Часть 52 (1/2)

После Заковии планы поменялись - Тони пришлось решать рабочие дела, а во время этой задержки Баки накупил книг, но не горел желанием гулять по родным местам.

После они покинули Европу - у Тони горели сроки, а им нужно было лететь в Индонезию вместо Италии и Японии. У Баки возникли сложности с получением визы в страну восходящего солнца - пришлось оформлять на него банковскую карту (слава богу, в Заковии они решили этот вопрос моментально), затем переводить туда деньги и показывать движение средств: ждать покуда пройдет несколько недель, чтобы было ясно: это действительно его деньги, а не огромная сумма, собранная на пару дней, чтобы показать консулам.

Как ни странно, после Заковии их отношения вышли на новый уровень. Тони как будто стал лучше понимать Баки, и стал еще более ласковым и нежным - насколько это возможно будучи постоянно занятым - и не высказывал недовольства по поводу трат и странных привычек Баки. Баки по прежнему покупал только самое необходимое, но зато не скупился на музеи, экскурсии, вкусную еду и канцелярию. По прежнему отправлял подарки Ванде и Пьетро, а Тони только одобрительно кивал, когда они обсуждали это - раньше Тони возмущался, что Баки ничего не покупает для себя, а только близнецам, но после поездки в приют успокоился. Тони привык, что Баки всегда берет бутылку таппервэр, часто носит с собой железную трубочку (Тони, когда мы заказываем еду на вынос, ты не представляешь сколько пластика и воды тратится!), никогда не выбрасывает недоеденное - складывает в предусмотрительно взятый стеклянный контейнер и еще множество мелочей, от которых он не мог избавиться.

Мысленно Тони делал себе пометки - избаловать так, чтобы никто больше его не потянул - и успешно справлялся с этой миссией. Но частенько в голове вертелись неприятные мысли - а что если родители не примут то, что он би? Хотя Тони не думал, что он би - ему казалось, что он по девушкам и по одному единственному парню - он видел только Баки. Поэтому Тони к своим обязанностям добавил еще одну - обратиться к финансовому консультанту, чтобы рассчитать, сколько он протянет, если отец и Обадайя закроют доступ к важной информации в компании, урежут долю, лишат дивидендов и в целом лишат наследства. Естественно, у Тони были свои средства, но пока многое было завязано на компании. Он готовился к тому, что придется урезать расходы на пару месяцев, возможно, продать недвижимость в Малибу - особняк ему разонравился, и он точно не хотел, чтобы в этой бывшей обители разврата они с Баки начали совместную жизнь.

Когда они обсудили финансовую сторону с Баки, тот беспечно отмахнулся, и они немного повздорили. Баки хотел урезать расходы, а Тони просто посмеялся, потому что знал - надо увеличивать доходы, а не экономить на матче.

Когда Баки предложил устроиться на работу - Тони был категорически против, а Баки возмущался, что он ему указывает, что делать - впрочем, втайне Баки знал, что Тони прав. А Тони было приятно видеть, что Баки не сомневается в его способности зарабатывать (да если у тебя отобрать твои миллионы, ты их заработаешь через месяц-другой, и приумножишь).

Еще одним камнем преткновения было время вместе - его катастрофически не хватало, но Тони обещал, что, как только они получат американскую визу в Индонезии, он возьмет отпуск на 5 дней, а в Америке по приезде и после самых важных дел даже на 10.

Баки внутренне млел от того, как проходили его дни - как в сказке, когда столько приятных событий и хлопот, интересные дела и учеба каждый день; как те короткие часы с Тони наполнены не только нежностью и заботой, но и интересом - Тони хотелось знать, о чем он думает, куда хочет сходить и что посмотреть, что он купил, какой фильм они посмотрят, как ему идея многоуровневой зарядки, как дела у Ванды и Пьетро и их половинок, почему надо пользоваться определенным видом масла или просто несмотря на свою занятость - проверить, сколько новых слов Баки выучил и как продвигается работа над акцентом. (меня бесит, что от долготы звука о в слове от этого зависит дадут мне в рот или банку колы, Тони!)

