Часть 9, Январь 2025 (1/2)

Январь встретил Алису ледяным ветром и ослепительно ярким солнцем над трассой в Бахрейне. Всё изменилось: вместо привычной кабины Формулы 2 — кокпит Red Bull RB21, вместо тренировочных заездов — официальные сессии Гран при. Она заняла место Серхио Переса, и теперь на её комбинезоне красовался номер 17 — тот самый, что подарил Кими.

Первые свободные заезды стали испытанием на прочность. Перегрузки, иной уровень скорости, мгновенные решения — всё это обрушилось на Алису, словно волна. В наушниках звучали команды инженера, но иногда ей казалось, что она не успевает за ритмом машины.

— Ты слишком осторожничаешь, — бросил Макс после первого выезда. — Думаешь, номер 17 всё решит?

Его слова царапнули, но Алиса сдержалась. Она знала: это не просто провокация. Это проверка.

Вечером, когда команда ушла на перерыв, она осталась на пит лейн. К ней подошёл Кими:

— Давай посмотрим телеметрию. Я заметил пару моментов…

Они провели часы за анализом данных: углы входа в повороты, давление на тормоза, точки разгона. Кими объяснял нюансы, которые не увидишь глазами, — только цифры могли раскрыть правду о поведении машины.

— Здесь ты теряешь доли секунды, — указывал он на график. — Попробуй чуть раньше отпустить тормоз. Машина ответит.

Алиса кивала, впитывая каждое слово. Это было не наставничество — это было партнёрство.

Между сессиями её атаковали журналисты:

— Вы первая женщина пилот Red Bull. Каково это?

— Я просто гонщик, — отвечала Алиса. — И моя задача — показать результат.

Но давление росло. Фанаты обсуждали её шансы, эксперты сравнивали с предшественниками, а соцсети пестрели мнениями — от восторженных до скептических.

Елена звонила каждый вечер:

— Помни: ты не должна никому ничего доказывать. Ты уже здесь. Теперь просто гони.

День гонки выдался солнечным, но ветер вносил свои коррективы. Алиса стояла у болида, проверяя ремни, слушая последние инструкции. Сердце билось ровно — она была готова.

Старт. Мотор взревел. Машины рванули вперёд.

В первых поворотах она держалась за лидерами, чувствуя, как машина отзывается на каждое движение. На середине дистанции начался дождь — трасса стала скользкой, а риски возросли.