Часть 5 (2/2)

— Работы так много последние дни, сам знаешь. — Бан помотал головой, хотя прекрасно понимал, что младший прав.

— Работы никогда не будет мало, но мальчикам нужен их мужчина, — Со обладал удивительным даром убеждения, — посмотри на Ханни. Ты давно видел его в своей постели?

Бан на мгновение задумался. Когда у старшего выдавался выходной, что случалось крайне редко в последнее время из-за бесчисленного количества проверок и растущей конкуренции, то он целый день проводил со своими мальчиками за игрой в приставку, готовкой новых блюд или банальным просмотром аниме и дорам, а вечером всегда предпочитал слушать мягкие стоны возлюбленных в своей спальне.

— Пожалуй, уже больше недели назад. — Чан выдохнул и покачал головой. — Ответственность не позволяет думать ни о чем кроме работы, теперь еще перестрелка. Иногда мне кажется, что я могу сойти с ума.

Чан не мог вспомнить момент, когда вот так просто говорил с Чанбином, сидя в кресле в своей комнате без футболки, просто по душам. Их ценность было невозможно оценить, они были для Бана, как самое редкое лекарство, которое поддерживало жизнь в измученном теле. Сейчас внутри мужчины, там где размеренно билось сердце, наконец разлилось что-то теплое, Чан наконец почувствовал себя дома.

— Не думай об этом, хён, — Со взял руку старшего в свою ладонь, ощущая ее тепло, — точно не сегодня. В нашей жизни случалось столько херни, но мы все еще вместе, все еще живы, с этим точно разберемся.

— Спасибо, Бинни, — теплая мягкая улыбка заняла место привычно опущенных уголков губ, — как Феликс?

— Надеюсь, что смотрит уже десятый сон. — Чанбин скинул обувь и залез повыше на матрас, чтобы быть ближе к Джисону. — Феликс уснул еще за столом, столько потрясений для такого малыша за пару дней.

— Я вызову врача сегодня вечером, — Бан кивнул сам себе, — хочу, чтобы он проверил плечо Ликса, я обещал Лино позаботиться о нем.

— Хён, — Со окликнул вновь задумавшегося лидера и чуть понизил голос. — В общем, думаю, ты должен знать об этом.

— Что-то случилось, Чанбин? — Беспокойство вновь вернулся в только начавшее расслабляться тело.

— Не сейчас, но это касается Минхо. — Со кивнул. — Это касается мужчины, к которому уехал Лино. Не думаю, точнее, я уверен, что мы должны забрать его к себе, его парень однажды избил и пытался изнасиловать Лино, этот ублюдок должен кровью захлебываться, а не касаться идеального тела Минхо.

— Что? — Голос лидера дрогнул, как и пальцы, продолжающие сжимать устройство. — Блять. — Бан выдохнул сквозь плотно сжатые зубы, издав короткий свистящий звук, и откинул голову назад, устремив взгляд в белый потолок. — Какие люди мрази.

— Мы не можем насильно забрать Лино обратно, но в моей груди гудит невыносимое чувство того, что что-то не так, — карие глаза были полны переживаний, — люди совершают ошибки, но Феликс говорил о нём с такой ненавистью, что у меня не осталось сомнений — Минхо не в безопасности рядом со своим парнем.

— Если он хоть пальцем тронет мальчика, — сквозь плотно сжатые зубы слова выходили больше похожими на рык, заполняя помещение, резонируя от стен, — я сверну ему шею.

— Ты же знаешь, что Лино не приемлет насилие, — Со устало выдохнул, — он и Феликс считает, что все можно решить словами, ни к чему обрекать свою душу на вечные страдания в аду.

— Пожалуй, мою душу уже не спасти, — Бан дернул уголком губ, — я попаду в ад в любом случае, но хотя бы с чистой совестью, что скажешь?

— Что люблю тебя. — Чанбин придвинулся чуть ближе к мужчине, чтобы получить от него еще один нежный поцелуй, в котором ярко чувствовались слова благодарности, которые тот не произнес вслух.

— Ты же знаешь, что я тоже? — Вот ради таких моментом Крис был готов жить, даже не так, ради таких моментов Крис был готов умереть, главное, что парни были в безопасности, все остальное давно потеряло значение.

— Иди к ребятам, — Со кивнул на дверь, — я разбужу Ханни и мы спустимся к вам.

Когда Чан спустился вниз, его ждала пустая кухня. Вся посуда была собрана со стола и убрана в посудомоечную машину, так как ребята знали, что их лидер не любит беспорядок. На столе остался стоять лишь небольшой полностью прозрачный чайничек с заварным чаем с красивыми лепестками каких-то цветов. Мужчина упал на ближайший стул и выудил из кармана мобильный, который взял с собой из комнаты.

