Часть 4 (1/2)
Мрачный фасад Гриммо двенадцать возвышался перед Снейпом, словно надгробный камень. Сайрус Грей остановился, вглядываясь в обшарпанную дверь, размышляя, стоит ли вообще стучать. Стоит ли вмешиваться? Поттер — не его забота. Он выполнил свой долг, защитил её, и теперь она свободна. Как и он. Но образ её измученного лица не давал ему покоя. Он видел в её глазах не просто усталость, а глубокую, всепоглощающую боль. Боль, которую он, как никто другой, понимал. Он знал, что такое потерять всё, что дорого, знал, как трудно выбраться из болота отчаяния.
«Она сама виновата, — предпринял он последнюю попытку себя отговорить. — Она могла бы обратиться к друзьям, к своим героям. Почему она заперлась в этом проклятом доме, как в могиле?». Стоило быть с собой честным, он знал ответ. Поттер всегда была одиночкой, даже среди своих друзей. Она не умела просить о помощи, не умела делиться своими чувствами. Она привыкла всё держать в себе, нести бремя мира на своих плечах.
И теперь это бремя раздавило её.
«И ей нужна не жалость друзей, — думал Снейп. — Ей нужна помощь. Но какая?»
Он не был психологом, не умел говорить правильные слова, не умел утешать. Он умел только действовать. Он мог предложить ей стабильность, рутину, возможность отвлечься от прошлого. Он мог заставить ее выйти из дома, заняться чем-то полезным, вспомнить, что она еще жива. Но как это сделать, не отпугнув её? Поттер всегда была упрямой, своенравной. Она не потерпит давления, не примет навязанную помощь. Ему придётся действовать осторожно, постепенно, заслуживая её доверие.
«Не давить, как эти идиоты, а поддерживать. Не приказывать, а предлагать. Не спасать, а помогать», — мысленно повторял Снейп. Шпион он или нет, в конце концов. Он мог сыграть очередную роль и мог это сделать лучше всех других.
Он вздохнул, чувствуя, как тяжесть ответственности снова ложится на его плечи. Он не хотел этого, он не искал этого. Но он не мог поступить иначе.
«Ладно, — сказал он себе. — Попробую. Если она меня выгонит, я уйду. Но я должен попытаться.»
Снейп знал, что это самообман. Он точно не уйдёт. Не тот характер. Мужчина поправил воротник плаща и постучал.
Прошло несколько долгих минут, прежде чем в глубине дома послышались шаги. Дверь приоткрылась, и в образовавшейся щели показалось лицо Гарриет Поттер. Кожа бледная, волосы тусклые, собранные в небрежный пучок. Мешки под глазами говорили о бессонных ночах, проведённых в кошмарах. Одета в растянутый свитер и бесформенные штаны, которые её поглотили. Она выглядела так, словно уже давно не видела солнца. Девушка смотрела на него с недоверием и... удивлением.
— Вы?! — Спросила она хриплым голосом, словно сорванным и смутившись того, как это прозвучало, тут же прокашлялась.
— Здравствуйте, мисс Поттер, — ответил Сайрус, сохраняя невозмутимое выражение лица.
— Что вам здесь нужно? — спросила она, нахмурившись. — Как вы узнали, где я живу?
В её голосе звучала настороженность и раздражение. Сайрус не удивился. Он не ожидал тёплого приема.
— Это не имеет значения, — ответил он. — Важно то, что я здесь.
— Мне не нужна ваша помощь, — отрезала она, попытавшись захлопнуть дверь.
Сайрус перехватил дверь рукой, не позволяя ей закрыться.
— Боюсь, вы ошибаетесь, мисс Поттер, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Вам нужна помощь и вы это знаете.
— Кто вы такой? — спросила она, крепче хватая ручку двери. — Что вам от меня нужно? Почему вам не всё равно?
— Это долгая история, — ответил Сайрус. — Но сейчас важно другое. Вы разрушаете свою жизнь. Я...
— Это не ваше дело! — Возразила она, повысив голос. — Оставьте меня в покое.
Не выдержав, Гарриет попыталась захлопнуть дверь, но Снейп был быстрее. Он резко шагнул вперёд, оттеснив её к стене.
— Хватит! — Прорычал он всё таки сорвавшись, глядя на неё сверху вниз. — Хватит сопротивляться. Я всё равно добьюсь своего. Не собираюсь стоять в стороне и смотреть, как вы себя уничтожаете! Я не для того столько!...
Он оттолкнулся от стены, обрывая самого себя и прекращая нависать над девушкой, и прошел в дом, словно это было его собственное жилище. Гарриет, ошеломлённая его наглостью, стояла, прижавшись спиной к стене, не в силах произнести ни слова.
