Том 3. Часть 30. «Очень много курит» (2/2)

Я не читала комментарии в своих социальных сетях. Там была… травля.

— Кира, — я прижимаюсь к его боку, сделав так, что он закинул на меня одну руку. Мне совсем не хочется быть жертвой, но про пощечину я не забуду. Были вещи, конечно, и страшнее. — ты и правда меня не любишь? — я всхлипываю. Совсем не заметила, как заплакала.

— Кто сказал тебя такую чушь? — четвертая сигарета выкурена. Сигарета за сигаретой… Он очень много курит.

— Не кури так много, прошу, — утыкаюсь носом в его грудь, пока он обнимает меня, трепля волосы. — всё здоровье погубишь.

— Разве ты не видишь? — злится. — я закуриваю стресс.

Его брови нахмурены. Он курит и курит. Думает о чем-то своем. Надеюсь, обо мне.

— Ты так и не ответил на вопрос, — шмыгаю носом, рассматривая его красивое, но злое лицо.

— А что мне тебе отвечать? — ножом по сердцу. Как будто ему правда все равно. — по мне не видно?

Он так говорит, как будто все это время хорошо ко мне относился. Но на деле…

— Нет, в том-то и проблема, — говорю максимально мягко. Пятая сигарета улетела в пепельницу. Он закуривает снова.

— Слепая, блять, значит, — опять эта агрессия. Я обнимаю его крепче. Футболка намокает.

— Кира… — слезы капают на пол. Я начинаю плакать навзрыд, чуть завывая. Он лишь… усмехается.

— Не плачь, — максимум, что он мог сказать? От его слов легче не станет. Он думает, я прямо сейчас вытру слезы и начну смеяться? Разве что, истерично. — не плачь, я сказал.

Приказной тон пугает, и я начинаю плакать тише. Вспоминаю, что сейчас у нас дома еще и вся компания, и не хочу, чтобы они это слышали. Ах, точно. Шумоизоляция.

— Я… — хочу что-то сказать, но он снова вдыхает сигаретный дым, а потом дает недокуренную сигарету мне. Затягиваюсь. Дым проникает в лёгкие, забирая боль.

Такая ситуация, что только сигареты помогут забыться. Голова кружится. Кирилл прижимает меня к себе ближе.

Пока мы так стояли, он выкурил всю пачку. За раз, мать его. Кира без угрызений совести раскрывает новую пачку.