8. (2/2)
— Устала? Можем подремать.
— Отличная идея... — она прикрывает глаза, понимая, что заснёт очень быстро. Удобная поза, тепло, свежий воздух.
Ах, да. И коты, лежащие рядом.
***
Просыпается Джесс от повторяющейся вибрации в кармане джинс. Ей приходится потревожить котов, которые уютно прижались к её боку, чтобы ответить на сообщения. Она знает, что это отец, ведь его контакт единственный, на чей у неё стоит звук уведомления. Заметить, ответить в ближайшее время – важно. Правило, установленное ещё с её подростковых лет, когда она часто гуляла по ночному городу одна.
— Всё в порядке? — спрашивает Макс, приоткрывая глаза. Он не спал уже давно. — Сколько времени?
— Да, всё о'кей. Папа написал. Нужно ответить. — отвлекается на время в левом верхнем углу экрана. — Десять минут третьего.
— Ммм... мы проспали обед.
— Зато я выспалась. Спасибо.
Её телефон вибрирует снова и Джессика моментально утопает в сетях гаджета.
Папа💪🏼
У тебя всё хорошо? 15:08
Могу ли я узнать, кто этот
таинственный друг, у которого есть
квартира в Монако? 15:08
Я не против полезных связей,
но ты должна меня понять,
я волнуюсь. 15:09
Если ты останешься у него на
ночь, отправь мне адрес
или геопозицию. Люблю тебя. 15:10
Джесс смотрит на Макса, гладящего котов. Если бы только отец знал, кто этот «друг»... Он был бы спокоен. И тут её осеняет.
— Макс, ты не против, если мы сделаем селфи? Папа интересуется, кто этот человек, с которым я провожу почти всё своё свободное время. Объяснять долго, а фото даст чёткий ответ... — она принимает положение сидя, парень следует её примеру.
— Хорошо. Без проблем. — на самом деле, уже давно его волнует вопрос, как она расскажет о них своему родителю. Ведь со стороны любого отца его профессия определяет его типичным безответственным мудаком. Хотя, если тот, правда, проработал много лет в Ред Булл, он должен понять его, верно? «Нормальные» не задерживаются в этом хаосе надолго. Не выдерживают экстрима, не понимают весь этот драйв сумасшедших мероприятий... Да и Макс не безответственный мудак. Конечно, со своими страннностями, но он никогда не желал Джессике вреда. Наоборот, хотел и надеялся защитить её от всего дурного. Он не любит фотографироваться, однако это не тот случай. Поправив свою чёлку, гонщик уставился на «чёлочку» её новенького четырнадцатого айфона. Едва улыбнулся.
Щелчок.
— Спасибо! Лучший. — девушка оставляет влажный поцелуй на его щеке, паралелльно отправляя фотографию отцу.
Папа💪🏼
*фото*
Ты знаешь его достаточно
хорошо. Прости, что скрывала.
Сама ещё не разобралась,
что происходит 15:12
*геопозиция*
Люблю тебя 15:12
— Если я «лучший», я думаю, я достоин чего-то бóльшего. А то любишь разбрасываться детскими поцелуйчиками... — Макс мастерски изображает обиду. Но сквозь максу недовольства всё равно заметно игривое настроение. Глаза не врут. Глаза горят.
Выныривая из переписки, Джесс расплывается в улыбке. Моментально забывает о серьёзности предстоящего разговора с отцом. Здесь и сейчас есть только Макс. И никакой прохладный февральский воздух, и никакая бывшая работа, не важны так, как важен он. Его голубые глаза и колючая щетина.
Макс. Безбашенный. Чуткий. Резкий. Тёплый. Настойчивый. Светлый. Человек-контраст. Как же она его любит. Любит. Слышите? Он ещё не знает. Не догадывается даже. Поэтому именно сегодня, тринадцатого февраля две тысячи двадцать третьего года, Джессика раскроет ему эту тайну. И своё сердце. Да. Чтобы завтра, День Влюблённых, они провели в нужном статусе.
— Ты так считаешь? — провоцирует, ожидая нужной реакции.
Очевидно, получает её.