Ему даже нравились их переругивания и доводить Тони до белого каления - к чести Тони, он вел себя как настоящий взрослый. Не был снисходителен, а все упражнения в остроумии касались мировых событий и самого Тони. Баки не знал, как он это делает - на все у него была шутка, забавная реплика, веселый комментарий; конфликты он старался деэскалировать, нудил, если Баки обижался (нам надо поговорить, а не хлопать дверьми). Тони весьма кстати выучил несколько ругательств - разговоры с Пьетро сильно отличались от тех, где присутствовала Ванда, и порой интересовался, как дела у Пьетро и его хмурого мужика, и почему Пьетро называет его Джимми, а не какой-нибудь грозной росомахой.

А еще Баки нравилось то, как они выглядят вместе - Тони реально не смотрел ни на кого кроме него. Баки сам предлагал оценить рискованное декольте или размер шорт - Тони только равнодушно смотрел в указанную сторону и пожимал плечами. Приятно было, что в заведениях на Тони обращали внимание, а он видел только Баки.

Кроме того, Баки нравилось, что Тони прислушивается к нему - это был настоящий люкс. Такой, какой за деньги и не купишь - Тони старался ложиться вместе с Баки (после препирательств и жалоб, что не на кого закинуть ножку ночью); всегда находил время, чтобы помочь с каким-то промптом для запоминания новых слов; обсуждал книги - Баки вознамерился закрыть пробелы и в Заковии взял издания зарубежной классики на родном языке; никогда не заканчивал рабочие разговоры при виде Баки - даже больше, обычно просил посидеть с ним в кабинете, пока Баки делал свои дела - а Тони свои.

Каждый день приносил много радости и труда - Баки не переставал думать, как он будет выглядеть при встрече с родными Тони, и поэтому изучал этикет. Тони этому научить не мог - он даже не понимал, откуда это, и считал, что какие-то вещи знают все. Баки замечал, что даже когда Тони просто одет (а он одевался неброско, но элегантно) - его встречают как своего в бутиках, в бизнес-лаундже. Как он вел себя, как держал себя - абсолютно не задумываясь, как он выглядит, Баки хотелось научиться этому. Даже в гребаной форме для дайвинга и ластах его пустили в Кемпински - несмотря на строгий дресс-код.

Так прошли дни до их отпуска в Индонезии. Бали встретил их влажным теплом, которое проникало под кожу, расслабляя мышцы и растворяя остатки напряжений, накопленных за недели перелетов.

Первое впечатление было отвратительным - грязно, повсюду много мусора, куча пробок (Тони не хотел ездить на мотоциклах, начитавшись историй о травмах), а в первую ночь на вилле они почти не спали. Баки увидел огромного паука и у него случилась истерика, пришлось съезжать с виллы в джунглях, потому что найти они его не смогли, а открытая ванная комната с тропическим душем предполагала и наличие других живых существ. К счастью, Дарси нашла в ту же ночь вариант на другой стороне острова - не джунгли, но изумительные виды на океан, белоснежные стены (чтобы увидеть сразу пауков сразу), минималистичный дизайн и хорошая обработка от насекомых.

Они не планировали задерживаться, но после пары дней поняли — отсюда не хочется уезжать. Океан и чистый песок, сочные манго на завтрак, утесы, утопающие в изумрудной зелени — будто маленький кусочек рая.

Баки занимался йогой по утрам на террасе — на легком утреннем бризе, наблюдая, как солнце поднимается над горизонтом. Тони, досыпая на гамаке, даже предложил перенести занятия в кабинет — огромное светлое помещение с панорамными окнами — чтобы побольше времени проводить вместе. Баки не отказал и переехал к нему - Тони работал, а в метре от него Баки медленно вытягивался в планке. Тони то и дело отвлекался от экрана старкбука, чтобы задержать взгляд на его спине — на том, как лопатки двигаются под тонкой хлопковой майкой — и Баки чувствовал его взгляды на себе.

Они трахались постоянно — воздух был густым и горячим, либидо буквально улетело вверх, так что они трахались везде и всюду — на шезлонгах у бассейна, в спальне под кондиционером,  в любом помещении виллы. Баки становился смелее, охотнее экспериментировал, - теперь не нужно было заниматься сексом в полной темноте, он позволял Тони взять контроль, но все равно оставался слегка начеку. Будто немного успокоился и перестал ждать что случится что-то плохое.

