Глава 2 (2/2)

Он резко взмахивает палочкой, и из-под стола взлетает газета «Ежедневный Пророк», мягко опускаясь прямо передо мной.

На первой полосе огромный заголовок: «Героиня войны примкнула к Пожирателям Смерти. Пять человек погибли. Министр Магии серьёзно ранен.»

Но больше всего меня потрясает не заголовок. Под ним — колдография. На всю первую полосу — я и Малфой, спина к спине. Мы выкрикиваем заклинания, и один за другим четверо волшебников падают замертво.

У меня нет слов. На изображении я — другая. Злая, тёмная, чужая. Но… это я.

Дрожащими пальцами беру газету. Вглядываюсь в девушку на изображении, пытаясь отыскать хоть малейший признак, что это не я.

— Этого не может быть… — едва слышно шепчу.

— Это факт, — сухо произносит он. — Как видите, есть много свидетелей ваших... злодеяний.

Он достаёт из внутреннего кармана целую пачку колдографий. Я судорожно хватаю их, надеясь найти хоть одно опровержение. Но нет — на всех изображениях я и Малфой.

На первой мы бок о бок идём по коридору Министерства — целенаправленно к кабинету Министра. Я знаю этот коридор. Я работала там три года. Кто-то пытается нас остановить, но Малфой тут же вскидывают руку и волшебников отбрасывает в сторону.

На второй — мы стоим перед приёмной Министра. Я направляю палочку на секретаршу, произношу заклинание. Мощный поток магии вырывается из палочки, и девушка падает безжизненно.

А третья колдография повторяет кадр с обложки Пророка.

— Это бессмысленно… — шепчу я, откладывая снимки. — Зачем мне это? Как?.. Зачем?

На меня обрушивается тяжёлый, выворачивающий изнутри ком вины. На той колдографии, где секретарша падает замертво — её пустой взгляд. Она мертва. И это сделала я.

— А вот зачем и почему — вместе с мистером Малфоем — нам ещё предстоит выяснить. Но, как я уже говорил, ваша вина очевидна.

— Малфой тоже здесь? — спрашиваю я неожиданно твёрдо. Мне нужно знать, что он помнит.

— Да, миссис Грейнджер. Вы оба помещены в одно отделение Азкабана как… скажем так, волшебники с нарушенной психикой. — В его голосе слышится усмешка. — Видите ли, мистер Малфой тоже потерял память. Когда вас задерживали, вы оба вели себя как обезумевшие, метали непростительные заклинания во всё вокруг. Аврорам пришлось применить оглушающее заклинание. После пробуждения — внезапная амнезия. Удобно, правда?

Он улыбается впервые за всё время.

А я… я вдруг не могу даже пошевелить пальцем. Мне по-настоящему страшно.

— А пока вас немного… полечат, — произносит он и жестом указывает надзирателю.

Тот мгновенно подчиняется, грубо хватает меня и тащит к выходу.

— Я не виновата! Я ничего не помню! Это ошибка! Позовите Гарри! Позовите Рона! — кричу я в отчаянии, пытаясь удержаться хоть за что-то. Но мужчина уже отвернулся. Он смотрит только на свои бумаги, будто меня — не существует.