— Да. Вообще-то я... — и тут его неприлично прерывают поцелуем в губы. — Ммм?! — Джесс не даёт ему договорить, и в этом всё: вызов, нужда, страсть. Её поцелуй неумелый, но резкий. Почти дерзкий.
Неожиданное соприкосновение губ сбивает дыхание. В голове Макса словно перегорает лампочка. Мысль обрывается. Тело реагирует быстрее, чем к нему возвращается умение думать. Он буквально вжимает её в себя. В его прикосновениях нет осторожности. Только голод. Пальцы цепляются за ткань её чёртовой ветровки, чуть дрожат от напряжения. Она нужна ему. До боли нужна. Вот, он, его шанс остаться с ней навсегда. Нельзя его потерять. Нельзя. Нельзя. Нельзя. Держит. Крепко.
Она же не пугается его жадности. Не отталкивает его. Наоборот. Она даёт ему возможность взять то, что нужно им обоим. Он отрывается всего на долю секунды, и между горячими вдохами шепчет, почти срывается:
— Пожалуйста...
Не просьба. Мольба.
Джессика позволяет.
Теперь он накрывает её губы. Язык осторожно скользит внутрь, находит её. Оба ощущают успокаивающий сладкий вкус малины. Что-то внутри отпускает. Теперь они могут наслаждаться поцелуем, не спеша изучать друг друга. Её руки нежно поглаживают его предплечья, заставляя расслабить хватку. Ему хорошо. Ей хорошо. Им хорошо.
Максу не верится, что это происходит. Да, порой он позволял себе мечтать, но даже самые лучшие сценарии не сравнятся с их реальностью. Намного лучше. Приятнее. Вкуснее. Живее.
Когда они отстраняются, парень позволяет себе глубокий стон. Выходит громче, чем он ожидает. Краснеет. Пытается спрятаться под пледом. Выходит не очень.
Джессика же ахуевает от своей смелости, понимая: назад пути нет. Но на это она и рассчитывала, верно?
— Что это было? Мой будущий рингтон? — она наблюдает за тем, как к нему возвращается ясность мыслей.
— Я голоден. Во всех смыслах. — его рука спадает с её талии, чтобы через секунду сжать её ягодицы сквозь ткань джинс. Это не похоть. Нет. Он просто голоден. Большой палец нежно рисует круги, пока он ждёт её реакции.
— Я приготовлю нам что-нибудь, хорошо? — Джесс прижимается губами к его затылку, вдыхая родной запах.
— Хорошо... — Макс обнимает её. — Какой же я мерзкий...
— Почему?
— Первое, что я сделал после поцелуя, которого ждал так мучительно долго...? Потрогал тебя за задницу? Серьёзно?
— Ты же сам сказал, что голоден.
Он издаёт странный горловой звук – чем-то похожий на рычание мотора – и от стыда зарывается лицом в её грудь.
— Прости... Даже коты сбежали, увидев моё поведение...
— Нет, им просто стало холодно и они пошли внутрь. Предлагаю последовать их примеру. Посмотрим, что у тебя есть из продуктов и попробуем что-нибудь сварганить. А также поговорим. О нас. Я больше не хочу избегать... этого.
Максу не хочется вставать. Обнимался бы с ней целую вечность. Однако внезапно поднявшийся ветер даёт о себе знать, пробирая до костей.
— Пошли.
На кухне их встречают Джимми и Сасси, готовые вылизать полы, если вдруг что-нибудь упадёт. Парень открывает сливающуюся с кухонными шкафами дверцу холодильника. Осмотрев имеющиеся продукты, Джессика одобряюще кивает.
— У тебя есть макароны?
— Да. Конечно. Несколько видов точно...
— Отлично. Ты когда-нибудь пробовал пасту в чесночно-сливочном соусе? Ту, которая с хрустящей курицей?
Макс качает головой. Выглядит... подавленным.
— Макс? Что случилось? Если ты не хочешь, чтобы я готовила, мы можем пойти куда-то. Только не молчи, пожалуйста. Я же вижу, что-то не так. Мальчик... — её пальцы мягко обхватывают его запястья в знак поддержки.
