Перелистывание страниц прошлого (2/2)

Хоть и взволнованный голос Хёны не звучал столь убедительно, как ей хотелось бы. Каждая буква хранила горькую правду, на которую он собственноручно обрёк их.

— У меня есть один хороший учитель.

— Ученик превзошёл своего учителя, — Чимин небрежно качнул головой, осознавая, что их диалог в очередной раз забуксовал на одном месте, а они, как два упрямца, выбрали противоположный путь друг от друга.

— Да, урок был усвоен. Так что... до четверга? — Хёна плотно сжала губы, останавливая всякие попытки продлить то, что принесёт ей душевную боль.

— Береги себя, Хёна, — а Чимин отважно последовал её примеру, возвращая себе горькую опустошённость.

Любое взаимодействие между ними подвергалось горькому осадку. Хёна найдёт нужное утешение в сближение с Донгу, а Чимин в переполненном спортзале.

На расстоянии друг от друга.

***

В день отъезда в родной город Хёна нервничала больше обычного. Она не могла похвастаться какой-то особенной связью с родным домом, тем более после появления там чужого человека. Девушка даже с облегчением вздохнула, оказавшись одна в Сеуле.

На самом деле Хёна не соврала Чимину. По большей части она смирилась с тем, что отец женился. Она действительно желала ему счастья. Мужчина слишком долго был одинок. Хёна всегда готовилась к тому, что кто-то рано или поздно окажется на месте его первой жены. Но её эмоции зачастую были громче слов и обещаний, которых она не сдержала лично перед собой.

Мама. Слово, которое приносило ей одинаково много боли и трепета. Женщина, которую она запомнила лишь по фотографиям и историям от отца. Мужчина всегда говорил, что любит её по сей день. Быть может, поэтому в детстве Хёна не принимала никаких его пассий. Свою личную жизнь господин Мин смог наладить лишь тогда, когда повзрослевшая дочь уехала учиться в другой город. Приезд Хёны всегда был для него волнительным. Но он надеялся, что однажды его маленькая девочка влюбиться и сможет хоть немного понять его.

И, кажется, после знакомства с Чимином многие вещи виделись ей иначе.

Изнуряющие размышления Хёны прервал входящий звонок от Донгу.

— Нет, милый, можешь не подниматься, — ответила девушка после того, как Донгу оповестил о своём приезде.

Хёна взяла свою небольшую спортивную сумку, в которую сложила некоторые подарки и вещи на случай, если отец уговорит её погостить больше одного дня. Донгу встретил её около подъезда и помог разместить вещи на заднем сидении.

— Есть какие-то напутствия? — несмотря на нарастающие переживания, неконтролируемая улыбка коснулась его лица.

— Нет, — поспешно успокоила его Хёна, замечая, как эмоции парня рвались наружу, что было нетипичным для него. И, пожалуй, хотя бы ради этих новых чувств им стоит пройти через это, независимо от того, к чему приведут их отношения. Ночью Хёна внезапно проснулась и впервые ощутила, как сомнения отошли на второй план. Девушка нуждалась в этой поездке, и именно с Донгу.

Особенно после разговора с Чимином.

Чтобы отдалиться от одного, нужно стать ближе к другому. Таков был план Хёны. Даже если Донгу сейчас единственный, кто остаётся в выигрыше.

— Но согласись, это неожиданно, — Хёна послушно кивнула, потому что Донгу был абсолютно прав.

Они не так давно вместе, чтобы делать столь значимый шаг вперёд. Но Хёна желала довериться своим ощущениям, а Донгу принимал каждую возможность находиться рядом.

— Даже для меня. Но мы ведь пробуем. Да? — девушка обняла его за спину и импульсивно прислонилась к груди.

— Конечно. Спасибо, что делаешь это, — ладонь невесомо огладила девичьи волосы, предвкушая будущие моменты.

— Надеюсь, ты не разочаруешься во мне, — произнести это вслух оказалось проще простого.

— С чего такие опасения? Ну, если ты, конечно, по итогу не окажешься серийной убийцей, — шутливо ответил парень, укладывая подбородок на её макушку. Не желал углубляться сейчас в то, что могло бы сорвать их совместную поездку.

— Мысли вслух, — Хёна чуть отстранилась, приподняв на него свой внимательный взор. — Иногда чувство вины грызёт меня без причины.

— Тебе не стоит об этом так много думать, малыш, — Донгу привычно подобрал слова, которые подбодрят её. — Я помню всё, о чём ты говорила. Просто... я счастлив даже от того, что ты дала нам шанс.

