Глава 29. Под покровом тьмы (1/2)
Дилюк должен уже быть в городе. Кэйя пошёл по следу – штаб, тренировочная площадка, главная площадь, боковые ворота… Дилюк оказался у главных.
– Что ты хотел?
Кэйя махнул ему – отойти и поговорить наедине. Дилюк кивнул, быстро договорил с привратниками и пошёл следом.
– У меня есть новость, – сказал Кэйя, когда они зашли за угол.
– Хорошая?
– Сложно сказать. То письмо, которое тогда получил отец… Оно было от Дотторе. Почерк совершенно тот же. А теперь я узнал, что Фатуи хотят завербовать агентов, чтобы в нужный момент те совершили, что им прикажут, и создать плацдарм. Я и так это знал, но…
– Идём к Джинн. Ты уверен?
– Я проверил старое письмо, а нынешнюю переписку Дотторе добыть было… Интересно. Но моё обаяние, как всегда, сработало, – Кэйя легкомысленно улыбнулся.
– Обаяние, говоришь…
– Оно и только оно! Фатуи тоже хочется, чтобы к ним относились по-человечески, а не как к инструментам. Даже неприятно это использовать.
– Ты как всегда. Идём к Джинн. Письмо с подписью?
– Разумеется, иначе мне никто бы не поверил.
– Я – поверю.
У Кэйи потеплело в груди от этой небрежной фразы.
– И всё же одних слов будет достаточно только тебе.
***
Джинн прочитала письма внимательно, не отрываясь.
– Это серьёзно. Мы не можем пустить в Мондштадт Предвестника… Тем более – того, кто уже совершил преступление.
– Он не собирается к нам соваться лично. Сама видишь: он только отдаёт приказы. Но это Предвестник… Я не уверен, что мы его узнаем, если он замаскируется.
– Фигура такого масштаба не скроется, тебе ли не знать.
– Тем хуже. Мы не сможем противостоять ему, но и не сможем повлиять… – Джинн помассировала виски. – Я не знаю, как быть. Дайте мне день, я придумаю. Простите, завтра вам придётся напрячься.
– Какая ерунда.
– Оставь мне письма, Кэйя. Я верну их потом. Пока что… Ты знаешь, что делать.
Он кивнул. Конечно, он знал; к посольству Фатуи почти подобрался проверенный человек. Как прошло у связного Лоуренсов, сейчас не узнать, а вот завтра – вполне. До завтра ещё можно отыскать пару людей, поймать Вэл, если получится – ещё и Розарию… Опомнился Кэйя уже на пути к собору. Несколько разговоров со встречными – и он уже стучался в окно кельи.
– Везучий ты, – сказала Розария, высунувшись. – Если бы я тебя не заметила заранее, бросила бы нож.
– Кто, кроме меня, будет беспокоить тебя посреди молитвы… – Кэйя шагнул в сторону, уворачиваясь от тычка. – Ладно, никаких молитв, ты наслаждалась уединением.
Розария отошла в комнату, вернулась и выпрыгнула в окно.
– Что ты хотел? Опять прогуляться?
– Можем и прогуляться, но я за сведениями. Пойдём в парк.
– Посреди бела дня ходишь по осведомителям?
– Я навещаю подругу, – отмахнулся Кэйя. – Неужели у нас не найдётся тем для беседы, кроме шпионских дел?
Розария усмехнулась.
– Сумерская рыба, которую привезли вчера в лавку Бланш? Помню, ты любишь рыбу.
– Этого я ещё не слышал, хотя был там недавно. Зайду попробовать. Есть новенькое про Фатуи?
– Нет. Что стряслось?
– Я увёл у них важное письмо, притворившись посланцем Лоуренсов.
– Присмотреть за ними?
– У меня найдётся, кому за ними присмотреть, это несложно. Лучше присмотри за посольством. Можешь притвориться тёмным хранителем, чтобы совсем их запутать.
Розария наклонила голову, вопросительно глядя.