Снейп тем временем направился прямо на кухню, уверенным шагом минуя пустынные коридоры. Он открыл один из навесных шкафчиков, достал оттуда чайник и поставил его на плиту.
— Что вы делаете? — наконец вымолвила Гарриет, приходя в себя от шока.
— Готовлю чай, — спокойно ответил Снейп, словно это было самым обычным делом. — Хотите?
Гарриет смотрела на него, как на сумасшедшего. Кто он такой, чтобы хозяйничать в её доме? Почему он ведет себя так, словно знает здесь каждый уголок?
— Как вы смеете? — Прошипела она, приближаясь к нему. — Убирайтесь вон!
Снейп проигнорировал её слова, доставая из буфета чашки и заварку.
— Вы здесь раньше бывали? — спросила Гарриет, пытаясь понять, что происходит. — Вы знали хорошо кого-то из Блэков?
Снейп на мгновение замер, словно обдумывая свой ответ.
— Да, — ответил он, наконец. — Я знал этот дом давным-давно. — Он решил не отвечать на второй вопрос.
В голове Гарриет промелькнула догадка. Значит, этот незнакомец — старый знакомый её родителей, или кого-то из Ордена Феникса. Может быть, он даже был другом Сириуса?
Эта мысль немного успокоила её. Если он знал этот дом, значит, он не представляет для нее угрозы. Наверное. Это всё могло бы хоть как-то объяснить его поведение и желание помочь ей. Но всё равно, она не доверяла ему. Она чувствовала, что в этом человеке кроется какая-то тайна.
«Кто вы на самом деле?» — мысленно спросила Гарриет, наблюдая за тем, как Сайрус Грей уверенно разливает чай по чашкам. — «Что вам от меня нужно?»
— Вы знали Сириуса? — Вырвалось у Гарриет, прежде чем она успела себя остановить. Вопрос повис в воздухе, наполнив кухню напряженным молчанием.
Снейп медленно повернулся к ней, держа в руках наполненную чаем чашку. Его лицо оставалось непроницаемым, как маска.
— Да, — ответил он, коротко и ясно. — Я знал Сириуса Блэка.
В голосе не прозвучало ни теплоты, ни сожаления. Только констатация факта.
— И каким он был? — Спросила Гарриет, не отрывая взгляда от его лица. Она жаждала услышать хоть что-то о своем крёстном, о человеке, которого она так мало знала и так рано потеряла. Ей было не с кем о нём поговорить и она зацепилась за возможность услышать о нём хоть что-то.
Сайрус Грей на мгновение задумался, словно подбирая слова.
— Он был... импульсивным, — произнёс он, наконец. — Смелым. Верным своим друзьям.
Гарриет нахмурилась. Описание звучало правдиво, но в нём не было души. Словно он говорил о ком-то, кого едва знал.
— А вы были друзьями? — Спросила она, надеясь услышать что-то более личное.
— Мы были... знакомы, — уклончиво ответил Сайрус. — Нас связывали общие обстоятельства.
Гарриет разочарованно вздохнула. Она ожидала большего. Она надеялась, что этот человек сможет рассказать ей о Сириусе то, чего она никогда не знала.
— Он вам нравился? — Вопрос сорвался с её губ непроизвольно. Она сразу же пожалела об этом. Это было слишком личное.
Сайрус замер, и в его глазах промелькнуло что-то, чего Гарриет не смогла разобрать.
— Нравился – это не подходящее слово для характера моего к нему отношения, — произнес он, наконец. — У меня были свои причины ценить его.
Причины ценить. Звучало холодно и отстраненно. Что это за причины? И почему он так неохотно говорит о Сириусе?
— Вы его презирали, да? — Вдруг высказала предположение Гарриет, чувствуя, как в её груди зарождается гнев. — Вы, наверное, считали его глупым и безответственным.
Сайрус вздохнул, словно устав от ее вопросов.
— Я не собираюсь обсуждать с вами Сириуса Блэка, мисс Поттер, — отрезал он. — Это прошлое. И прошлое должно оставаться в прошлом.
— Но он был моей семьей! — Воскликнула Гарриет, не в силах сдержать эмоции. — Я имею право знать о нем всё!
— Вы знаете о нём достаточно, — ответил Сайрус, наполняя чаем вторую кружку. — Вы знаете, что он был героем. Этого должно быть достаточно. — Он повернул в её сторону голову и посмотрел долгим пронзительным взглядом. — Пора перестать жить прошлым, мисс Поттер. Пора начать жить настоящим.
С этими словами он взял чашку с чаем и вышел из кухни, оставив Гарриет в одиночестве с выбором. Она смотрела ему вслед, чувствуя, как её переполняют противоречивые чувства. Этот человек знал Сириуса. И, судя по всему, не питал к нему тёплых чувств. Но почему он тогда так настойчиво предлагает ей свою помощь? Что он скрывает?