Часть 73 (2/2)
— Маааам, как? Когда? Боже… — кажется у Рэдхэт впервые не нашлось слов.
— Хэл, это просто невероятный подарок, правда, от всего сердца, спасибо! И мы не будем удалять твой отпечаток, пусть у тебя всегда будет сюда доступ. Просто, если что-то потребуется, уточни, можно ли приходить.
— Как скажете. Я в любом случае без предупреждения не приду. А теперь — вперед, исследовать свои владения, а мы пошли расселять Джина и Галу. Помните, два часа, иначе останетесь голодные.
Двигаясь обратно по длинному коридору, Юнги держал Верховную за руку и формулировал вопрос:
— Я так понимаю, ты меня по всем потащишь?
— Я так устала за последние две недели готовя все это, что просто не имею сил потом все тебе пересказывать. Знаю, что ты тоже устал и с великой радостью повалялся бы на диване, но так у тебя правда будет максимум информации. Еще и из первых уст. Привыкай, теперь ты отец всего этого семейства.
Следующими они забрали Галу и Джина, уведя их в ту же сторону, но на второй этаж. На брелках красовалась надпись «Seokjala», шли они и того дольше, чем до бункера лидера и красноголовой. Внутри все было немного иначе. Дом скорее напоминал японскую пагоду. Много бамбука и натуральных материалов в отделке. Первым Юнги бросилось в глаза огромная нарисованная статуя Будды, что украшала стену в кухне.
Для демонстрации комнаты-сюрприза, их повели в подвал. Для этой парочки геймеров Хэл оборудовала настоящую игровую. Два супер-крутых компа, черный и голубой. Два стола, друг напротив друга, два кресла и куча аппаратуры: микрофоны, наушники, а мышками можно любоваться отдельно. Произведения искусства.
Катакомбы, ведущие к солнечной обители были почти по центру второго этажа. «Вот почему тут так много дверей», — подумалось одному продюсеру. Хэл потом пообещала сделать всем таблички, чтобы не путались. То, что каждый из коридоров открывается только ключами или отпечатками — немного успокаивало.
Ключи для Эн и Хоси украшала надпись «Anhope», что вообще переводится как «надеюсь». Дом был выполнен в паназиатском стиле. Море дерева, красных элементов и росписи по стенам. Естественно, звездой этого заведения стал огромный танцевальный класс, занявший почти весь подвал. Бонусом от заведения, была представлена разукрашенная-таки ламба, в цветах заката, персикового, с градиентом в красный. Черными иероглифами «путь» и «цель» на дверях и двумя скрещенными на капоте катанами. А также личная парковка на четыре машиноместа.
Парочке Пумы и Чимина достался лаз, расположенный между «Сокджала» и «Энхоупом». Мину еще в коридоре, ведущем к строению, показалось, что все вокруг становится каким-то очень богатым. Как минимум потому, что вдоль стен висели картины, бра и стояли бархатные пуфики. Роскошь, одним словом.
Не дом, а Виндзорский замок. Сплошь лепнина, ковры и мягкая мебель. Лухари в чистом виде. Подарком стала гардеробная, что занимала половину второго этажа. Сюда можно было бы уместить все их концертные костюмы за двенадцать лет. Несколько полок уже были заполнены брендовыми пакетами. Ребята так расчувствовались, что повисли у Преисподней на шее двумя кулонами.
Именовалась эта обитель шика и блеска «Pumin» максимально отражая внутренний мир и убранство этой пары.
За дверьми, ведущими в дом Кэт и Стояна, что просто обозвалось как «Stocat» их ожидал целый жилой комплекс. Вполне себе европейский. Надо думать, пятеро детей вам не шутки. В качестве сюрприза каждому ребенку досталось по личной комнате. Недовольных не было.