– Я был в образе, когда явился к Фатуи вместо гонца, – пояснил Кэйя. Розария засмеялась.
– Будешь должен. Не сегодня. Я вообще не собиралась сегодня общаться с людьми.
– Я счастливое исключение!
– Почему счастливое?
– Потому что ты не воткнула в меня ничего острого. Приятного отдыха!
А сумерская рыба – то, от чего Кэйя ни за что бы не отказался. В Мондштадт её привозят редко – слишком уж далеко, – и упускать случай он не хотел.
Людей у лавки не было, и Кэйя быстро обзавёлся свёртком толстенькой вяленой рыбы. Правда, делиться рыбой с кошками Маргариты он не стал, хотя пошёл прямиком в Кошкин хвост и просидел там до самого закрытия.
***
Разразившийся у Лоуренсов скандал оказался настолько громким, что Кэйя узнал подробности, пальцем не шевельнув: хватило пары приятных бесед. Нет, он никогда не обольщался умом нынешнего главы этой семьи. Тем смешнее: Лоуренс действительно отправил доверенного слугу, уже пожилого и крепко верящего в идеалы «аристократии» и служения им – верному псу всегда достанется хорошая кость, если хвостом повилять, – ночью, но Фатуи прогнали его взашей, заявив, что шавок тёмного хранителя здесь не ждут.
Больше всего Лоуренса обидело не то, что его слугу посмели спутать с тёмным хранителем, нет. Это было бы слишком просто. Его в самое сердце оскорбил Фатуи, посмевший непочтительно говорить с его слугой! Кэйя решил проверить как-нибудь, оскорбит ли Лоуренсов безупречная, по этикету, вежливость другого наследника древнего рода. Нехорошо бросать им на растерзание любимого брата, но слишком уж интересно, что будет. Обидятся ли они, что Дилюк считает себя равным им? Наверняка обидятся: это же Лоуренсы, для них нет никаких равных, только жалкие плебеи.
А потом пришла Глория. Вернее, её привёл Годвин и устроился неподалёку, явно намереваясь отвести её обратно.
– Капитан, это вы? – негромко спросила Глория. – Я услышала кое-что сегодня, когда отдыхала перед собором.
– Да? Что такое?
– Это были люди из Фатуи. Я знаю, как звучат их одежда и движения. Мой слух острее, чем у зрячих, и я расслышала, о чём они говорили. Они упоминали тёмного хранителя…
– Даже так? – мгновенно подобрался Кэйя. – Ты запомнила подробности?
– Да. Они уверены, что вы, командующий, действующий магистр или капитан Эола – кто-то из вас замешан в деле тёмного хранителя. Может быть, передали сведения, может быть, получили. Что вы знаете его и сотрудничаете.
– Это догадки? Или же у них есть зацепки?
– Только одна. Тёмный хранитель действует выгодным ордену образом и сражается там, где нет ни одного рыцаря.
Это сложно назвать зацепкой, но если Фатуи продолжат копать, докопаются до неудобных деталей.
– Послушай ещё сплетни, раз у тебя так хорошо это выходит. Ты очень помогла, Глория.
Она едва заметно улыбнулась.
– С радостью. Это Годвин меня попросил.
– Тогда он тоже заслуживает награды.
Глория снова улыбнулась.
– Я буду знать.
Кэйя не ждал от неё таких талантов. Да, она неглупая, слепота ей ни капли не мешает жить, но такой осведомитель точно полезен, тем более что она сама предложила. И сама Глория очень неплохой человек.
Парочка ушла. Кэйя остался сидеть на скамейке, где его нашли, размышляя. По мнению Фатуи, кто-то из верхушки ордена сотрудничает с тёмным хранителем, и это им не по нраву; они недалеки от истины, но нельзя позволить им и дальше думать в эту сторону. По официальной версии ведь тёмный хранитель к рыцарям отношения не имеет, и они не трогают его только потому что он лишь помогает людям там, где рыцари не успевают. Как бы провернуть это поизящнее, чтобы сбить Фатуи с толку… Они слишком умны. Прошлая делегация тоже была неглупа, но прокололась на покушениях.
