Глава 1 (1/2)

Смерть перестала быть концом. Она стала началом чего-то без названия. 

— Шевелите поршнями! Нам до темноты надо домой добраться, черепахи, — Алиса шла впереди небольшой группки выживших. Цель — продуктовый склад, который ещё не успели обшарить другие.

— Зануда, — донеслось из хвоста колонны.

Алиса и вправду слыла в группе «занудой» — но лишь потому, что она была очень умна и иногда, совсем немного, остра на язык.

До конца света её отец служил в полиции, а она училась в Московском университете МВД, мечтая пойти по его стопам. Вирус, за несколько месяцев накрывший всю страну, в её планы не вписывался.

Она сбавила шаг, пристроилась рядом с молчаливым Антоном. Алиса хорошо читала людей и именно его, прочесть так и не смогла. Поэтому и не понимала, что творится у него в голове. Три месяца назад группа нашла его в лесу: голодного, грязного, с безумным взглядом. С тех пор он почти не разговаривал почти ни с кем, так, изредка, бросал пару дежурных фраз и уходил в палатку. После ужина оттуда не выходил. Алиса гадала: что он там может делать? Но заходить не решалась. Мало ли что.

— Мы сегодня далековато забрались, — сказала она, ощутив неловкость от собственного голоса, разорвавшего тягучую паузу после выкрика.

— Ага, — хмыкнул Антон и снова ушёл в себя, оставив Алису с ощущением провального «диалога».

В тишине добрались до склада. Один за другим проскользнули через входную дверь, прислушиваясь к каждому шороху: в новом мире легко наткнуться на зараженных.

— Смотрите под ноги и, бога ради, не шумите. Здесь любое эхо разнесёт звук по всем здешним «сотрудникам», — шепнула Алиса, слегка подбадривая группу.

Антон осматривался. Остальные уже рыскали по залу. Он подошёл к стеллажам, подсвечивая путь фонарём. Пыль слоями лежала на полу и полках, взлетала хлопьями, ловя лучи света.

«Огромный световой меч», — подумал он, сдерживая желание помахать пыльным «лучом» между стеллажами.

Прилавки давно опустели — в начале эпидемии сюда пришли бы первыми. Но мысль Антона оборвалась: луч фонарика высветил следы, явно оставленные не во время эпидемии. Они тянулись в угол, в непроглядную тьму. Антон шагнул туда.

Через несколько шагов пол под ним обрушился с сухим треском, будто гнилая фанера не выдержала даже его веса. Мгновение — и он уже летит вниз, судорожно взмахнув руками, пытаясь ухватиться за край провала. Пальцы скользнули по крошащемуся бетону, и вот уже холодный воздух рванул навстречу, а внизу мелькнул грязный, захламлённый пол.

Удар.

Колени подогнулись, но он устоял, тяжело дыша. Фонарик выпал из руки, покатился, разбрасывая безумные блики по стенам. Антон замер, прислушиваясь. Тишина — густая, осязаемая, словно вата, набитая в уши. Только где-то далеко капала вода: кап кап кап — монотонно, как часы, отсчитывающие чужие секунды.

Когда глаза привыкли к полумраку, он смог разглядеть подвал. Это было не просто хранилище — это была забытая всеми пещера, где время остановилось лет десять назад. Стены покрывала липкая паутина плесени, местами вздувшаяся, как гниющие волдыри. В воздухе висел тяжёлый запах: сырость, затхлость, гниющие деревянные ящики, чтото химическое — будто здесь, когдато хранили реактивы и забыли.

По периметру валялись рухлядь: опрокинутые стеллажи с обломанными полками, ржавые ведра, обрывки газет, прилипшие к полу, как старые бинты.

Сердце стучало в горле. Он чувствовал, как по затылку ползёт капля пота, как напрягаются мышцы, готовые к рывку. Где я? Кто здесь был? Мысли метались, как загнанные звери. Он сделал шаг вперёд — и под ногой хрустнуло стекло. Звук раскатился по подвалу, будто выстрел.

— Антон! Ой… чего я ору как резаный? — сверху, из зала, донёсся голос Марселя. Он тут же подбежал к провалу, припал на корточки, вглядываясь вниз. — Ты в порядке?

Антон поднял фонарик, осветив своё лицо. Луч дрогнул, выхватив из тьмы напряжённые черты.

— Да. Всё ок. Но сам не вылезу. Пока осмотрю, что тут есть.

Марсель почесал затылок, оглядел края провала — крошащийся бетон, торчащие прутья арматуры.

— Хорошо. Если тебя выгонят после этого, я прикрывать не буду. Сам объясняй «великому стратегу», зачем ты тут ремонт устроил в разгар апокалипсиса, — с усмешкой бросил он, чуть повысив интонацию на последнем слове.

Антон криво усмехнулся:

— Ага.

— Всё, иди. Ниже не падай только.

— Ага, — буркнул Антон и двинулся вглубь.

Под ногами хрустели осколки, обрывки бумаги, щепки. Воздух был густым, пропитанным запахом сырости и старого дерева. Фонарик выхватывал из тьмы фрагменты забытого мира. Ящики, какие-то папки с уже истлевшей бумагой, на одной из них можно было еще разобрать «Инвентаризация – 2030», стеллаж с полками, прогнувшийся под тяжестью времени и груда разного хлама.

Антон замер, прислушался.

Тишина.

Только где-то вдали — тот же монотонный звук: кап кап кап.

Он сделал ещё несколько шагов, и луч фонарика упал на стену. Там, почти скрытые в тени, были царапины — не случайные, а словно ктото методично проводил по камню острым предметом. Антон подошёл ближе, провёл пальцем по одной из борозд. Кто-то был здесь недавно. Поверхность была свежей, едва покрывшейся пылью.

Говорят, у каждого своя судьба. Каждый вправе решать, какой она будет. Но задумывался ли ты, что есть события, написанные только для тебя? События, которые должны произойти лишь с тобой?

Пройдя немного дальше, Антон заметил тело, сидящее на полу. Сверху — такая же дыра, через которую он сам провалился. Свет фонарика дрогнул, выхватив из тьмы очертания: потрёпанная куртка, скрюченные пальцы, прижатые к груди.

«Вот же дерьмо», — подумал он, медленно приближаясь с ножом наготове. Каждое движение отдавалось гулким стуком сердца в ушах. Он обошёл труп по кругу, внимательно осматривая. Никаких признаков недавней активности — только холод и безмолвие.

На спине — потрёпанный, но рабочий рюкзак. Антон осторожно опустился на корточки, расстегнул молнию. Внутри — скудный, но ценный улов: четыре банки тушёнки (целые, без вздутий);два складных ножа (один с царапинами на лезвии, второй почти новый); фонарь (с потрескавшимся корпусом, но, кажется, рабочий); бинты (три упаковки, запечатанные); блокнот (потрёпанный, с загнутыми углами страниц).

Он переложил всё к себе, чувствуя, как напряжение понемногу отступает, сменяясь холодным удовлетворением.

Осмотревшись, Антон заметил полки вдоль стены. На них — ещё кое-что полезное: небольшая коробка со скрепками и россыпь болтов и гаек.

Вернувшись к месту провала, он увидел Марселя — тот терпеливо ждал, привалившись к стеллажу, к которому была привязана верёвка.

— Ну что, нашёл что-то стоящее? — спросил Марсель, протягивая руку.