Часть 19 (2/2)

Фильм закончился. Остатки еды мы убрали в холодильник.

— Остаться или убраться к чертовой матери? — спросил Чонгук неловко улыбаясь и покачиваясь на пятках.

— А что случится, если ты останешься? — устало спросил я.

— Ляжем спать.

— И все? — возмутился я.

— На сегодня этого достаточно. Ты без сил. Тебе нужно отдохнуть.

— Я хочу, чтобы ты остался.

— Тогда останусь, — немного смутился Чонгук.

Я выделил Чонгуку пижамные штаны на шнурке. Он надел их, оставшись при этом в своей белой футболке. И мы забрались на огромную кровать в главной спальне. Как и той ночью, мы лежали лицом к лицу, рядом друг с другом.

— Я не знаю... как это быть с кем-то, — начал я. — Тем более с мужчиной. В Хесане нас учили, что если ты не хочешь трахаться с женщиной... значит вообще не трахаешься. Я...

— Ничего особенного не нужно, Тэхен... просто я не хочу мучаться очередную неделю не зная как ты и что с тобой происходит.

— Обещаю, что так не будет. Правда.

Чонгук подставил под голову, согнутую в локте, руку и смотрел на меня.

— Когда мы с тобой были в одной постели прошлый раз — ты был слишком пьян для поцелуев.

— Сейчас нет.

— Сейчас нет. Доброй ночи, Тэхен, — Чонгук наклонился и поцеловал меня.

Мягко. Но я почувствовал, как зачатки щетины коснулась моих губ. Нежно. Я ощутил в нем мужскую силу. И хотел его. Всего целиком…

— Черт... Так можно и сознания лишиться, — улыбнулся я.

— Не лишишься.

Чонгук снова поцеловал меня, а потом перевернул на спину. И обнял, прижимая к себе.

— Спи. Тот еще выдался денек.

— Верно. А ведь я даже не сказал тебе, что меня уволили.

— Как тебя могут уволить из собственной фирмы?

— Ну, не уволили… отправили в отпуск… — я покачал лежавшей на подушке головой. — Завтра. Я все тебе расскажу.

Через несколько минут я почувствовал, как Чонгук засыпает рядом со мной. Но, несмотря на гнетущую усталость, сон не шел.

— Чонгук.

— Мммм..

— Что-то не так.

— По мне, так все в порядке, — пробормотал он.

Я повернулся и перекатил Чонгука на бок, так что он оказался лежащим спиной ко мне. Я обнял его и прижал к груди.

— Уже лучше, — проговорил я.

Мне нужно было за него держаться. Я не мог этого сказать, поэтому просто сделал. Черт возьми, казалось необходимым прижать его к себе и удержать, ведь нечто настолько хорошее не могло длиться долго. Или это всего лишь сон, и я проснусь в полуразрушенной хижине, обдуваемый порывами ледяного ветра…

***

Я проснулся посреди ночи, не дрожа от воображаемого холода, а окутанный настоящим теплом. Теплом Чонгука. В комнате было темно, лишь серебристый луч света косо падал из окна.

Мы почти не сменили положение тел или может я не дал ему ворочаться.

Его голова лежала передо мной на подушке, а шея находилась в нескольких сантиметрах от моих губ. Я ощутил слабый запах одеколона, мыла и теплый аромат его кожи. Уткнувшись лицом ему в шею, я провел щекой по коже. Мне хотелось вонзить зубы в плоть Чонгука. Поглотить его. Чтобы он не достался никому. Был только моим.

Он пошевелился, просыпаясь, и придвинулся ближе, прижимаясь ко мне. Потерся задницей о мой напрягшийся член. Я выругался и почувствовал, как он хмыкнул.

— Не смешно, — прорычал я и прикусил его мышцу, выступающую между шеей и плечом, после ласково коснувшись места укуса языком.

Его дыхание со свистом вырвалось сквозь зубы. Он протянул руку и погладил меня по бедру.

— Хочешь?

— Да, — выдохнул я ему в шею и снова укусил. — Да, черт возьми.

Чонгук повернулся ко мне лицом и мы начали целоваться, с внезапно пробудившимся голодом. Через какое-то время я затащил его на себя, стискивая бедра, пытаясь потереться возбужденной плотью о его, сквозь ткань штанов. Он зарылся пальцами мне в волосы, другой рукой поглаживая тело, все настойчивей, быстрее, и я вновь упал на подушку.

— Черт, прошло слишком много времени. Как хорошо. Я совершенно…

— Бесполезен для меня? — Чонгук улыбнулся. — Тебе ничего не нужно делать. Я справлюсь.

Он уселся на меня, устроившись на бедрах, и стянул с себя футболку.

” Ооооо черт..”

В последний раз я развлекался с парнем в средней школе, еще подростком.

Чонгук же был мужчиной, крепким и худощавым. В тусклом свете комнаты контуры его пресса рельефно вырисовывались на фоне теней. Безволосая грудь казалась чертовски совершенной. Я наслаждался этим зрелищем, потом перевел взгляд на округлые мышцы плеч, пробежался вниз по прокачанным бицепсам и предплечьям. И почувствовал, что при виде него член мой затвердел еще сильнее, если такое вообще возможно. Тело мое внезапно напряглось.

