Ради неё хоть куда (2/2)

— Лэйн, а ты не задумывалась, почему эта «деловая встреча» была в ресторане близких людей Дерека? Может, он хотел влиться в их, так скажем, мафию, а ты как наивная и влюблённая девчонка мечешься из стороны в сторону от того, что не отблагодарила его? — с неуловимым отблеском злости и ревности томным голосом произнёс мужчина.

— Ничего, я не влюблённая девчонка, я просто хочу отблагодарить его за спасение. Но ты, видимо, не знаешь, что это такое. А насчёт их мафии не нам судить, мы об этом ничего не знаем: может, это случайно произошло.

— Ну-ну, — произнёс брюнет, не отвлекаясь от книги.

Через несколько долгих и мучительных часов произошла посадка. Разобравшись с вещами и документами, мы вышли из аэропорта.

— И куда мы сейчас?

— В дом моей тети, там тебя точно никто не найдет.

Слегка морозный воздух будоражил тело в мурашках, пар струился изо рта от теплого воздуха. В этом городке было слишком спокойно, чего не скажешь о Нью-Йорке. Гул машин, пролетающие в небе самолеты один за другим, столпотворение людей в каждом уголке улицы — это все был Нью-Йорк. Но Миннесота очень отличалась: в пригороде городка было очень уединенно, одинаковые в ряд деревья вдоль дороги, ясное небо с бликами лучей солнца и ни единой души рядом. Водитель такси закончил мои наблюдения, остановившись у маленького домика. Дмитрий передал наличку, и с чемоданами мы остановились на крыльце. Он провел какие-то незамысловатые махинации с почтовым ящиком, и вскоре ключ был у него в ладони.

— Ты не рассказывал о своей тете.

— Верно… Она целыми днями засиживается на научной базе. Раньше это был дом отдыха моих родителей, еще до появления меня и Анны, но после гибели матери отец не смог сюда приезжать. И чтобы дом не потерпел крах, он отдал его Донован. — Произнес мужчина, кладя все сумки на пол и разбираясь с электричеством. — Они очень любили это место, по его словам здесь ощущается спокойствие и легко забыть о проблемах. Надеюсь, и тебе поможет.

— Ты прав, здесь и в правду царит умиротворение в самой его высшей точке.

Лэйн разглядывала каждый уголок дома, и не удержав любопытство, она поднялась на второй этаж. Зайдя в первую попавшуюся комнату, она обнаружила спальню. Роскошные обои, панельные вставки, семейные фотографии на стенах. В этом доме все сулило о семейном счастье. Блондинка подошла к снимкам и с внимательностью вглядывалась в них. На первой фотографии видимо молодые родители Дмитрия; он — копия своего отца… Такие же пронзительные голубые глаза, сильное и накаченное тело и темные волосы. Он с легкой улыбкой стоял позади такой же улыбающейся девушки лет 26 и, приобнимая ее за чуть округлившийся живот, наклонялся лицом к ее плечу. Видимо, на этом снимке она была беременна Дмитрием. Далее следовали фотографии с маленьким брюнетом и грудничком Анной; от изображений было тяжело отвести взгляд, в них чувствовалась вся семейная идиллия и любовь между членами семьи. Последнее фото было сделано явно Анной: девушка в очках стояла рядом с недовольным Дмитрием, от чего-то смеясь. Он стоял чуть поодаль от нее, скрестив руки на груди; сзади них виднелось колесо обозрения. Закончив исследовать комнату, она вдруг ощутила липкое неприятное чувство по коже. Решив сходить в душ и освежиться, она спустилась вниз.

— Дмитрий, а где ванная комната?

— Вот, — сказал мужчина, направляя взгляд на белую дверь около кухни и надевая пальто. — Скоро вернусь.

Дмитрий скрылся за дверью из дома, и Лэйн зашагала в нужном направлении.

Воды струящимися каплями стекала по телу, унося с собой в слив весь кошмар, произошедший на досуге. Смена обстановки была как никогда кстати, и компания в виде Дмитрия тоже. Он знал, как успокоить её, как развеселить и даже как вывести на злость; можно сказать, что он читал её как книгу.

В это время мужчина вернулся в дом с охапкой небольших дров. Закинув их в камин и чуть растопив его, он уселся на уютный диван напротив источника тепла.

Дверь ванной комнаты, которая находилась чуть поодаль, была приоткрыта, но он не обращал на это внимания.

Внезапно мягкий хлопок двери привлек его внимание. Он поднял взгляд и замер.

Из ванной комнаты вышла Лэйн. Она была завернута в пушистое белое полотенце, которое держалось на ней едва ли не чудом, обхватывая её тело чуть выше груди и заканчиваясь где-то на середине бедра.

Её волосы, белые и блестящие, были влажными и слегка прилипли к плечам и шее, а кончики завивались мелкими кудряшками. От неё исходил легкий, свежий аромат геля для душа и теплой кожи. Кожа на её лице и плечах была розоватой от пара, свежая и сияющая, и казалась такой нежной, что Дмитрию захотелось прикоснуться.

В этот момент она подняла голову, и их взгляды встретились. На лице Лэйн появилось легкое удивление, затем румянец, который мгновенно разлился по её щекам. Её губы чуть приоткрылись, а в глазах мелькнуло что-то похожее на легкую панику. Она инстинктивно прижала руки к груди, чуть сильнее натягивая полотенце.

Дмитрий почувствовал, как его сердце пропустило удар, а в груди стало вдруг невероятно жарко. Он не мог отвести глаз, завороженный этой неожиданной картиной. Его щеки тоже вспыхнули. Он почувствовал себя нашкодившим мальчишкой, которого поймали с поличным, но одновременно в нем проснулось что-то более глубокое, первобытное.

— Ой! — выдохнула Лэйн, её голос был чуть охрипшим. Она быстро отвернулась, почти задев дверной косяк, и поспешила обратно в ванную, закрывая за собой дверь.

Дмитрий остался сидеть, не двигаясь, его взгляд уперся в закрытую дверь. В воздухе все еще витал легкий, неуловимый аромат, напоминающий о ней. Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Это был всего лишь случайный взгляд, но он оставил после себя странное, электрическое послевкусие, которое никак не хотело уходить.