Часть 9 День открытых дверей. (2/2)

Он повернулся к папе, который уже подошёл ближе:

— Пап, поблагодари от меня Джини. И успокой его — пусть не нервничает. А я — в путь, возвращать наших блудных детишек.

Намджун быстро поклонился, чмокнул отца в щёку и умчался.

Выходя из дворца, позвал слугу и распорядился, чтобы гвардейцы собрались в течение десяти минут: выдвигаются в путь.

***

Короли переглянулись и нервно усмехнулись.

— Я могу сегодня же своего забрать, — заявил Чон.

— Я тоже. Главное, чтобы согласился, — буркнул Мин.

— Эй, альфы! — вмешался Хосок. — Вы ничего не забыли? Это омежки королевской семьи, а не безродные холопы! Их так нельзя. Пусть вернутся домой, а уж потом решайте. Вы же Короли, а не варвары, что тащат добычу в пещеру! Хотя… — он ехидно хлопнул в ладоши, — забирайте, забирайте прямо сейчас! Может, хоть я вздохну спокойно. Мне нужен отдых и уравновешенная атмосфера. — Хосок хмыкнул, кивнул самому себе и добавил: — Да, именно так.

Короли уже несколько часов стояли, хлопая глазами, изредка шевелясь. С того момента, как Мин въехал во двор поместья, шок только нарастал — шок в шоке, да ещё и шоком погоняет.

— Мой брат, не будь так суров, — сказал Чон. — Они милые. Просто испугались пчёл, вот и сорвались. — Он повернулся к Юнги. — Ваше Величество Мин, вы ведь согласны со мной?

Юнги неуверенно кивнул, внутренне чувствуя, как червячок сомнения грызёт изнутри, но всё же придушил его и ответил:

— Конечно, Ваше Величество, я согласен. Они милые. Правда, с придурью… но это только когда вместе. По отдельности всё изменится. — И тихо, чтобы услышал лишь Чонгук, добавил: — Очень надеюсь.

***

Омежки сидели в своих покоях, нервно перебирали пальчики и тихо постанывали — укусы пчёл болели.

— Тэ, что теперь будет? — выдохнул Чимин. — Они нас, наверное, больше не захотят. Вот это мы опозорились… срам-то какой!

— Чима, не срам, а стыд, — ответил Тэхён.

Повисла пауза, потом Тэ улыбнулся и пискнул:

— Чима, у тебя распухший нос, а у меня глаз болит. Сплели веночки! —

Братья разом рассмеялись — громко, звонко, так что их, наверное, слышали даже за пределами поместья. Смех их был заразителен, и несколько минут они не могли успокоиться.

— Тэ, а где они? — вдруг спросил Чимин.

— Кто? Что?

— Наши венки, цветы и мёд! Нужно забрать! А то этот лекар всё на свои настойки пустит. Пусть уж лучше успокоительного побольше сделает — нервный он какой-то.

Омежки, моментально забыв о своём «стыде», сбежали вниз — за своими украшениями и сладостями.

Но, выйдя на террасу, они остолбенели: во двор поместья въезжал их брат, Ким Намджун.

А издалека раздался голос Хосока:

— Сонхо! Снова отбой! Никуда не выдвигаешься, все остаются на месте! У меня сегодня день открытых дверей! —

Он развёл руки в стороны, склонил голову и с лёгкой усмешкой произнёс:

— Добро пожаловать, Ваше Высочество Ким Намджун!