Чонгук мгновенно это ощутил.

— Ты в порядке?

— Да, но… прошло столько времени.

— Знаю, — мягко проговорил он. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

— Мне уже хорошо, — признался я, чувствуя, как колотится сердце. — Но, боже, Гуки, не останавливайся.

Он кивнул, встал надо мной на четвереньки и склонил голову, чтобы меня поцеловать. Поначалу мягко, затем глубже, легким касанием языка исследуя все уголки моего рта. Я знал, что он делает. Топит меня в ощущениях, заставляя отбросить все мысли, отбросить навязанные правила, отбросить страх. И это сработало.

Он припал губами к моей шее, прикусил мочку уха.

— Я не стану торопиться, — прошептал он мне на ухо.

Он собирался показать, что я смогу справиться, без лишних слов и уговоров, и это понимание сожгло во мне все оставшиеся сомнения.

Он проложил по моей шее дорожку из поцелуев, и я втянул воздух сквозь зубы.

— Богом клянусь, Чон Чонгук, если ты не перестанешь маяться дурью и что-нибудь не сделаешь…

Он легонько рассмеялся, а затем ” вот ублюдок ” медленно приподнял мою футболку и скользнул языком по рельефным мышцам живота. Стиснув зубы, я уп'рся пятками в простыню. Он все ниже спускался по моему телу, раздражающе медленно, и его губы оставляли за собой огненный след. Он стянул с моих бедер штаны и трусы, освобождая твердый член. Сердце бешено колотилось в груди, когда он в первый раз прикоснулся ко мне, неторопливо поглаживая, обхватил рукой.

— Боже, Тэхен, — то ли простонал, то ли прорычал он. — Ты чертовски прекрасен.

И он нежно провел языком от основания члена до самого кончика.

— Вот черт…

Он снова проделал то же самое. Потом чуть двинул рукой, сжимая и отпуская. И в тот миг, когда я думал, что сойду с ума, он целиком взял меня в рот. Мне казалось я растворялся, распадался на атомы в этом мире и собирался, обратно, в другом, там, где не было Хесана и издевательств надо мной.

Пользуясь сразу и руками, и ртом, сжимая, посасывая, играя языком, Чонгук подводил меня все ближе и ближе к логическому завершению.

Я втянул воздух через нос. Вцепился рукой ему в волосы, сжав их в кулак.

— Гуки... — процедил я сквозь зубы. — Я вот-вот кончу.

Я его предупредил, но Чонгук не обратил на мои слова внимания. Даже наоборот, они подстегнули его. И словно бы точно подстроившись ко мне, он ясно понял, когда взять меня полностью, глубоко, настолько, что я почти коснулся его глотки. И в этот миг я кончил сильнее, чем когда-либо в жизни.

— Мать твоююююю, — задыхаясь, пробормотал я, сотрясаемый бьющимся во мне оргазмом.

Чонгук снова оседлал мои бедра, вновь и вновь поглаживая мышцы на животе. На лице его сияла улыбка Чеширского кота.

— Тебе было хорошо? — спросил он. — Потому что ты заслужил нечто хорошее.

”Тебя, Чонгук. Ты и есть хорошее”.

— Иди сюда,  — прорычал я.

Он снова навис надо мной и я грубо стянул его штаны, как раз настолько, чтобы добраться до его возбужденного члена, который в моей руке казался просто огромным. Я поцеловал его, пробуя на языке остатки своей же спермы. И впился в его рот, словно чертов безумец, все быстрее и быстрее поглаживая его член.

— Тэхеееен…— прошептал он мне в губы. Мы целовались отчаянно и грубо, сплетаясь языками, прикусывая друг друга. — Я уже близко.

— На меня... — прошептал я, едва веря в то, что говорю. — Хочу, чтобы ты кончил на меня.

— Боже, Тэ… — пробормотал он и вцепился в простыни по обе стороны от меня.

Я резко взметнул руку вверх и схватил его за волосы, удерживая в поцелуе, пока его пронзали волны оргазма. Он кончал горячими струями, что падали мне на грудь и живот.

Чонгук застонал. Я проглотил его стон, а затем разжал руку. Он рухнул рядом со мной. Мы лежали бок о бок и в тишине ночи слышалось лишь наше учащенное дыхание.

Через несколько минут Чонгук заставил себя встать и пошел в ванную.

После оргазма я впал в какое-то оцепенение. Я услышал звук льющейся воды, а затем он вернулся с теплой салфеткой и вытер мне грудь и живот.

Когда он закончил, то забрался в постель, прямо в мои объятия. Мы сплелись так, что трудно было сказать, кто кого держит.

— С тобой пока все хорошо? — спросил он.

— Нет, — пробормотал я с усталым смешком. — Я где-то далеко за пределами ”хорошо”.

Чонгук находился рядом и поэтому холод Хесана не мог меня коснуться.