— Ты такой хороший, Донгу, — Хёна отчаянно сжала губы, пытаясь усмирить свои ненужные сейчас эмоции. — И очень целеустремлённый, — девушка привстала на носочки, невесомо прикасаясь к губам напротив. — Раз уж мы оказались здесь.

— Получается, Чимин тогда был прав. Похоже на захват крепости, — Донгу подался вперёд, крепче стискивая в своих объятиях Хёну. Молодой человек проворно добрался к полуоткрытым устам, медленно прикрывая веки. От того и не заметил замешательства, застывшего на девичьем лице.

Хёна виновато зажмурилась и намеренно углубила поцелуй, предпринимая устойчивую попытку отдалиться от Чимина.

От его имени.

И его запаха.

Закрепив всё это стремление его же словами о том, что ему не нужны серьёзные отношения. Он безупречно доказал это своими прошлыми действиями.

***

Непринуждённые разговоры с Донгу длились всю дорогу. Это немного расслабило и Донгу, и саму Хёну. Хоть каждый из них и имел свои личные переживания внутри, в дом, где прошло детство девушки, они зашли уверенно, не пряча улыбок.

— Привет! — первой с господином Мином поздоровалась Хёна, сразу же крепко обнимая отца, забывая про традиционный поклон в знак уважения. Как бы много она не думала о его женитьбе, мужские радостные глаза, которыми он всякий раз встречал её, смягчали её сердце.

— Моя девочка приехала, — мужчина с удовольствием принял порыв дочери и привычно ощутил неминуемую ностальгию, когда схожесть Хёны с матерью приносила ему одинаково много и боли, и счастья. — И не одна, — со временем дополнил господин Мин с широкой улыбкой, от которой появлялись морщинки у глаз.

Хёна предусмотрительно отодвинулась, наблюдая за тем, как учтиво поклонился Донгу, а отец последовал за ним. И, кажется, после тёплого рукопожатия девушка уловила, с какой лёгкостью вздохнул молодой человек.

Казалось, её план работал. Уголки её губ непроизвольно приподнялись, вызывая мягкую полуулыбку, а дом совсем быстро наполнился приятными разговорами. Госпожа Мин, к сожалению или к счастью, отсутствовала. Женщина иногда выезжала в ближайшие небольшие города для работы в поликлиниках. Хёну этот момент, конечно же, не расстроил. Да и на общение между Донгу и господином Мином это повлияло лишь с положительной стороны. У них было больше времени для мужских тем, которые так или иначе их сближали.

— Ты до сих пор хранишь это? — Хёна подошла к комоду, который стоял в гостиной, и осмотрела знакомую статью из старой газеты в рамке для фотографии. Точнее сказать, то, что осталось от бумаги по истечении многих лет.

— Конечно. Всегда, — уверенный тон отца гласил о том, что иного ответа Хёна от него никогда не получит.

Мужчина отвлёкся на телефонный звонок, а Донгу совсем скоро оказался рядом с Хёной. Девушка взяла фоторамку в руки и неспешно скользила тонкими пальцами по стеклу, словно боялась прикоснуться и ощутить день, который она абсолютно не помнила, но именно он разделил жизнь их семьи на «до» и «после».

— Расскажешь? — молодой человек обнял её со спины, осторожно уложив подбородок на плечо.

Было не трудно догадаться, что произошедшее заставляло его девушку грустить. Донгу догадывался о многом, да и сама Хёна поверхностно рассказала о том, что случилось с мамой, но история, которую хранила фоторамка, ему была неизвестна.

— Отцовская мечта – пожать руку этому мужчине, — Хёна указала пальцем на человека, фото которого хранила статья. — Это... это долгая история. И ты слышал многое, но именно это воспоминание, — девушка вернула фоторамку на комод, тоскливо сжимая уста. — Так бережно хранит отец. Если бы не этот человек, быть может, меня бы и не было вовсе...

— Малыш, — Донгу тотчас прижал её к себе. Настолько бережно, насколько позволяло мгновение. Он не стал продолжать говорить за Хёну, тем самым подталкивая её. Дал ей время.

— Наверное, я плохой человек, — и она была благодарна ему за то, что не торопил её. Хёна положила ладонь поверх мужской, и Донгу с лёгкостью ощутил её отражённые переживания. — Но тот, кто так торопился в тот день. Надеюсь, больше никуда не спешит, — проговорила она с надеждой в голосе. Тюремный срок, который огласили однажды виновнику аварии, уже истёк. Но Хёна надеялась на жизненный бумеранг.