Немного жаль, что использовать пароли, которые Кэйе передал Фатуи, уже нельзя: они знают, что с Лоуренсами ничего не вышло.
С братом Кэйя столкнулся тем же вечером – в Доле ангелов. Право, это была случайность. Кто мог подумать, что Дилюк зайдёт что-то выяснить именно сегодня? Скрылся за стойкой, только коротко махнув Кэйе, и выбрался спустя час с лишним.
– Не занят?
– Что такое?
– Должен кое о чём предупредить. Может быть, тебе придёт в голову умная мысль.
– Своих уже не хватает? – хмыкнул Кэйя.
– Пойдём уже. Тебе надо это знать.
Они отошли за уже привычный угол; Кэйя потянул Дилюка дальше.
– Ты чего?
– Мы слишком часто тут секретничаем. Пойдём-ка подальше, а то кто-нибудь решит подслушать…
Они прошли ещё два дома, Дилюк нырнул в переулок и остановился.
– Ты знаешь, что Фатуи хотят голову тёмного хранителя? Просят позволить им расследовать его действия.
– Ты отказал?
– Почти. Он не мешает городу, напротив, он явно на нашей стороне. Это было бы заметно, даже не знай я, кто это такой. Фатуи наши внутренние дела не касаются.
Кэйя подумал немного.
– Так что?
– Пригрозил, что их недобрый интерес к защитникам Мондштадта подорвёт доверие ордена, – Дилюк совершенно мальчишески улыбнулся. – Жду ответа. Если хотят расследовать – пусть делают это под присмотром.
– Я узнал сегодня, они подозревают нас. Причём всех – и нас с тобой, и Джинн, и Эолу… Не в том, что кто-то из нас тёмный хранитель, а в том, что знаем его.
– Вот оно как. Нужно отвести подозрения, причём гарантированно, – Дилюк тоже задумался. Кэйя щёлкнул пальцами, привлекая внимание.
– Устроить мероприятие, на котором будем мы все: все, кого подозревают, и ещё толпа народа. А тем временем тёмный хранитель кого-нибудь спасёт. Я могу провернуть это с разбойниками: подбросить сведения о чём-нибудь, что их заинтересует.
– Кто будет хранителем?
– Альбедо. Он так не любит людей, что вправе запереться в лаборатории и не вылезать всё мероприятие, и никто не удивится.
– Сойдёт, – кивнул Дилюк. – Организацией займусь я. Что с легендой? До возвращения ветра ещё много времени.
– Какой-нибудь семейный праздник. Скоро ведь осень, пойдёт урожай, и мы с тобой решили вернуть традиции. Готов поспорить: если покопаться, найдём десяток таких.
– Годится. Впрочем… тоже я придумаю. С тебя случай, в который тёмный хранитель вмешается. О котором рыцари не могут знать.
Кэйя негромко усмехнулся в ответ. Как бы провернуть? Через Вэл или лично? А может быть, подбросить намёк как бы невзначай, когда весь Мондштадт узнает, что устраивают они с братом? Столько возможностей; он запомнит их все и воспользуется той, которая подвернётся под руку удачнее остальных.
Рыцари ведь многого не могут знать; долго-долго и благодаря удаче расследуют появления банд, не могут достать самые старые, с опытными главарями. У них нет сил патрулировать все дороги… Кэйе нравилось притворяться слабее, чем есть. Пусть Фатуи ждёт сюрприз. Нет, они не глупые и должны понимать, что рыцари не совсем уж бесполезны, раз Мондштадт стоит, но люди часто обманывают себя. Их стоит подтолкнуть к этому.
***
Прошло несколько дней. Легенда тем временем сменилась: Дилюк счёл, что если называть торжество забытым семейным праздником, это может всплыть позже, а вот если они покажут своё расположение к дипломатической миссии, тем более что так удачно близится осень… Да, в этом году Мондштадт не может позволить себе роскошный пир, но «дорогие союзники» – с лёгкой руки Кэйи так начали называть Фатуи почти все – роскоши сейчас и не заслужили. Но эта миссия выглядит приятнее прошлой. Они хотя бы ещё не устроили ни одного покушения на офицеров ордена.
