натали, увидев модельера, помахала ему рукой и улыбнулась; новенький пожал плечами и сделал тоже самое, чем вызвал у женщины смех, и так они и уехали, а Габриэль продолжал смотреть на закрывшиеся двери лифта. Болезненный укол получило его сердце — они ведь друзья, Натали ведь сказала бы, если бы между ними что-то было? А если не сказала, значит ничего и нет, только почему она не осталась сегодня с модельером?..