Глава 70 Вилфорд (2/2)

Но если бы он с самого начала знал, чем это всё это закончиться, он не стал бы мучиться все эти два месяца. Ведь каждый день он взращивал в себе надежду, борясь с мыслями, которые, как паразиты, заражали его душу сомнениями.

В голове сразу же всплыло одно воспоминание – на этом самом чердаке. Это было в ночь Гая Фокса, которая стала для Вила особенной, но не в лучшем для него смысле:

5 ноября

Воскресенье

20:12

Вот уже второй вечер Вил проводил на этом чердаке. Никто не знал о его новом убежище – оригинальный ключ он вернул мистеру Беккеру. Сам же, после занятий или работы, незаметно передвигаясь по коридорам, стараясь не попадаться никому на глаза, он прятался там. Вилу не хотелось, чтобы про это место кто-либо знал. Он хотел, чтобы оно было только его.

Ему было противно, что он обманным путём получил сюда доступ. Но это было просто необходимо, и желание пересилило абсолютно все доводы против, которые он смог найти. Тем более оно было нужно ему как никогда именно сегодня – ведь сегодня был особенный день. И не потому что сегодня была ночь Гая Фокса, а потому что сегодня он написал Джо, что не сможет прийти за ней.

Помимо того, что его тянуло на этот чердак желанием забыться от всего, что было снаружи, ему хотелось знать, как на это отреагирует Джо. Но её реакция оказалась совсем не такой, какую он желал увидеть. Вместо ожидаемого вопроса он получил лишь сухое принятие с её стороны.

И та пропасть между ними, что росла с каждым днём, стала ещё больше. Но Вил всё равно хранил в своём сердце надежду, что всё ещё может быть по-другому. И он позволил себе смириться с этим, позволил этой пропасти расти, думая, что если его в её жизни станет меньше, то это поможет ей решить. Ведь своё он принял ещё тогда, в лесу, под деревом, в её объятиях. И всё его нутро вставало против него, когда он допускал мысль о том, что это было неверное решение.

Вил стоял у круглого окна на тёмном чердаке, отдельно от всех. Весь двор был виден из окна как на ладони. Всё больше учеников выходило из общежития, чтобы посмотреть на фейерверк сегодня вечером. Вилу тоже хотелось быть там – с ней, с их компанией. Но здесь ему было легче. Ведь там, внизу, ему снова пришлось бы думать о том, что он не может быть с ней так, как того желало сердце. А здесь он мог спрятаться ото всех и притвориться, что с ним всё в порядке.

Взгляд, не отрываясь от вида за окном, рассматривал учеников, ищя лишь одну. Ту, что стала так дорога его сердцу, на кого он мог бы смотреть целую вечность. Её медная макушка появилась – и взгляд Вила сразу же устремился туда, приклеиваясь к Джо. Она шла под руку с Одри, а Гейб следовал за ними. Они нашли свободное место в толпе и встали рядом друг с другом.

Через несколько минут на небе расцвёл первый цветок фейерверка, за которым последовали другие. Небо раскрасилось в красные, синие и фиолетовые цвета, спускаясь по нему блестящими огненными искрами.

Под шум от фейерверка, Вил прикрыл глаза и позволил себе представить другую реальность. Ту, где в этот самый момент он находился не на чердаке, а там, внизу, вместе с Джо. Где он стоит у неё за спиной, а его руки лежат на её талии, притягивая её к себе, даря тепло. А взгляд его устремлён на самое прекрасное зрелище в его жизни – на то, как Джо подняла голову к небу, а в её чёрных глазах взрываются яркие краски фейерверков. Вил не мог бы представить себе вида лучше, чем этот.

Представив это, его сердце болезненно сжалось, жаждя быть рядом с Джо, а не здесь – на тёмном и холодном чердаке. Один. Потому что больше не мог находиться рядом с ней и видеть, как с каждым днём растёт та самая бездонная пропасть между ними.

Вил открыл глаза и снова выглянул в окно – на небо, усыпанное яркими вспышками, и на ту, что была так далеко от него. Не нужно было ему об этом думать. Ведь впервые в нём проскочила искра мысли – о том, что он сожалеет. Сожалеет, что всё именно так. Что он влюбился именно в Джо. И впервые он не смог эту мысль остановить.

Проморгавшись, Вил убрал руки из волос и посмотрел на стену перед собой, пытаясь выбросить последние мысли об этом воспоминании. Но он опоздал – та искра дала пламя, которое вспыхнуло разрушительным пожаром внутри его сердца. Он беспощадно пожирал всё, до чего дотягивался – и хорошее, и плохое, что было связанно с Джо. Пропасть между ними перестала существовать, превращаясь в пустоту, унося с собой всю его боль и чувства, что у него ещё оставались. Теперь Джо для него не существовало. Как и он сам – ведь он уничтожил себя.