— Добрый день, — Чан потер глаза, — мне нужен телефон, не думаю, что модель имеет большое значение, просто посмотри, чтобы в нем была хорошая камера. И пройди, пожалуйста, по магазинам, мне нужно как минимум два комплекта одежды, один девяносто пятого размера, а второй, думаю, девяносто второй, и две пары обуви, лучше кроссовки, в которых можно танцевать, обе двести шестьдесят пятого размера, наверное, если не подойдут, то потом куплю сам. — Чан внимательно выслушал все, что ему ответили по ту сторону. — Лучше сегодня. Я буду ждать.

Чан собирался отключить телефон, но вдруг на секунду замешкался:

— И можешь вызвать врача, — еще секунда на размышление, — нужно посмотреть пулевое ранение.

Бан отложил телефон, выдыхая. Человек, с которым он разговаривал, был надежным, мужчина знал его много лет, но почему-то сейчас все равно не мог расслабиться и довериться полностью, осознание того, что за ними следил человек, о котором они не знают ровным счетом ничего, заставляло сомневаться во всех, даже в самом себе.

— Хён? — В кухню спустился сонный Хёнджин, поправляя сползающую по плечу майку, которую он скорее всего стащил у Чанбина из шкафа.

— Думал, ты еще спишь, — мужчина улыбнулся, — как ты? Как Чонин?

— Спит, — парень упал на диван, нажимая на кнопку на пульте, включая сериал. — Ты один?

— Хан спит, Чанбин остался с ним, — старший пересел к Хвану, тоже устремляя взгляд на экран. — За последние дни все устали.

— Ты останешься? — Парень поднял обнадеженный взгляд на старшего, терпеливо ожидая ответа.

— Конечно, котёнок, — Чан улыбнулся и перетянул парня к себе на колени, чуть щекоча пробивающиеся из-под тонкой кожи ребра. — Такой худой стал, ты плохо ешь!

— Хён! — Хёнджин смеялся, отталкивая от себя сильные руки лидера и пытаясь выбраться. — Чан, можно спросить?

— Конечно, милый, что стряслось? — Бан чмокнул мальчика в щеку и откинулся назад, вновь возвращая взгляд на сериал, который шел по телевизору.

— Я знаю, что Чанбин не одобрит, но может тебя он послушает, — парень опустил взгляд, а красивое личико чуть залилось румянцем смущения, — я хотел попробовать поступить в академию, как Минхо и Феликс, может, если Ёнбок мне немного поможет, я смогу сдать вступительные.

Брови старшего чуть сместились к переносице. Они не часто поднимали вопрос о дальнейшем обучении младших, так как необходимости в этом не было, да и ребята не хотели тратить всё своё свободное время на просиживание штанов на скучных парах, которые им вряд ли понадобятся, в основном занимаясь вещами по душе: музыкой, танцами, изобразительным искусством. Но Чан знал, что у Джинни всегда была мечта стать профессиональным танцором, учить других, может, даже стать известным.

— Малыш…

— Я знаю, что ты хочешь сказать, — Хван помотал головой и прижался лбом к широкой груди, — но теперь у меня есть вы, правда? Со мной будет учиться Феликс, мы будем помогать друг другу, все будет хорошо, хён.

— Я могу нанять тебя самого лучшего преподавателей, у нас отличный зал, — Крис помотал головой, — хочешь, могу построить еще один, если этого мало?

Хенджин обхватил щеки старшего ладонями и легко коснулся любимых губ:

— Я хочу, как все, в Сеульской академии.

— Вы меня в могилу сведете. — Старший выдохнул и прижал к себе парня. — Я поговорю с Чанбином, но окончательное решение за ним, хорошо, котенок?

— Да, — младший кивнул, — спасибо, ты только хорошо его попроси.

Чан вновь кивнул, отказывать младшим он еще не научился. Пол тихо скрипнул, привлекая внимание мужчин к гостю, который переминался с ноги на ногу у лестницы, оттягивая футболку Бана вниз, будто желал прикрыться.

— Феликс, что-то случилось, малыш? — Чан испуганно посмотрел на мальчика, ожидая, чего угодно.

— Хотел познакомиться поближе, — младший Ли сделал несколько шагов вперед, сокращая разделяющее собеседников расстояние, — все равно не смог заснуть.

Хенджин на коленях старшего заметно оживился, радуясь новой компании в лице такого милого парня с россыпью золотистых веснушек по всему телу.

— Я Хван Хенджин, — у парня была очень изящная ладонь, которая была чуть ли не на треть больше, чем у Феликса, — но старшие в основном зовут меня Джинни, как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, — младший ответил на рукопожатие и опустился на диван рядом, — мне намного лучше благодаря вам, я помню твое лицо, ты помогал мне вчера. Я Ли Феликс, но мое корейское имя Ёнбок.

— Ты не из Кореи? — Хван заинтересованно уставился на гостя, забыв про дораму.

