Том 2. Часть 34. «Только ты» [ЭКСТРА] (1/2)

Сонно протирая глаза, я иду по коридору, ведущему в кухню, постоянно спотыкаясь, потому что ничего не вижу перед собой. Когда взгляд, наконец, сфокусировался, я увидела на полу пару окурков. Вздохнула.

В кухне тишина. Кирилл на открытом балконе, а на улице дождь. Курит. Как же много он, черт возьми, это делает.

Переступая порог балкона, я, шмыгнув носом, подхожу к парню. Рассматриваю его лицо.

— Кира, — громкий шепот. Парень сразу оборачивается ко мне, выдавливая горькую улыбку. — ты опять тушил сигареты об себя?

Он вздрогнул. Улыбка исчезла с лица. Кивнул.

Кира не употребляет уже два с лишним месяца. Как же его тогда ломало… Сегодня двадцать второе августа. День рождения у Жени, но мы не пойдем.

— Да, — четко ответил Тимошенко на мой вопрос.

Я не удивилась. Сколько времени я уже пытаюсь отговорить его от селфхарма, но он всё равно продолжает и продолжает. Все руки изрезаны.

Он делает неглубокие надрезики, чтобы испытать боль, и, когда раны заживут, нанести себе увечья по новой.

— Зачем? — безысходность.

Выбрасывая сигарету с балкона, Кирилл протягивает мне руки для объятий, и я падаю в них без лишних раздумий.

— Прости, — снова эта сумасшедшая улыбка. Ему не стыдно.

Мы с Кириллом вместе. Долго я этого ждала, правда. Что дальше? Не знаю.

Я вырываюсь из его объятий, вцепляюсь пальцами в его запястье и веду подальше с балкона, чтобы мы не промокли окончательно. Идем в спальню.

В спальне холодно, и я падаю на кровать, потянув за собой парня. Он нависает сверху так, что кончики его волос щекочут мои щёки.

Кира целует меня сначала в нос, потом переходит к губам. Я незамедлительно отвечаю. Как и всегда, он легонько кусает мою нижнюю губу, оттягивая её, а я, в свою очередь, его верхнюю.

— Давай не сейчас, — чуть отстраняясь, шепчу ему в шею, целуя после там же.

— Как скажешь, — переворачиваясь на спину и ложась рядом со мной, говорит Кирилл.