Они не знали, сколько еще пробудут на Бали — может, неделю, может, чуть дольше. Баки тут нравилось — без расписаний, без обязательств, вставать утром и идти купаться, сидеть на террасе и жевать фрукты с учебником на коленях. Потом, после завтрака, они выбирались на пустынный пляж, купались, целовались — с океанической солью на губах (малыш, никакого секса, тебе будет больно и песок окажется в самых нежных местах).

Они не говорили о чувствах, Тони все еще был на это скуп, хоть у него и проскальзывало иногда «Я тебя люблю», а Баки никогда на это не отвечал — просто улыбался или кивал, мол, слышу, понял, но сам поднимать эту тему не хотел. Слишком хорошо было в моменте, чтобы думать о том, что дальше.

Тони начал следить за питанием — под надзором Баки — даже о коже своей начал заботиться. Они засыпали вместе, в огромной кровати, утром просыпались вместе, шли на пробежку по пляжу, купались, и только после этого завтракали. Тони даже начал йогой вместе с Баки заниматься — Баки ему помогал и подсказывал то, что уже сам выучил. Тони гибкостью не отличался — как дубовая доска — и Баки это веселило, но он все равно говорил, что так только поначалу — потом лучше станет.  Тони поддержал его желание сходить на йога-ретрит или даже в йога кэмп, но Баки решил что для начала ему нужно больше практики и фокус должен быть на учебе.

Ездить на байке Тони был против, но они наняли двоих водителей, чтобы объездить остров и на двух колесах, и на машине. Тони учил Баки играть в гольф, теннис, паддл, бадминтон - плавать по настоящему, они на вертолете слетали на другой остров - Гили, где был потрясающий снорклинг. Дайвить Баки побоялся, а Тони спустился разок. Можно было увидеть больше мест, но не хотелось переезжать с места на место, поэтому  в основном они оставались на Улувату. Серфингом Баки заниматься побоялся, а Тони не настаивал. Они успели поужинать в подводном ресторане, объездить все эстетические кафе Букита, посмотреть закаты на близлежащих пляжах - несмотря на размеренные будни, впечатлений было много.

Так прошло две недели, и пора было ехать дальше.

После Бали они отправились в Сингапур, Малайзию и Южную Корею. Баки наконец попробовал настоящую азиатскую кухню — кимчи, токпокки, свежайшие морепродукты. Он сначала морщился от остроты, привыкший к более сдержанной европейской кухне, но уже к третьему дню с азартом пробовал все подряд в уличных лавках. Задержались они ненадолго - Тони даже успел сходить на несколько процедур, Баки накупил корейской косметики по рекомендации и сувениры с к-поп охотницами на демонов. Но наверное самое впечатляющее было - сауны с десятками купелей самых разных температур. Тони не особо понимал привычку сидеть в духоте и потом окунуться в ледяную воду, но из любви к Баки попробовал (к тому же ему не нравилось, что там можно ходить голышом и пялиться на его мальчика).

Из Кореи они перелетели в Японию, где Тони снова погрузился в рабочие встречи. Они застряли в Токио почти на неделю, Баки успел изъездить город вдоль и поперек — все выглядело так, будто он попал в киберпанк кино. После Бали, где они много времени проводили в тишине, Токио показался слишком шумным, перегруженным и изнурительным. В Киото они выбраться не успели - но в Юниверсал парк съездили и в парк оленей заглянули. От зоны Гарри Поттера Баки был в полнейшем восторге - они смогли посетить практически все аттракционы без очередей благодаря экспресс-пассу и закрытому посещению на час раньше остальных, но и с толпой людей деревенька Хогсмид и замок не лишились своего очарования.

Малайзия — встретила их влажным, тяжелым воздухом, который обволакивал кожу, как теплое одеяло. Они заблудились в Куала-Лумпуре, пытаясь найти «тот самый» легендарный фуд-корт, где подавали лучший наси-лемак — Баки о нем в интернете вычитал — и в итоге провели весь вечер, сидя у уличного лотка, обжигая губы ароматным рисом в кокосовом молоке. Отель с видами на башни Петронас покорил Баки, как и огромный книжный магазин в торговом центре - пришлось докупить еще чемодан!

А в Сингапуре, напротив, все было стерильно и продумано до мелочей — Баки восхищался футуристичными садами у залива, а Тони таскал его по тех выставкам.