В царстве «Nessness», что завершало команду второго этажа, оказалось много армянского шика (как ему потом на ухо шепнула его бестия). Все из золота, кругом зеркала, дорого-богато настолько, что обитель Пумы и Чимина немного померкла. В качестве подарка своей любимице, Преисподняя подготовила фотостудию в подвале и кабинет для ее мужа по соседству.
Завершили они свои экскурсии в будущем сосредоточении похоти и гомо-разврата. Попросту — в Вигушной. Все кругом черное: стены, шторы, белье и мебель. Даже посуда и та была черной. Огромный тренажерный зал, занявший почти весь второй этаж помещения, был дарован их голубкам с одной оговоркой — они разрешат иногда им пользоваться и остальным.
Возвращаясь в общую зону, где их уже достаточно долго ждал Сынмин, Юнги внутри гадал, чем его побалует его зазноба. Понимал, что скорее всего в проект пришлось вносить изменения и достаточно оперативно, ведь появления ребенка никто не ожидал.
Получив в руки ключи с брелком «Sugar Hell», ему доверили самому открывать дверь первого этажа, сразу за той, что вела к Намлексам. Коридор был не самым длинным, но и не самым коротким, ближе всех жили, судя по всему, именно ВиГуки.
Дом оказался весь сделан из дерева и стекла. Отделка была целиком и полностью из благородных пород. Им пахло буквально везде. Мощёный пол, стены из бревен, потолок с балками. Вся мебель будто покоилась на этих местах уже не один десяток лет. Вязаные пледы, ковры, даже камин! Люстра из оленьих рогов сделала Юнги на один вдох ближе к смерти, невероятно красивая.
Большая кухня, как у Стокэтов, видимо для семейных посиделок, тоже с деревянными фасадами, все из чистой древесины, без капли краски. Их комната вообще выбила из легких весь воздух. Половина стен была из стекла, обращенная в сторону леса. Огромная деревянная кровать с резным изголовьем, черным шелковым постельным бельем и пушистым ковром. Собственный же санузел совмещал благородный черный матовый металл и все то же дерево.
Комната Сынмина оказалась, как подумал Юнги, в подвале. Однако, из-за гористой местности, вышло так, что лаз вел как раз на второй этаж, а на первый можно было попасть с внешней стороны. Все по-простому, как любит сам парень. Шкаф для книг, рабочий стол, уютная и теплая кровать и огромная плазма в полстены. Оставив ребенка изучать его новое место обитания, Хэл увела Юнги в сторону второй двери, что была на первом этаже.
— Я не стала шибко заморачиваться с выбором и идеями. Решила, что у тебя должна быть возможность писать везде, где тебя настигнет вдохновение. Потому… — она дернула ручку и явила Минову взору еще одну студию звукозаписи. Вся аппаратура была новой, еще в упаковке. А Юнги просто замер и не мог поверить своим глазам. Буквально каждая деталь — новейшая. Самая крутая на этот период. Новый микрофон и наушники. Комп, что собирался явно знатоками, потому что коробка от звуковой карты, что осталась на столе, моментально повергла его в шок. Она одна стоит целое состояние.
— Милая, любимая моя, спасибо. Это нереально круто. Правда. Но у меня один вопрос: а себе ты такую не хочешь?
— Хотела, и она должна была быть. Пришлось быстро переигрывать, чтобы у сына была своя комната.
— Так забирай эту студию, пиши здесь. Мне хватит тех, что есть в офисе, в мастерской и в квартире.
— Нет, кот. Я официально завязываю с этой частью своей жизни. Если тебе нужна будет помощь или совет — я здесь. Но сама… Наверно я все же оставлю свое свободное время на ребенка и тачки. Гениальным музыкантом в семье должен быть кто-то один.
Кутая в руках любимую жену, вдыхая с ее волос тот самый неизменный запах мандаринов и иланг-иланга, что буквально свел их вместе, ощущая, как к нему со спины прижимается его сын, Мин Юнги осознал одну простую истину: счастье его блуждающей тридцать два года души выглядит именно так.
Happy end...