Часть 16 (2/2)

Они удобно устроились на шезлонге. Она снова уселась между его ног и откинулась на его грудь. Правда в этот раз чуть боком, чтобы смотреть во все стороны и украдкой воровать поцелуи, пока он наслаждался сигаретным дымом, вискарем и ее присутствием в своей жизни.

А как красиво она курит? Это просто крайне сложно описать словами. Наблюдать, как фильтр обхватывается этими губами, что так бессовестно недавно ему отсасывали, как она не сразу затягивает дым в легкие, а сначала копит его во рту и только потом шумно вдыхает, какой тонкой струйкой выпускает его обратно, что хочется его в себя впитывать, как в их первую встречу на террасе. И все же смогла его и здесь удивить, потому что засмотрелась на уже почти ушедшее на сегодня солнце, и выпустила ряд колечек. Прям одно за одним. А он снова залип.

— Тебе не холодно? Может плед принести? Ты же в прямом смысле этих слов – раздетая.

— С тобой тепло.

— Где вообще твоя одежда? Полдня уже щеголяешь в этом полотенце. Я ему даже немного завидую.

— Мокрой кучей валяется на полу в душе. У меня не было сил с ней что-то делать. Знаю, это неправильно, но как же насрать. Мы вдвоем здесь, захочу, буду голой ходить и только попробуй что-то вякнуть по этому поводу. На черепах мне наплевать.

— Я не самоубийца, но и не монах. У этого действия будут свои последствия, будь уверена. Но вякать я точно не буду.

— Угрозы?

— Предупреждения, потому что тизерить свои поступки не вижу смысла, ты все равно лучше меня знаешь, как мужчина реагирует на обнаженную девушку рядом.

— А ты смелеешь, мой хороший мальчик, — и она снова подарила ему океан нежности через поцелуй. Он все уверенней себя чувствует и все меньше боится. Она уже дважды за сегодня его довела до звездочек и все терзания отходят на задворки. В гугл он не успел, но вот вряд ли там что-то изменилось за десять лет. Физиология все та же. Главное найти гребца в лодочке, а дальше наитие подскажет. Смелее, Мин Юнги. Она, кажется, уже заждалась, когда ты уже сам через себя переступишь и присвоишь ее себе окончательно. И вот в этом самом моменте его догоняет очередное озарение, что он жопоголовый еблан.

— Да ну неееееееееет…

— Да-да? – она обеспокоено повернулась к нему.

— Я как-то не планировал соития в течение этого месяца, и не озаботился вопросами защиты.

— Было бы странно, явись ты сюда с чемоданом презиков. Давно проверялся?

— С этим строго, раз в полгода. Последний раз где-то с месяц назад, наверно. Чист.

— Я перед вылетом в Сеул. Чиста. А еще, во мне ВМС.

Наверно это какие-то все решающие три буквы, но он решил все же уточнить, ну, потому что незнание не освобождает от ответственности.

— Для недалеких можно по-корейски?

— Спираль, внутриматочная, встроенная контрацепция. Кончать в меня все же не стоит, по возможности, но детей не будет.

Если она когда-то перестанет быть для него настолько идеальной, он все равно ее не бросит. Он уже на сто тридцать процентов «да». И ни одного «нет».

— Еще по сигаретке или уже перестать играть в джентльмена и грубо уволочь тебя на кровать?

— По сигаретке. И я настоятельно рекомендую дать мне возможность спуститься по лестнице самостоятельно. С твоей ловкостью мы свернем обе шеи, так и не добравшись до пункта назначения.

— Уела. Но справедливо. Принято в первом чтении.

Плотнее прижимаясь к его груди, потому что с океана потянуло прохладой, она извлекла две сигареты из пачки, прикурила обе за раз и сунула одну ему в рот.

Быстренько втянув в себя никотин и доглотав виски из стакана, Юнги проследил, чтобы все было потушено и убрано, и, придерживая Хэл за талию, проводил до лестницы. Но вниз пошел первым, если и навернется, то ее не снесет собой по пути.