Часть 22. Стив (2/2)
Стив сглотнул, в горле встал комок. В ее голосе было что-то незнакомое, нотки, которых Стив никогда раньше не слышал. Неподвижный взгляд Пегги не отпускал его, и в этот момент ему показалось, что она все знает. Что она прочла его, что она все поняла - она всегда была умной, чертовски умной женщиной, она наверняка могла начать что-то подозревать, могла установить камеры по дому....
По всему телу Стива пробежал холодок. Несколько секунд он смотрел перед собой, не зная, что сказать. Когтистые лапы паранойи снова связали его, укутали в кокон, и он стоял, разрываясь между тем, что делать с Пегги, и тем, что делать с Джеймсом. Все это было так несвоевременно, так неправильно. Но как только наваждение прошло, как только он очнулся от оцепенения, он вдруг понял: ему все равно.
Ему было все равно, узнает ли Пегги. Ему было все равно, если она сделала это специально - уволила Джеймса, чтобы лишить Стива всякого шанса оказаться рядом с ним. Хотя эта теория звучала глупо даже в голове Стива - нет, Джеймс явно уволился по собственному желанию. Уволился, потому что Стив повел себя как полный кретин. Пегги не имела к этому никакого отношения, она ничего не знала, и не стоило придумывать проблемы там, где их сейчас не было. Пока нет. Может быть, он просто придумал этот тон, этот странный намек в голосе. Но сейчас это не имело значения. Сейчас важно было как можно скорее найти Джеймса.
- Мне нужно в Лондон. Коулсон пытается перехватить меня, - невпопад произнес Стив и, повернувшись, поспешно вышел. По дороге к машине он несколько раз пытался дозвониться до Джеймса, но его номер по-прежнему был заблокирован.
До агентства Натальи Романовой он добрался довольно быстро, пару раз нарушив правила дорожного движения. К счастью, Наталья оказалась на месте и приняла его, растрепанного и взволнованного, сразу же.
- Мне нужно связаться с Джеймсом Барнсом, - без приветствия сказал Стив. - Вы отправили его работать на меня в апреле.
- А, Джеймс, - кивнула Наталья, невысокая и очень деловая рыжеволосая женщина со слабым славянским акцентом. Если она и удивилась, увидев одного из своих клиентов так неожиданно в воскресный день, то быстро оправилась. - Да, все верно. Он пожелал расторгнуть контракт неделю назад, а в эти выходные забрал документы из нашего агентства и, насколько я знаю, покинул страну. У него были проблемы с визой, - сказала она, - надеюсь, все в порядке и у вас нет к нему претензий? Нам пришлось пойти на компромисс, но ваша жена заверила меня, что вы довольны сотрудничеством.
Стив так и застыл, уставившись на нее пустым взглядом. Его последняя надежда рушилась прямо на глазах.
- Он покинул страну...? - тихо спросил он.
- Видите ли, с иммиграционной службой лучше не портить отношения - депортация не самая приятная вещь, - пожала плечами Наталья. - О, он кое-что оставил. Может быть, за этим вы и пришли? - Она вопросительно посмотрела на Стива: - Он попросил меня отправить это вам. Я собиралась заказать курьера, но раз уж вы здесь…
Она повернулась, достала из шкафа довольно большую коробку из-под обуви и поставила ее на стол перед Стивом.
Стив не потрудился спросить, что в ней. Он вообще ни о чем не спрашивал. Взяв коробку, он молча вышел из здания и сел в машину. Он пытался прийти в себя - что делать дальше? Через несколько минут он немного пришел в себя и решил снять крышку.
В коробке лежали вещи, которые он подарил Джеймсу. Кольца, наушники, браслеты, часы - даже те детские часы, подаренные в шутку. Джеймс ничего не взял себе. Ни одной вещички. На нижней стороне коробки было написано маркером: «Побрякушки». И все. Больше ни слова.
Стив закрыл лицо руками и прижался к холодному рулю. Что он наделал?