Когда братья подошли к Джинн, она только кивнула.
– Я понимаю, что вам это для чего-то нужно. Я попробую вытащить главу дипломатической миссии. Хотя бы взглянем на него.
Между делом Кэйя подкинул сведения похитителям сокровищ. Он почти во всём соврал, но главное – что одна банда решила напасть вечером праздника на тех, кто отойдёт подальше. Раз он знает место, а у Дилюка есть сокол, который, случись что, покажет людей, Альбедо сможет погеройствовать. Он этого не особо хотел, но Кэйя клятвенно обещал потом месяц его не трогать и забирать Кли по первой просьбе. Ещё он договорился с Розарией о небольшой услуге, пока все будут заняты в другом месте.
Наконец всё началось. На поляне около Спрингвейла, где часто устраивали праздники, собралась половина ордена и почти вся делегация Фатуи, зажиточные горожане, иностранцы, деревенские, несколько сестёр и братьев церкви во главе с сенешалем… Джинн ходила от одной группы человек к другой, о чём-то говорила и выглядела слишком расслабленно для той, кто знает, ради чего всё затеяно. Дилюк пристально наблюдал, всё ли в порядке; Кэйя знал эту его манеру и взгляд. Сам он развлекал гостей светскими разговорами. Эола мрачно сидела в стороне, но рядом гуляла Эмбер, мгновенно переводя внимание на себя.
Кэйя снова прокрутил в голове всё. Те, кого подозревают, на виду, в городе есть надёжные рыцари, Лиза, Сахароза и Кли, так что Мондштадт не беззащитен, Альбедо ждёт сигнала, Розария тоже при деле…
Нескольких Фатуи Кэйя знал – не лично, но знал. Заместитель главы миссии тоже был здесь. А вот сам глава – нет. Снова нет. Право, Кэйя уже готов замаскироваться под слугу и пробраться в посольство, чтобы посмотреть на него и убедиться, что он существует!
В деревьях зашумел ветер; кто-то взволнованно зашептался. Джинн негромко засмеялась, когда её спросил об этом сумерский студент, и начала рассказывать одну из историй об анемо архонте и вине; студент прилежно записывал. Что за человек: на праздник взял с собой походный блокнотик и ручку-самописец. Впрочем, эта легенда не из тех, что можно услышать в тавернах; Кэйя подошёл поближе, чтобы тоже послушать. Джинн бросила на него короткий взгляд, не сбившись с фразы.
Всё шло совершенно мирно и весело. Барды устроили состязание; Кэйя даже проголосовал за песню, что понравилась ему больше всего. Как же не поддержать людей и не послушать разговоры.
Начало темнеть, и люди потихоньку стали расходиться; одними из первых откланялись Фатуи. Потом ушла Джинн; она хотела вернуться в город пораньше, чтобы успеть ещё что-то. Братья уходили последними.
– Ну как?
– Всё по плану, – Дилюк протянул руку соколице. – Давай, отведи нас.
Соколица приземлилась на его предплечье и снова взвилась в воздух. Покружила немного…
– Идём! – махнул Дилюк.
Как дневная птица нашла одетого в чёрное Альбедо в ночном лесу, Кэйя не знал, но был всем сердцем ей благодарен. Теперь он понимал всех, кого напугал тёмный хранитель: увидеть, как чёрный – неестественно чёрный – силуэт выходит из тени, действительно жутко.
– Держи, – Альбедо протянул плащ.
– Как всё прошло?
– В порядке. Разбойники действительно напали на певицу из Фонтейна. Я разогнал их. Если позволите, я пойду.
– Слишком много людей, а?
– Ты помнишь, что обещал, – Альбедо проигнорировал подкол. Вскоре он уже исчез.
– Как думаешь, как быстро Фатуи узнают о сегодняшнем инциденте?