Часть 69 (2/2)

— Так просто его не отдадут.

— Инициировать лишение родительских прав. Это если не получится просто договориться.

— Я для проформы спрашиваю: мы же его усыновляем?

— Да, и для упрощения процедуры, нам бы расписаться по-быстрому. Семейной паре скорее отдадут опеку над неблагополучным ребенком.

— Завтра?

— Блин, еще ж с ШиХеком встреча. Давай на вечер, есть у тебя связи, что оформят нам брак задним числом?

— Найду.

— Тогда в полдень в офис, потом, наверно, надо ребят собрать. Блин, как они вообще там? Ты звонил? Намлексы домой попали? Их же даже везти некому было, — гончая спрятала лицо в ладонях. Юнги только смог дотянуться через стол и положить руку ей на плечо.

— С ними все в порядке, вызвали такси. Все сидят по домам и счастливы, не переживай. Вот за кого можно в принципе не волноваться, так это наши. Я создаю общий чат и зову завтра вечером всех сюда, на празднование появления новой ячейки общества. Это если удастся договориться. Но я уверен, удастся. Блин, так волнуюсь за Сынмина. Думаешь, рано еще звонить?

— Звонить точно да, лучше напиши. Мы же поставили на беззвучный. Он только вернулся домой. Наверняка куча вопросов от родителей.

— Ок, сейчас напишу.

Остаток вечера они провели вдвоем, кутаясь в плед с медвежатами, что еще немного хранил запах парнишки. Мину удалось буквально с первого звонка найти тех, кто организует им роспись завтра, в четыре часа вечера. В общем чате не смолкал гомон относительно причин такой спешки. Они отмалчивались и игнорировали входящие звонки. Все на потом. У них завтра сложный день, и нужно попытаться успокоиться. Молчание в диалоге с ребенком нагнетало опасений, но даже если с ним не выгорит, они будут готовы к процессу усыновления любого другого ребенка. Однако Юнги нужен только этот парень, что своими глазенками так пронзительно смотрит в душу. Чьи речи и умозаключения заставляют взрослого человека оторопеть и мысленно аплодировать. Чьи увечья на теле хочется стереть и навсегда сделать его сильным. Дать ему всю любовь, что уже не тратится друг на друга, а копится, подаренная ими же самим себе.

Оба ворочались и не могли заснуть, прижимаясь и оставляя крошки-поцелуи, что обычно их заводили. Теперь же просто демонстрировали, что они рядом, что поддерживают друг друга. Как же круто повернулась его судьба с окончанием армии. Одно решение, свалить в ебеня и все, назад пути уже не было. Счастлив ли он сейчас? Определенно да. Есть еще место для нового в их жизни? Определенно да. Готов ли он к еще более крутому пике? Да хрен его знает. Но рядом есть она, что невидимой броней окружила его сердце, вылечила старые раны, заставила поднять голову и снова поверить в себя, не как в артиста, а как в человека, сильного, смелого, не пасующего перед преградами. Его личный филиал Ада на земле, что заставляет идти на такие шаги и поступки, что и не снились тридцать лет до этого.

У него уже завтра будет семья. Он еще год назад сидел в своей холостяцкой квартире, заливал последствия падения на самокате вискарем и игнорировал входящие звонки. А сегодня живет над автомастерской, сжимает в руках самую красивую русалку на планете, собирается усыновить пацана с улицы и не представляет себе, что будет делать, если какая-то часть из этого пазла выпадет или потеряется.

Твердо решив, что весь завтрашний день он проведет с ней, даже на ковер к шефу пойдут вместе, он немного успокоился. Нужно поспать.

— Юнги?

— Да, солнце.

— Ты правда не против усыновления ребенка? Это все же не принято у вас, в Корее.

— Детка, я задумался над этим еще вчера ночью, когда он так сиротливо жался к моему боку. Да, я невероятно хочу сделать его Мином. Подарить все возможности этого мира, дать образование и билет в будущее, где нет алкашей-родителей, осуждения из-за того, чем они занимаются. Мне уже не важно, чья в нем кровь. Он внутри уже мой.

— Можно наш?

— Наш! Да, конечно, наш, дорогая. Прости, — она развернулась к нему лицом и подарила нежнейший поцелуй. Потом долго лежала на его груди, обнимая за шею и, кажется, все же смогла уснуть. Юнги же ворочался до рассвета, перебирая в голове все возможные варианты, которые смогут помочь им осуществить задуманное. Перво-наперво, поговорить с ребенком. Если вдруг тот сам не захочет становиться частью их семьи, им будет больно, но не смертельно. Они навсегда уже, наверно, останутся друзьями. И Мин, как и обещал, обеспечит ему достойное образование. Если же против будут родители…

Тут у нас несколько вариантов: откупиться. Сколько бы ни назвали, соберут все оперативно и по бумагам малой будет их сыном.

Лишать родителей их прав. И здесь определённые сложности прямо на поверхности. Это нужно доказать. Видеонаблюдение в квартире, жалобы соседей, справка из бывшей школы. Что угодно сгодится, лишь бы службы опеки взяли семью на карандаш. Но оттуда он прямиком отправится в детский дом. И право первыми сделать его своим получат родственники. Слишком долго.

Припугнуть. Так сказать, ускорить процесс передачи отпрыска на договорной основе. Здесь в ход пойдут бабки из первого варианта и, вероятнее всего, команда Мистера Ли. Юнги уверен, что Джейхен сделает все, о чем он его попросит, тем более узнав основной мотив операции. Нужно будет завтра найти его в офисе и обо всем договориться.

Когда первые рассветные лучи прокрались через небольшое незанавешенное окно, Мин провалился в быстрый сон. План в голове приобрел форму вполне себе конкретного списка действий. Везде подложить соломы, матрасы и мешки с деньгами. Они справятся. Они получат своего малыша.

В шесть сорок утра его разбудил сигнал о входящем сообщении: «Помогите».

Единственное слово от Сынмина, которое моментально выдернуло его из сна, заставляя волосы на голове встать дыбом. Через плечо уже смотрела заспанная Преисподняя, что моментально сорвала себя с кровати и уже впрыгивала в штаны.