— Я родился в Австралии в пригороде Сиднея.

— Правда?! — Хенджин перевел ошарашенный взгляд на Чана. — Чан~хён тоже из Сиднея, мы были там однажды, там очень красиво.

— Да, — Ёнбок кивнул, — но мне нужно учиться, а здесь один из лучших университетов для хореографов. Поэтому, последние два года я смотрю на дом, только на фотографиях.

— Хён? — Хван состроил свои самые милые щенячьи глаза. — Мы же отвезем Феликса в Сидней?

— Конечно, — Бан усмехнулся, потрепав светлые длинные волосы Джинни, — как только со всем разберемся.

— Не стоит, — Енбок смущенно замотал головой, — это так дорого, билеты в Австралию стоят целое состояние.

— Не думай об этом, — Хван взял младшего за здоровую руку, — у Чана свой личный самолет, билеты не нужны.

— Личный самолет? — Ли поперхнулся воздухом. — Я не подумал об этом.

— Хёны… — Младший задумался, подбирая слова, — у них много, что есть.

— Это здорово, — Ёнбок лучезарно улыбнулся, — я из не особо богатой семьи, и у меня две сестры, старшая тоже учится, поэтому родители большое количество денег тратят на ее университет.

— А на твой? — Хван свел красивые густые брови вместе.

— Я получаю стипендию, потому что хорошо танцую, — на пухлых губах играла довольная улыбка, — но это заслуги Минхо в большей степени, он все для меня делает, даже репетитора оплачивает.

— Ты занимаешься дополнительно? — Тема зашла в очень интересное для начинающего танцора русло.

— Почти все студенты академии занимаются, иначе не догнать программу, — Ли пожал плечами, — но у тебя дома есть танцевальный зал, это уже большой плюс, ты можешь тренироваться прямо здесь.

— А Минхо занимается дополнительно? — Хенджин подался к парню ближе, из-за чего Чан пришлось неудобно скривиться, чтобы удержать младшего.

— Он не имеет в этом необходимость, — мальчик улыбнулся, — мой Лино настоящий профессионал, он лучший в танцах, никто его еще не превзошел.

«Мой Лино» — это вызвало улыбку на чуть подсохших губах Бана. Феликс любил своего друга, возможно чуть сильнее, чем должен был, чуть более трепетно и менее невинно, мечтая однажды обменяться не только милыми улыбками, но и золотом обручальных колец.

— Как ты думаешь, он позанимается со мной? — Мальчик посильнее сжал чужую крохотную ладонь, с надеждой глядя в красивые шоколадные глаза.

— Если ты его сам попросишь, он не откажет, — Феликс кивнул, — он самый добрый человек, которого я встречал, не считая Чана~хёна.

Старший улыбнулся. Сейчас, сидя на этом диване с одним из самых дорогих сокровищ на руках и разговаривая с милым светлым ангелочком, который смотрел на всех такими чистыми и невинными глазами, Бан начал верить в то, что он со всем справится, что они смогут найти этого ублюдка, а тот, в свою очередь, ответит за все сполна.

— На твоей руке шрам? — Феликс повернул запястье Хенджина на себя, открывая себе лучший вид на тонкую полосу с рваными краями.

— Это… — Хван отнял руки, которые тут же накрыли большие ладони Чана, скрывая от взгляда Ли. — Это мне небольшое напоминание, что люди, зачастую, совсем не те, за кого себя выдают.

Ёнбок шумно вдохнул сквозь нос, сжимая свои колени дрожащими пальцами. Каждый в этом доме имел свою историю, которая, на удивление, вовсе не была наполнена радостью жизни и счастьем, на сердце каждого был толстый уродливый шрам, напоминающий о пережитой боли, но тем не менее, они боролись, как боролся Минхо. Мальчик прижал дрожащую руку к своему плечу — у него теперь тоже был шрам, он видел, как одни люди ради власти и денег хладнокровно убивают других, даже не моргнув глазом.

— Не бойся, маленький, — Крис выставил руку, и провел ладонью по спутавшимся локонам. — Я рядом, я не дам вас в обиду, обещаю.

— Смотря на вас, — Ли поджал губы, — мне кажется, что у меня и не было никогда семьи.

— Мы хотим стать вашей семьей, — Хван посмотрел на старшего, который кивнул, соглашаясь, а потом перевел взгляд на Ёнбока, — если вы примите нас.

— Примем. — В глазах Ликса можно было прочитать бесконечную благодарность и счастье, которое несмотря на обстоятельства, наполняло душу.

Хенджин сполз с чужих колен, позволяя младшему устроить свою голову на бедре Бан, а сам занял другое. По телеку продолжал идти дурацкий сериал, который парни смотрели уже ни раз, но Чан был занят двумя мальчиками, один из которых мирно уснул на предоставленном ему месте.