Эхо Победы (2/2)
Харлин, тем временем, сосредоточилась на распылителях. Её глаза быстро просканировали устройства. Она знала, что их нужно деактивировать, и знала, что время истекает. Она прыгнула к ближайшему, её молоток вращался в руках. С точностью и скоростью она разбила первый клапан, затем второй. Но их было слишком много, и яд уже распространялся. Ей нужен был другой подход.
”Брюс! Система!” — крикнула она, указывая на центральный щиток управления, с которого Чёрная Маска активировал устройства. — ”Надо отключить его оттуда!”
Бэтмен услышал её и, прижав Чёрную Маску к стене, одним мощным ударом выбил у него пистолет. Преступник ответил отчаянным ударом ногой, но Брюс был готов. Он схватил его за ногу и заставил упасть, прежде чем переключить своё внимание на пульт.
Чёрная Маска попытался подняться, но Харлин уже была рядом. Она легко обездвижила его, связав его руки за спиной специальными наручниками, которые всегда носила с собой.
Брюс уже работал над панелью. Его быстрые пальцы летали над клавиатурой, пытаясь найти код или обходной путь, чтобы остановить распыление. На экране мигали тревожные красные индикаторы, показывающие распространение яда.
”Маска! Какой код?” — голос Бэтмена был холодным, как лёд.
Чёрная Маска лишь засмеялся, его лицо исказила свирепая усмешка. ”Вы опоздали, Бэтмен! Город уже дышит моей... свободой!”
”Нет!” — прошептала Харлин, её взгляд скользнул к городу, погружавшемуся в ядовитую мглу.
Но тут, из глубин памяти, вспыхнула идея. ”Альфред, ты слышишь меня?!” — воскликнул Брюс в свой коммуникатор. — ”Требуется полный перезапуск системы вентиляции Готэмской Башни! Немедленный! На максимальную мощность!”
”Немедленно, сэр!” — голос Альфреда звучал напряжённо, но решительно. — ”Это может перегрузить её, но я сделаю всё возможное!”
Мгновения ожидания казались вечностью. Яд всё ещё распространялся. Вдруг, со шпилей Башни послышался мощный гул. Устройства для распыления закашлялись, а затем, с грохотом, начали втягивать в себя воздух, пытаясь компенсировать внезапно возрастающее давление. Это был рискованный шаг Альфреда – он не просто выключил вентиляцию, а изменил её направление, заставив её работать на втягивание воздуха, а не на его выталкивание.
Чёрная Маска пришёл в бешенство. ”Что?! Нет! Ты не можешь... Это невозможно!”
Яд, который только что вырвался на свободу, теперь начал медленно втягиваться обратно в систему, собираясь в герметичные контейнеры внутри устройств. Это была временная мера, но она дала им время.
”Альфред! Нужен код для герметизации!” — произнёс Брюс.
”Ищу, сэр. Это старая система, но я уже почти... есть! Я отправляю его вам, сэр!”
Брюс быстро ввёл код. С последним щелчком устройства на шпиле герметизировались, запечатывая яд внутри. Опасность была остановлена.
Харлин облегчённо выдохнула. Она посмотрела на Брюса, её лицо было бледным, но в её глазах светилась гордость. Они сделали это.
”Ты видишь, Маска?” — сказал Бэтмен, глядя на связанного преступника. — ”Готэм не падёт. Никогда.”
Чёрная Маска яростно смотрел на них, но в его взгляде промелькнула тень отчаяния. Его план потерпел краха.
На крыше Готэмской Башни нависла тишина, нарушаемая лишь редкими порывами ветра, свистящего вокруг шпилей. Отравляющий туман, угрожавший городу, был нейтрализован, яд заперт, Чёрная Маска связан и обезврежен. Спецназ уже поднимался, чтобы забрать его.
Брюс стоял, склонившись над панелью управления, убеждаясь, что система полностью отключена и опасности нет. Его мышцы ныли от напряжения, но внутренне он чувствовал облегчение, острое и глубокое, как вдох после долгого удушья. Он обернулся и увидел Харлин.
Она сидела на парапете, опустив ноги вниз, её молоток лежал рядом. Её обычно яркий костюм был испачкан сажей и пылью, а волосы растрепались. Но в её глазах не было обычного озорства или безумия, только усталость и глубокое, тихое удовлетворение.
Брюс подошел к ней. Он молча опустился рядом, глядя на рассветающий Готэм. Небо начинало светлеть на востоке, окрашиваясь в нежно-розовые и оранжевые тона, прогоняя мрак, который они только что отогнали.
”Мы сделали это,” — прошептала Харлин, её голос был хриплым.
”Мы сделали,” — согласился Брюс. Это было не просто подтверждение факта, а признание их совместной победы, которая ощущалась по-особому.
Она повернула голову и посмотрела на него. ”Знаешь, Бэтси... Когда я увидела, как он нажал на кнопку... Я думала, всё кончено. Думала, город обречён.” В её словах не было истерики, только искренняя уязвимость. ”Но ты... ты не сдался. Ни на секунду.”
Брюс посмотрел на неё. В полумраке рассвета её лицо казалось особенно хрупким. Он протянул руку и осторожно коснулся её щеки, точно так же, как она касалась его. Этот жест, который когда-то изменил их мир, теперь стал молчаливым подтверждением их нерушимой связи.
”И ты тоже,” — ответил он, его голос был непривычно мягким. ”Ты была великолепна, Харлин. Никто другой не смог бы так быстро оценить ситуацию и дать мне нужные подсказки.”
Её глаза расширились от удивления, а затем на её губах появилась легкая, искренняя улыбка, лишенная малейшего намёка на Харли Квинн. Это была улыбка Харлин, и она была предназначена только ему. ”Ты действительно так думаешь?”
”Знаю,” — коротко сказал Брюс, и в этом единственном слове было больше доверия и уважения, чем в сотне комплиментов. Он опустил руку, но не отодвинулся. Он просто сидел рядом, вдыхая прохладный утренний воздух и ощущая её присутствие.
В эту минуту, на крыше Башни, когда город просыпался после очередной ночи ужаса, их связь углубилась. Это было не просто партнёрство, это было нечто более глубокое, выкованное в огне общей опасности и скреплённое взаимным доверием. Они были не просто Бэтмен и Харли Квинн, они были Брюс и Харлин, которые только что спасли Готэм вместе.
Альфред связался с ними по коммуникатору. ”Миссия выполнена, сэр. Чёрная Маска взят. Гордон подтвердил. И яд действительно был обезврежен, хотя и на волосок от катастрофы. Отличная работа, мисс Квинзель.”
”Спасибо, Альфред,” — ответила Харлин, немного смущенная похвалой.
Брюс поднялся. ”Время возвращаться, Харлин. Есть ещё много работы.”
Она кивнула, встала и подобрала свой молоток. В её глазах снова зажглись искорки, но теперь они были смешаны с чем-то новым – спокойной уверенностью и глубокой связью.