Часть 1 (1/2)

Выдержка из книги Исход, том I

Десятки лет назад на земли, теперь известные как Серые, обрушилась чудовищная болезнь, унесшая жизни сотен тысяч людей.

Ничто не смогло укрыться от стремительно распространяющейся заразы.

Земля здесь иссохла и не родит более ничего, кроме бледных и смертельно ядовитых сорняков, высосавших жизнь из всего былого многообразия фауны.

Звери, пожирающие редкие на пустынных Серых землях растения, превратились в иссохших обезумевших тварей с серой кожей, усыпанной гноящимися язвами. Бледными призраками они бродят по мёртвой земле в поисках скудного пропитания или тех, кто ослабел окончательно.

Вода — мутная и густая, точно патока. Она зловонна, горька и только безумец рискнёт утолить ей жажду.

Отравлен даже воздух. Те немногие, кто вернулся из Серых земель, рассказывают, что каждый вдох отзывается резью в лёгких, а слюна кислит, наполняя рот вкусом гнили. Если пробыть в Серых землях слишком долго, путника настигнет жуткий кашель и будет терзать спазмами и судорогой до тех пор, пока несчастный не скончается, изрыгнув кровавые ошмётки собственных легких.

Но хуже всего серый туман. Точно живой, он обволакивает тебя непроглядной пеленой, пробирается сквозь кожу ледяными пальцами и забирается глубже, вымораживая душу. Говорят, что в этом тумане скрываются те несчастные, кто не умер от болезни, а стал чем-то другим. Тем, у чего нет имени.

Источник болезни, равно как и лекарство, так и не были найдены. Десятки тысяч беженцев устремились прочь из заражённых земель. Побережье юга материка стало одним из немногих краёв, где возможно было найти спасение. Одним из мест, куда хлынул поток беженцев, был Залив Черепах.

Канцлер его величества короля Амальрика I Гельмут ван Калденос

Замок Гардарика, 75 год от Исхода

* * *

Молодая наследница престола Гардарики принцесса Элоиза проводила время за своим любимым делом — измывалась над мужчиной.

Принцесса полулежала на ворохе мягких подушек, а перед ней, вжавшись в спинку кресла и вцепившись в подлокотники побелевшими от напряжения пальцами, сидел бледный сэр Лодрик.

Несчастный рыцарь стискивал зубы и надсадно дышал, выгибаясь в кресле, пока ступни Элоизы вершили над ним пытку, лаская багровый вздувшийся член. Терзаемый ножками орган уже сочился предэякулятом, и влажные ступни принцессы легко скользили по напряжённой плоти, доводя несчастного сэра Лодрика до исступления. Остро пахнущая жидкость покрывала стройные ступни, струясь сквозь тонкие пальчики, а её подневольный любовник уже был готов лопнуть, как перекачанный воздушный шар.

Элоиза ещё в первую их встречу отметила, насколько хорош рыцарь. Крепко сложен и при этом не груб, как прочие неотёсанные мужланы из армии. Всё-таки офицеры гвардии получали такое же образование, как и дети вельмож. Ему она бы, конечно, ни за что не призналась в своей симпатии, принцесса не желала чтобы её забавная зверушка возомнила о себе невесть что.

Сэр Лодрик сидел перед принцессой обнажённый, а она ограничилась лишь коротким и полупрозрачным халатиком. Да и тот она распахнула, чтобы сэр Лодрик мог вовсю любоваться уже увлажнившимся лоном принцессы и главным её сокровищем — двумя нежно-розовыми холмами грудей с маленькими острыми сосочками. Упругая, красивой формы грудь медленно колыхалась от каждого движения, и принцесса намеренно выгибала спину, опираясь на локти, чтобы предоставить своей зверушке лучший ракурс для наблюдения.

Зажав член сэра Лодрика между стоп, Элоиза нарочито медленно двигала ногами, чувствуя ступнями тёплую пульсацию вздувшихся вен, стискивая пальцами нежную кожи головки. В ласках ногами принцесса успела стать мастерицей. Она уже дважды останавливалась, когда сэр Лодрик был готов кончить, и настроилась провернуть этот трюк в третий раз.

Когда его оргазм, вскормленный Элоизой, по её же воле отступал, она чувствовала острое, почти животное возбуждение. Даже вид обнажённого мускулистого мужчины с внушительным членом не возбуждал её так сильно, как его выражение лица, когда желанная разрядка ускользала. Эта смесь ярости, похоти и какой-то мальчишеской обиды, доставляла ей особенное тонкое удовольствие.

”А он мог бы сейчас наплевать на всё и наброситься на меня”, — подумала Элоиза. Как же сильно он её хотел, едва себя контролировал! Пыхтел, рычал, дёргался, но продолжал послушно сидеть. Что его останавливает? Клятва оберегать меня или огромная фигура сэра Дуба за спиной? Принцесса склонялась ко второму, потому как одно только присутствие сэра Дуба охлаждало самый разгорячённый пыл.

Взять в телохранители пойманного в лесу тролля было одной из самых любимых выходок принцессы.

Она любила вспоминать выражение лица Амальрика, когда он был вынужден посвятить в рыцари косматого покрытого шерстью гуманоида ростом на две головы выше любого мужчины в зале. Король кривился, цедил слова клятвы сквозь стиснутые зубы, но провёл церемонию как полагается. Чего только не сделаешь, чтобы твоя любимая падчерица была счастлива! Ну, или хотя бы не вела себя, как обычно, пару дней.