Почти два месяца пролетели незаметно, и вот наконец их путь лег в Италию — последний их пункт назначения перед тем, как подаваться на визу. Баки дождаться не мог — он заранее договорился с Вандой и Пьетро, что приедет к ним. С Тони тоже условились — тот собирался поехать к родителям, повидаться наконец. Хотел познакомить и Баки, но тот банально струсил.

После азиатской экзотики европейская простота действовала, как бальзам на душу. Венеция, залитая золотым светом закатов, необычный готический номер с маской на двери вместо номера, паста карбонара в маленькой траттории, запах свежесваренного кофе утром. Они провели целый день, просто гуляя без плана и карты, а затем наконец-то выдвинулись в Рим.

Договорились, что встретятся в отеле позже - Тони не хотел ночевать у родителей без Баки, а Баки не хотелось стеснять Ванду и Пьетро.

— Напишешь, как будешь на месте, — сказал он, прежде чем Баки увез черный мерседес.

В гости к Ванде и Пьетро Баки ехал с нескрываемым нетерпением и предвкушением — они давно уже не виделись, только созванивались и переписывались в общем чате. Пока ехал в такси к нужному адресу — новому на этот раз, в более приличном районе Рима — Баки нервно крутил на пальце подаренное Тони кольцо. Кольцо кстати было с сюрпризом - снимать его было больно из-за какого специального давления, при носке оно не ощущалось, но вот если снимать - ощущение было, будто шипы ранят кожу. У Тони было такое же, и Баки неоднократно шутил по этому поводу. Тони был слегка маниакален когда дело касалось Баки - он с ума сходил от каких-то простых вещей и мелочей типа Баки в спортивной форме и белых носках; или завивающихся от влажности кудряшек; потного и разгоряченного после тренировки (Тони фу, не лезь ко мне, я весь мокрый).

По поводу их отношений он с ребятами в подробности не вдавался — они знали про Тони, знали, что Баки с ним снова сошелся — и Баки уже выслушал череду гневных тирад на этот счет. И он не злился, не обижался на ребят — прекрасно понимал, почему они оба так на Тони реагировали. Будь все наоборот, будь Баки на их месте, реагировал бы, может, и еще более агрессивно.

— Бак! — раздался громкий радостный вопль быстрее, чем он успел выйти из машины. Ванда и Пьетро кинулись ему навстречу, оба схватили в объятия, а Баки успевал только отвечать, сжимая их по очереди в ответ. — Наконец-то! Как долетели? Все нормально?

— Отлично, — кивнул Баки. — Остановились в отеле.

— А где этот твой? — Пьетро махнул рукой с не слишком-то скрываемым пренебрежением. Баки хмыкнул.

— Он к родителям уехал. Они тут недалеко от Рима живут.

— Пойдем, я там ужин приготовила, научилась наконец-то пасту нормально делать, а не просто макароны по-флотски, — гордо заявила Ванда, быстро переводя тему, и потащила его в сторону дома.

В небольшой, но уютной гостиной уже был накрыт стол — салаты, закуски, бутылка вина для Ванды и Пьетро. Ванда засуетилась, накладывая еду, а Баки то пытался поесть, то раскрывал очередной чемодан с подарками - легчайшее термобелье от Юникло, нереальной красоты винтажные серьги, книги на родном языке в красивом переплете, куча сладостей тика кит ката с матчей или чокопай с сакурой. При этом умудрялся отвечать на вопросы -  как путешествие, как вообще жизнь, что нового, что придется снова съездить в Заковию всем вместе - решать вопросы с жильем. Баки рассказывал, не стесняясь говорить с набитым ртом — и про Европу, и про Азию, про дорогие отели, экскурсии на вертолете, подарки и общую романтику. Он толком даже не приукрашивал — в целом, все в самом деле было хорошо, как он и мечтал когда-то. Но Ванда с Пьетро все равно как-то странно на него поглядывали — будто понять не могли, врет он или нет — а потом вдруг Ванда охнула.

— Это что?

Баки проследил за ее взглядом — и понял, что она наконец-то заметила на его руке кольцо.

— Кольцо, — пожал он плечами.

Ванда нахмурилась, отодвинув в сторону недопитый бокал вина.

— Я вижу, гений. Что за кольцо?

Пьетро смотрел так же напряженно, как и Ванда. Баки откусил еще немного брускетты, стараясь хоть как-то отсрочить грядущий разговор.

— Тони подарил, — ответил он. — Кольцо-обещание.