— Не в этом дело... Я хочу. — он смотрит сквозь неё, снова теряясь в своих мыслях. — Тогда... в Барселоне, на заправке, я спросил, считаешь ли ты, что такая девушка как ты может влюбиться в такого парня как я. Ты так посмотрела на меня удивлённо, будто я задал самый глупый вопрос на свете. Невозмутимо ты спросила меня в ответ «Почему нет?» и продолжила пить этот ядовито-синий слаш, любуясь закатом. А я задумался. Правда, задумался, почему бы и нет. Всякое случается. Может, и ты когда-нибудь полюбишь мою больную голову. Тогда я ещё не понимал, что в тот вечер ты завуалировано призналась, что тоже чувствуешь что-то. С того дня всё изменилось. Ты стала смелее прикасаться ко мне, чаще писать и ярче улыбаться при виде меня. Я заново влюбился. Не знаю, к чему я это говорю. Оно просто застряло... там... Не даёт покоя.
— В тот день я мысленно призналась себе. Приняла тот факт, что ты меня бесил не потому, что ты был «приставучий», а потому, что ты видел во мне то, что я так тщательно скрывала.
— А сейчас? Я больше не раздражаю тебя?
— Нет, конечно. Я люблю тебя. — слова вылетают сами. Без разрешения. Без предупреждения. Но звучат так естественно, что Джесс решает продолжить. — Я люблю тебя и хочу быть с тобой, если ты мне позволишь. Знаю, сама пыталась убежать. Однако от судьбы не убежишь. Тем более, от гонщика Формулы-1, который на своём болиде может догнать тебя за долю секунды. — она прижимается к нему всем телом, слушая его учащённое сердцебиение.
Дрожащими руками Макс обхватывает её талию. Поцелуй – это одно. Они часто бывали близки физически. Прикосновения заменяли слова, которые они боялись произносить. А тут чистосердечное признание. Вслух. Связанная речь без всякой ерунды.
— Я... тебя люблю. Тоже. Очень. — ему кажется, что он задыхается. — Вау. Я сейчас умру.
— Не смей. Сначала ты должен попробовать мою пасту. — девушка немного отстраняется, чтобы посмотреть ему в глаза. Гонщик нервно смеётся, краснея.
— Давай сделаем. Пока я не съел тебя.
— Ты говоришь так, будто я против... — её пальцы специально касаются его ремня, но она делает вид, что не замечает своей наглости. Парень же втягивает воздух.
— Что там у нас? Паста в чесночно-сливочном соусе с хрустящей курицей? Отлично. Пойду помою руки...
Джессика звонко смеётся.
— Иди-иди. Тщательно помой! — когда он скрывается в ванной комнате, она оборачивается на котов, которые наблюдали за каждым её действием и, кажется, осуждали. — Что? Ваш хозяин горячий. И не только. У него есть мозги, хорошее чувство юмора и умение переключаться с Бешеного Макса на трассе на ручного кота в моих объятиях. Он милый. Вы не можете винить меня за то, что я люблю его, верно?
***
— Это так вкусно. Спасибо большое... Ты просто лучшая. — с наслаждением произносит Макс, проглотив последний кусочек курицы. — У соуса такой насыщенный вкус, и специи прям в тему.
Джессика сидит у него на коленях с тарелкой в руках. Она кормила его. Ему было приятно ощущать вес её тела на себе; заботу, каждый раз, когда она подносила вилку к его губам. Он обнимает её.
Дорвались. Дорвались до свободы действий.
— А где ты достал эту ветровку? Она же винтажная, раритет как-никак.
— У меня есть свои связи. А что?
— Я хотела бы папе подарить. Взамен той, что я сожгла в детстве...
— Без проблем. Достану. — их прерывает звонок телефона. — Извини, я отойду... — нехотя отстраняется гонщик. Джесс соскальзывает с него на диван, также отвлекаясь на свой девайс.
Лью👑
Ну, что, призналась? 17:07
Да. Это произошло не так,
как я планировала. Но, может,
и к лучшему... 17:52
Ты молодец. Горжусь.
Хорошего вечера, тогда.
Удачи! 17:53
Спасибо! Тебе тоже! 17:53
| не удалось отправить сообщение |
| пользователь не найден |
***
КОНЕЦ
(наверно)