— Не говорили о себе так. Есть ведь причины.

— Угу, — послушно кивнула девушка. — Этот врач... случайно оказался рядом и спас меня... Буквально, — Хёна снова устремила свой тоскливый взгляд на фоторамку. — Но, к сожалению, его коллеги не смогли сделать этого же для мамы... Папа не успел отблагодарить тогда мужчину. Он слишком быстро покинул место аварии. Как потом выяснилось, он был со своим ребёнком.

— Я бы тоже хотел пожать руку этому мужчине, — мягко проговорил Донгу, невольно покачиваясь из стороны в сторону.

— Всё, что у нас есть – эта случайная газета, где писали про аварию.... — грустно подытожила Хёна, оборачиваясь лицом к Донгу.

— Уверен, его жизнь сложилась прекрасно. Судьба всегда возвращает добро. Так ведь? — изящные пальцы поправили выбившуюся прядь волос, а непроизвольная улыбка появилась на лице Донгу. То, что Хёна делилась столь значимым воспоминанием, безусловно, говорило ему о многом.

Донгу и не догадывался о том, что некую часть этой истории Хёна уже однажды рассказала Чимину.

Который по своему боролся в этот день.

Сегодняшний вечер мужчина решил украсить громкой музыкой. Несмотря на то, что был четверг, в местном клубе привычно было много людей. Район, в котором Чимин проживал, был одним из лучших. Бо́льшая часть жителей – те, кто мог себе позволить выходные в будни дни, не заботясь о каком-то рабочем графике, подстраивая время под себя. И пусть Пак не был тем, кто завтра сможет пропустить работу, его настроение не позволяло отказаться от мелкой авантюры для физической разрядки тела.

Чимин пришёл с определённой целью, поэтому, не растрачивая времени, внимательно осмотрелся и, найдя несколько подходящих вариантов, подошёл к барной стойке.

— Какой обычно коктейль заказывают девушки здесь? — смело поинтересовался мужчина, присаживаясь за столешницу.

— Клубничный дайкири? — слова парня покрыла определённая неуверенность. Но не из-за своего ответа, скорее от внезапного вопроса гостя.

— Один, — строптиво проговорил Чимин, приподняв указательный палец.

— А Вам?

— На Ваше усмотрение, — бармен коротко кивнул и приступил к приготовлению напитков.

А Чимин принялся сканировать тех, кому мог бы достаться этот напиток. Жизнь в Америке немного изменила его понятие отдыха. Да и там ему казалось, что он не до конца вписывался в клубную тусовку американцев. Поэтому, если он выбирался куда-то, это было, скорее всего, место, где можно было встретить приезжих азиатов, как и он сам. Мужчина даже ощутил приятный трепет в теле после того, как воспоминания покинули его. Он снова там, где ему, по всей видимости, и место.

Неосознанно привёл себя к тому, от чего убегал. Хёна. Снова невыносимые мысли о ней обжигали сознание.

Чимин напряжённо поморщился, словно фантомно ощущал эти огненные касания. Мужчина медленно потёр виски, избавляясь от внутреннего монолога и возвращая своё внимание на танцпол. К тому моменту бармен поставил на стол два напитка, которые заказал Чимин. Пак оплатил заказ и благодарно улыбнулся, беря бокалы в руки.

Чимин встал из-за барной стойки и подошёл чуть ближе к танцполу, осторожно пропуская людей, которые, наоборот, намеревались покинуть его. Мужской любопытный взор мгновенно заметил блондинку, сидящую за столом. Пак успел изучить компанию, с которой она была: ещё одна девушка и её парень. Что делало кандидатуру ещё более подходящей для роли сегодняшнего отвлечения.

— Скучно? — давящий тон его голоса преобладал даже над громкой музыкой, что, конечно, подействовало и на девушку.

Удивлённый взгляд сперва остановился на бокале, неожиданно оказавшимся напротив неё. Затем глаза скользнули по мужским пальцам, которыми Чимин выразительно постукивал по столу, располагаясь рядом с блондинкой. И наконец-то она послушно подняла на него голову, продолжая изучать внезапного гостя.

— Честно? Да, — ответ был действительно искренним, а для Чимина – подходящим.

— Тогда потанцуем? — мужчина сделал очередной глоток из своего стакана и, поставив его на стол, протянул руку девушке.

Сперва он приучит её к своим ласкам во время медленного танца, а затем грубо возьмёт в ближайшем мотеле. Желательно сзади, и наматывая белые локоны на свой кулак.

<s>Не</s> сразу понимая из-за кого.